Эпоха героев

Нира Страусс

— Хватит, чёрт побери.

— Где. Они.

Пламя вырвалось сильнее. Его кожа покраснела, и я уловил запах обожжённого фэйри. Он был силён, но с запечатанной магией долго не протянет.

— Если ты меня сожжёшь, ты не сможешь выспросить помощь у моих костей, чёртов ты дракон! — Когда это не подействовало, он ударил меня под ухо кулаком. — Там внизу и Вел, придурок. Мы идём за ними.

Я ещё несколько секунд держал его, прежде чем отпрянуть. Пока он приводил себя в порядок, я с отчаянием потянулся к узам.

Sha’ha,

ты в порядке?

К счастью для всех нас, Аланна ответила почти сразу:

Да. Спокойно. Я иду за Вел. Найди способ пробраться внутрь.

Я вдохнул.

И ещё раз.

Позволил дракону пару раз удариться о стены своей клетки, заставляя меня зарычать, и только потом обернулся к Оберону. Половина его лица была обожжена — и я не почувствовал ни капли сожаления.

— Поднимайся. И начинай говорить.

Вдалеке завопила Орна:

— Я почувствовала это! Я знаю, что это за штука!

Глава 30

Аланна

Вы слышали, что случилось с Фергусом? Тем, из Фианны.

Теперь он ест, сидя боком,

зато, говорит, может ужинать и одновременно следить за дверью.

Из запрещённой книги «Легенды и выдумки»

Вот когда мне и правда не помешала бы Орна — но я оставила её в седельной сумке на верблюде (после долгих успокоительных увещеваний, пообещав, что обязательно вернусь за ней).

— Направь меня, — обратилась я к тьме.

На этот раз она не обвилась вокруг моих ног, как раньше, — я почувствовала, как она скользит по шее, лижет щёки, прикасается к векам, пробует пальцами мои глаза. Щекотно. Я едва сдержалась, чтобы не почесаться.

Будто кто-то надевал мне маску.

Я заморгала, когда в глазах ощутилась какая-то… жидкая, вязкая субстанция. Вытекала и вползала прямо в глазные яблоки. Я попыталась не паниковать.

Тьма — моя защитница. Она никогда не причиняла мне вреда.

Не было ни жжения, ни боли — только ощущение, как будто смотришь с открытыми глазами под водой.

Передо мной вырисовалась фигура. Я отпрянула, прежде чем поняла — это колонна.

Похоже, сделанная из плотной земли. И она была не одна. Постепенно окружающее пространство начало проясняться, словно кто-то зажигал свечи одну за другой.

Я подняла взгляд, ища источник света, но на потолке не было ни отверстий, ни люков, через которые мог бы пробиться солнечный луч.

Я осторожно коснулась уголков глаз. На ощупь — только кожа, но я знала, что тьма рядом. Она даровала мне зрение.

— Спасибо, — прошептала я.

В ответ она мягко погладила меня у виска, там, где начинаются волосы.

— Sha’ha,

ты в порядке? — раздался в сознании голос Мэддокса.

Я провела пальцами по узам.

— Да. Спокойно. Я иду за Вел. Найди способ попасть внутрь.

Я двинулась вперёд, ориентируясь на звуки — на голос Веледы и то, что бы это ни было, что её тащило. Чуть дальше я заметила след. Помимо борозды, которую оставляло её тело, волочащееся по земле, я увидела тёмные пятна. Остриём прямого кинжала я осторожно прикоснулась к одной из них. Металл не зашипел. Я понюхала. Кровь. Не человеческая. С зеленоватым оттенком — как у многих существ, что водятся в лесах.

Капалахи тоже кровоточат зеленью, но я никогда не слышала, чтобы они обитали под землёй.

А в Вармаэте вообще не должно быть ничего живого.

Но ведь мы нашли гаванзу, абсенту и другие растения.

Я перешла на бег между сотнями колонн. Они поддерживали громадную пещеру, которая, судя по всему, была создана искусственно, а не природой. Пространства между колоннами хватало, чтобы спокойно двигаться. Мои шаги отдавались эхом по твёрдому, неровному полу.

Я дошла до края зала, где путь расходился на несколько туннелей — каждый такой же широкий, как дворцовые коридоры.

Как далеко они простираются?

Возможно, такие пещеры есть по всему пустынному краю?

Они смутно напоминали мне кноки, вырытые гномами во время войны, только куда большего масштаба. И, в отличие от кноков, воздух здесь не был затхлым. Он был свежим и сладким, куда легче дышалось, чем в удушающей жаре наверху.

Я пошла по следу крови в правый туннель, пока он не свернул, и тогда я сбавила шаг, чтобы осторожно заглянуть за угол.

Я слышала, как Вел борется, совсем недалеко. Между тяжёлым дыханием раздавались такие ругательства, каких я от неё прежде не слышала.

Прижалась к стене и медленно двинулась вперёд — и тут что-то влажное упало мне на щёку. Я вздрогнула и вытерлась.

Это была… вода?

Я подняла голову.

Красноватый камень прежней пещеры постепенно переходил в чёрный, блестящий материал. Сначала я подумала на обсидиан, но потом поняла — он сверкает, потому что потолок мокрый.

Ещё одна капля упала мне на макушку.

Я ничего не понимала.

Вспомнила подземный колодец. Это как-то связано? Считалось, что их создал герцогский род, чтобы обеспечить водой цитадель и знать.

Раздался громкий всплеск, за ним — тяжёлое дыхание Вел, и вдруг по всей пещере пронёсся пронзительный, неестественный визг. Он эхом ударил по влажным стенам, по полу — и мне пришлось зажать уши, чтобы не оглохнуть.

Я выскользнула из туннеля в другую пещеру — гораздо меньше прежней. По размерам она была как моя спальня в особняке: вогнутая, наполненная странным зелёно-голубым светом. В центре собиралась вода — неглубокая у краёв, но чем ближе к середине, тем темнее и бездоннее становился этот пруд.