Эпсилон Эридана
Шрифт:
Среди этого сплошного слоя транспортных средств чернели многочисленные пожарища. На холме, между радиолокационными антеннами станции наведения космических кораблей, застряла наполовину расплавленная боевая машина.
— Планетный танк типа «Репейник», — определил Рональд Пеккола. — Вернее, то, что от него осталось.
— Откуда он здесь? — спросил Мбойе.
— По-видимому, хранился в каком-то из складов космопорта для дальних экспедиций. На позицию его выводили в спешке.
— Сам взорвался? — спросила Маша.
— Ни в коем случае. Танки сами по себе взрываться перестали очень давно. А этот еще успел
— Где?
— В направлении оврага. Странно, что он успел выпустить лишь пять-шесть снарядов. «Репейник» до сих пор считается машиной весьма скорострельной.
— Что это значит?
— Это значит, что расправились с ним практически мгновенно. И с первой попытки.
— Чем он уничтожен?
— Сгустком плазмы. Чем-то вроде шаровой молнии.
— Следовательно, танк представлял некоторую угрозу?
— Видимо, так.
— А раз так, то нападавшие уязвимы?
— Возможно.
— Дальше, пожалуйста, дальше, — попросила Ио.
Флигер взвился вверх, прошел над широкой бухтой и за несколько минут достиг южных окраин Трои.
Столица Кампанеллы располагалась на изрезанных берегах фиорда. Ее улицы широко разбежались по склонам гор. Среди вилл, парков, спортивных площадок и открытых водоемов выделялись окрашенные в мягкие тона башни общественных зданий. Зеленые террасы, прорезанные бульварами, уступами спускались к морю. В их нижней части было много сломанных и вырванных с корнем деревьев. Вся прибрежная часть города вообще сильно пострадала от волн. По всему периметру бухты тянулся заваленный обломками пляж. В песке увязли разбитые корпуса множества яхт, катеров, пассажирских и грузовых судов.
— Следы сильнейших цунами, — прокомментировал океанолог Ван Вервен. — Но где же люди? Ведь кто-то должен был уцелеть! Включите сирену.
— Включаем каждые тридцать секунд, — вздохнул Мбойе.
— Может быть, люди скрываются в подземных убежищах?
— Будем надеяться.
— Пора высаживать робота.
— Давайте, — согласилась Маша.
Повинуясь команде, флигер снизился. В пространство видеария вплыла шеренга кипарисов, длинная аллея, большой пруд с кувшинками. Изучая местность, аппарат повис над заросшим газоном.
— Подходяще, подходяще, — нетерпеливо сказал роботехник Сахнун Шор.
Вновь включили звук. Стал слышен свист двигателя. В него вклинился хлопок.
Из-под киля флигера выпал угловатый предмет. Кувыркаясь, он полетел вниз. Над самой землей из него выросли шесть членистых лап. Сработали посадочные патроны, и газон окутался оранжевой дымкой. На траву приземлился разведывательный робот, похожий на огромного ископаемого скорпиона.
Он неспешно осмотрелся. Затем приподнял грозный хвост и двинулся вверх по склону, огибая площадку с теннисными кортами. Время от времени машина останавливалась, что-то высматривала в кустах, шевелила усиками запахо-уловителей. Успокоившись, шла дальше.
Флигер продолжал висеть в воздухе до тех пор, пока робот не сделал три расширяющихся круга, не обнаружив ничего опасного. Только после этого летательный аппарат опустил нос и мягко сел в верхней части лужайки. Двигатель, впрочем, он не выключал.
— Экие осторожные машины, — проворчал Кнорр.
— Программа рассчитана на неизученные планеты, — извиняющимся тоном сказал Сахнун. — Кто же
— Может быть, она такой и была все время… — заметила Джун.
Кипарисы скрывали особняк из двух объемистых башен в романском стиле, соединенных жилым корпусом. Обе башни густо поросли плющом, поднимающимся вплоть до красных черепичных крыш. Вилла хорошо смотрелась в утренних лучах Эпсилона. Только фасад ее портили трещины. В одном из верхних окон ветер хлопал рамой. За ней трепетала занавеска.
Створки ворот, вставленные в прозрачную арку, тоже пострадали от землетрясения, и робот мог бы свободно пройти между ними. Но он не торопился. Остановившись метрах в семидесяти, скорпион осматривал внутренность дома сквозь окна — там, где это позволяли поднятые жалюзи. Его глазами экипаж "Звездного Вихря" мог видеть пострадавшие от времени, но все еще уютные комнаты первого этажа, холл со старомодной мебелью, неподвижного кухонного робота, почему-то привлекшего особое внимание скорпиона, нижнюю часть люстры, мраморную парадную лестницу.
Разведчик поднял клешню с датчиками излучений. Не почувствовав ничего подозрительного, машина вошла в вестибюль, пересекла его и мимо опрокинутых цветочных ваз направилась к лестнице.
— Жилые комнаты — на третьем этаже, — напомнила Джун.
Сахнун кивнул и внес коррективы в программу. Сигнал настиг робота в гостиной второго этажа. Машина послушно вернулась к лестнице, поднялась этажом выше и остановилась перед лифтом. В нем все еще горел теплый свет оранжевого плафона.
В обе стороны от лестничной площадки отходили коридоры. Робот выбрал правый и приступил к методичному обследованию комнат с открытыми дверями. К запертым он не притрагивался. Вообще не прикасался к чему бы то ни было без прямой необходимости.
— Весьма предусмотрителен, — сказал Мбойе.
— Ему разрешена широкая самостоятельность, — пояснил Шор. Тут же, смутившись, добавил: — Но в рамках максимальной безопасности…
В зале управления прозвучал сдержанный смех. Роботехник пригнул голову к пульту и срочно занялся проверкой технического состояния своего скорпиона. В каждом коллективе отыскивается трогательный человек, становящийся предметом всеобщей любви, добродушной, но снисходительной.
Первой комнатой была спальня. Под окном стояла широченная супружеская кровать с балдахином. Робот уточнил фокусировку, и на постели проступили характерные вдавления, грубо повторяющие очертания человеческого тела. Несколько лет они хранили память о последнем отдыхе кого-то из обитателей виллы. В четверти миллиона километров от этой постели, в центре управления огромным звездолетом, стало тихо.
— Идем дальше? — спросил Сахнун.
— Добро, — сказала Маша.
Последняя комната правого крыла здания оказалась запертой. На ней были характерные пулевые отверстия.
— Проверить?
— Ну еще бы!
Механическая лапа скорпиона растерянно держала оторвавшуюся ручку. Дверь оказалась запертой.
— Стреляли изнутри, — сказал Рональд.
— Почему ты так думаешь? — спросила Маша.
— Сколы пластика направлены наружу.
— Да, в самом деле.
Скорпион постучал.