Эра Водолея
Шрифт:
Глава 5
Книга Ника Уралова
16 марта
– Лейтенант! – кликнул дежурный сержант. У переходного шлюза со стороны Атлантиды установлен пост: стол, два стула и красный шнур на стойках. Здесь бойцы службы безопасности встречали экскурсионные группы.
– Привет, – кивнул я, подойдя к ребятам.
– Капитан Бренер оставил для вас бумаги, – сержант Егоров протянул распечатку.
– Благодарю, – кивнул я, и тут же впился глазами в текст.
Убитого мужчину из шестого
Артур прилетел на первом челноке в девять часов утра. Курировавший группу экскурсовод заметил отсутствие человека лишь перед возвращением на корабль, и поднял тревогу.
«Удивительно, почему служба безопасности не известила меня?» Видимо, капитан решил, как обычно, разобраться самостоятельно. А мне поручил девушек. Но я благодарен Бренеру за помощь. У него в подчинении тридцать солдат. Мне же одному потребовалось бы гораздо больше времени, чтобы обойти здания музея в поисках исчезнувшего экскурсанта. А у моего напарника Ферреро сегодня выходной. «Наверное, отсыпается, как обычно» – подумал я не без зависти.
Далее в тексте значилось: задержанные девушки прилетели на разных кораблях, и позже Новака. Это снимало с них подозрения. Человек, планировавший убийство, не мог рассчитывать, что Артур отстанет от группы. Впрочем, если заранее ему не назначили встречу.
«Стоп. Я лезу в дебри. Всякие „может быть“ имеют право на существование, если собрано достаточное количество улик».
Итак, жертва прибыла в Атлантиду в девять утра. Когда в тринадцать часов к ковчегу пристыковался космолёт с Ядвигой Малиновски, группа Новака возвращалась на Землю, а сам Артур лежал мёртвый. Кстати, журналистка прилетела в музей первой из задержанных.
Доктор Рино осмотрел жертву, но не обнаружил причины гибели. На теле никаких следов насильственных действий. Но подполковник считал, что перед смертью Новак испытал шок.
В конце записки Бренер сообщил, что с последним челноком под номером шестьдесят четыре труп отправлен на Землю.
Окончив чтение, я поспешил в операторскую. В прошлый раз удалось посмотреть видео лишь с Ядвигой Малиновски. Отыскать нужную информацию с множества камер нелегко. А сейчас лейтенант Грин вручил мне инфокристалл, подготовленный им по распоряжению капитана.
– Здесь все материалы, – сказал Бил. Худощавый и долговязый, парень держался высокомерно, и не стремился вступать в беседу. Ни с кем на ковчеге он не завёл дружеских отношений. А может, Билу и не надо. Зато ему
– Благодарю, – кивнул я, и подключил инфокристалл к планшету.
На ожившем экране возник Новак. Дождавшись, когда экскурсанты повернулись к выходу из холла шестого корпуса, с хмуро – задумчивым видом Артур переступил музейный канат и направился к лестнице. Время на табло: десять часов две минуты.
– Больше нет записей? – уточнил я.
– Здесь всё, – сказал Грин, не отрываясь от экрана.
– Тогда счастливо оставаться, – кивнул я и направился в штаб. День закончился, и теперь мне надлежало передать отчёт на Землю. А сегодня произошло много событий, так что быстро не управлюсь.
***
Когда я снова подошёл к камере, девушки ужинали. Подчинённые Бренера принесли им еду из кафе. И хотя красавицы получили небольшой перечень блюд, остальное компенсировали горячие мужские глаза, истосковавшиеся по женскому обществу. И я отлично понимал ребят.
Кстати, я увидел тут солдат, выручавших меня из девичьего плена. Молодцы вели с дамами беседу обо всём и ни о чём. Но, едва появившись, я стал центром внимания. И женщины явно отдавали предпочтение мне, а не кормившим их ребятам. Вопрошающие глазки красавиц так и впились в меня.
Наверное, девушки заключили пари, кого я возьму следующей, поскольку внимательно следили за каждым моим шагом. «Ну, и кого мне выбрать?» В раздумье я прошёлся перед решёткой туда-сюда.
– Лейтенант, не томите. Кто идёт? – не выдержала интеллектуалка.
– Вы будете последней, – злорадно произнёс я, памятуя, кто поставил мне болючую шишку возле левого глаза. Каким же взглядом опалила меня Патриция. И что я ей сделал плохого?
– Альберта Таскани, – назвал я подругу интеллектуалки. Художница значилась второй в моём списке, кто не вызывал подозрений и антипатий. Есть люди, с кем не ассоциируются преступления. И Альберта из таких. А ещё, не скрою, мне хотелось досадить Патриции.
Таскани воспрянула духом. Тут же встав, оправила платье, сумочку повесила на плечо, а сверху на неё белую накидку. Затем неторопливо прошла по камере и величественным жестом, присущим дамам высшего света, через специальное окошко отдала солдатам поднос с опорожнёнными пакетами. И, поблагодарив за ужин, направилась к двери. «О, боже, какая у неё походка!» Вновь моё разыгравшееся воображение начало рисовать эротические картинки…«Стоп!!!»
Чтобы настроиться на рабочую волну, я вывел на экран планшета анкету Таскани. Итак, Альберта художник. Место проживания: яхта. Вдова. Есть пятилетняя дочь. Женщина путешествует по миру и живёт там, где бросит якорь. Имеется счёт в банке. Довольна жизнью. В графе о здоровье рукой написано: тонкие капиллярные сосуды, носовые кровотечения. «И как с таким диагнозом Альберту допустили к космическому полёту? То ли врачи халатно отнеслись к анкете, то ли не посчитали её недуг серьёзным» – заключил я.