Эртан
Шрифт:
— Мне нужна невидимость самого высокого уровня. Ребятам придется иметь дело с Корпорацией. Помнишь, наш разговор на Совете? Советник президента Милославского очень сильный маг, и я не поручусь, что это не маг Воздуха.
Точеная бровь — на этот раз правая — снова взлетела вверх.
— Неужели мы наконец-то воюем с Корпорацией?
— Пока нет. Я тебе потом объясню, — повторил магистр Астэри.
Он подошел к столу, поднял мензурку и осторожно, чтобы не расплескать содержимое, протянул мне. Я хотела сразу же выпить, но магистр мягко
— Подождите. Юлия, я должен предупредить: я не знаю, как на вас подействует этот декокт. Предполагаю, что он усилит ваши способности, но не исключен и обратный или — что гораздо хуже — совсем непредсказуемый эффект. Если почувствуете, что он действует не так, как планировалось, не вздумайте экспериментировать. Сразу же телепортируйтесь во дворец. — Магистр на секунду задумался. — Позвольте ваш браслет.
Я поставила мензурку на журнальный столик и стянула с левого запястья телепортационный браслет.
— У вас еще остались свободные камни?
— Почти все, — кивнула я.
В самом деле, из десяти пластин активны были только три: одна была привязана к гостиной в доме Кости Литовцева, другая — к телепортационной в гостевых покоях дворца, третья — к переносному телепорту (в пределах дворца он не действовал, и лорд Дагерати снабдил меня им просто на всякий случай).
— Лин, если тебе не сложно, настрой свободный камень на мой кабинет.
Аль-Канаро небрежно — не потрудившись даже принять браслет из рук собеседника — коснулся одной из пластин.
— Вы меня поняли, Юлия? — строго спросил магистр, возвращая мне полезное украшение. — Никакой самодеятельности. Если что-то пойдет не так, сразу телепортируйтесь сюда. Я буду ждать.
Я молча кивнула и залпом — пока чересчур предусмотрительный магистр не отвлекся на очередное нравоучение — опрокинула в себя содержимое мензурки. На языке остался горьковатый травяной привкус. Ничего необычного я в себе пока не заметила.
Магистр Астэри взглянул на часы.
— Можешь приступать, Лин.
— Поднимайся, — бросил Аль-Канаро сидящему на кушетке Вереску. Потом обернулся ко мне. — Ты — забыл, как тебя зовут, — встань рядом с ним.
Я недовольно поджала губы, но послушно встала на указанное место. Маг сосредоточился. Пальцы сплелись в замысловатую фигуру, руки взлетели вверх, соединившись над макушкой Вереска — и тут же разошлись в разные стороны, описывая вокруг его головы полусферу. Я еще не успела ничего понять, а руки Аль-Канаро уже порхали вокруг моей головы.
Через мгновение мир изменился: стал немного размытым, блеклым — ненастоящим. Свое тело я тоже видела нечетко, как будто оно находилось под водой, а я рассматривала его с поверхности. Вереск исчез совсем.
— Не делайте резких движений, — инструктировал маг. Голос его звучал гораздо глуше, чем до этого. — Невидимость с вас не слетит, но снаружи могут быть заметны колебания воздуха. Молчите. Двигайтесь как можно тише. Сфера ослабляет звуки, но не гасит их совсем. И помните, что
— Да, — голос полуэльфа звучал совсем глухо, как сквозь ватную подушку.
— Хорошо. Аст, куда их отправить?
— К малому фонтану в городском парке. Знаешь это место?
Не утруждая себя ответом, Аль-Канаро взмахнул рукой, и к моему горлу подступила привычная тошнота телепортационного перемещения.
Я уже бывала здесь, у Малого фонтана, еще в те времена, когда заходила в Вельмар виртуальным гостем. Тогда здесь царила радостная суматоха: смеялись дети, поливая друг друга водой из прифонтанного бассейна, чинно прогуливались мамаши с колясками, влюбленные парочки бесстыдно целовались на скамейках, деловито сновали разносчики сладостей… Сейчас фонтан не работал, и небольшая площадь вокруг него пустовала. Приглушенные звуки веселья доносились с другого конца парка: летом Большой фонтан работал круглосуточно, и после девяти вечера именно он стягивал к себе поздних посетителей, жаждущих хлеба и зрелищ.
Женька появился почти сразу после нас. Вышел с аллеи, ведущей к главному входу, огляделся, присел на бортик фонтана, поболтал рукой в воде. Выглядел он вполне спокойным, и со стороны казалось, что он просто ожидает хорошего знакомого.
Его визави появился минут через пять с другой стороны. Это был молодой — чуть старше Женьки — мужчина одетый в однотонный костюм цвета капуччино, широкополую шляпу-ковбойку и светло-бежевые ботинки. Дополняла образ денди трость светлого дерева с серебряным набалдашником, инкрустированным камнями. Парень тоже был спокоен, но это была не Женькина легкомысленная безмятежность, а вальяжная уверенность хозяина положения.
Два спокойных человека — два Игрока — сошлись у фонтана.
— Старцев! — с насмешливым радушием воскликнул представитель Корпорации. — Сколько лет, сколько зим.
— Сколько килобайт, — в тон ему подхватил Женя. — Здравствуй, Гена. Или ты теперь Геннадий Александрович? Не ожидал тебя здесь увидеть.
— Зато я тебя ожидал. Ты всегда отличался стремлением нарушать установленные правила.
Гена небрежно-изящным (явно отработанным перед зеркалом) жестом снял шляпу, сдул с нее воображаемые пылинки и положил на бортик фонтана.
— Присаживайся, будь как дома, — Женя кивнул на место рядом с собой.
— Спасибо, я постою. Отсюда лучше видно.
Женька откинулся назад и демонстративно оглядел щегольскую одежду собеседника.
— Я смотрю, ты здорово поднялся, Гена. Большая шишка в Корпорации, да?
— Я региональный модератор, — Гена улыбнулся подчеркнуто скромной улыбкой, как бы говоря: «Да, я теперь большая шишка и могу себе позволить не кичиться этим.»
— Региональный модератор! Подумать только! — Женя с деланным сокрушением покачал головой. — И этому человеку я когда-то свернул челюсть! Простишь ли ты меня когда-нибудь, Гена?