Эндшпиль

Семух Григорий

— Давайте отойдем, не будем людей беспокоить, — объяснил парень, и, покинув кабак, неторопливо зашагал за пределы деревни, в сторону леса. Деревенские пристроились позади, и в молчании, под удивленные взгляды других забулдыг, вся компания покинула кабак, и так же молча добрела до леса. Парень обернулся, убедился что отошли достаточно, и потянул из-за пояса непонятную штуковину. Уверенным движением направил ее в сторону толстого дерева.

— Вы там это, не обоссытесь только.

Грохнуло. Вспышка света на мгновение ослепила, разогнав вечерние сумерки, гром ударил по ушам, разлетелись в стороны щепки, а в древесном стволе

образовалась дыра размером с кулак.

— Это наши инженеры изобрели, — парень повернулся к перепуганным деревенским мужикам. — Ни капли магии, стреляет помощнее арбалета с плечами из стали, и пользоваться может любой.

— Чертовщина, — дрожащим голосом пробормотал староста, — как есть чертовщина.

— Не боись. Ну-ка, — парень извлек из-за пояса еще одну такую же штуковину и вложил ее в руку старосте деревни, — направь на дерево и вот сюда пальцем дави. Только держи покрече, вырывается. И аккуратнее, не убей никого, на других не направляй.

— Что, прям давить и все?

— Да.

— И так же бахнет?

— Выстрелит. Да.

— Боязно что-то мне.

— Дай сюда, — вперед вышел один из мужиков что помоложе, тот самый, что выпил больше всех и теперь стоял покачиваясь от хмеля. — Мне не страшно. Куда давить?

Грохнуло еще раз. Мужики вздрогнули, хмельной стрелок едва не упустив неизвестное оружие, смотрел расширенными не то от ужаса, не то от восторга глазами на здоровенную выбоину в стволе дерева, пьяно подхихикивая, остальные же, мрачно прикидывали что же будет с человеческим пузом, коли твердое дерево так рвет. Уберегут ли доспехи от такого?

— Доспехи пробивает как бумагу, — словно прочитав мысли сообщил пришлый. — даже магические щиты не все держат. Если внезапно напасть, никто и мыслью шевельнуть не успеет. Один выстрел — один труп.

Нетрезвый стрелок навел оружие на соседнее дерево, снова нажал на железный штырь, который указал пришлый, но грохота не последовало, громобойка лишь сухо щелкнула.

— Одноразовая, — пояснил парень. — Надо переснарядить после каждого выстрела.

— Ты стало быть, можешь таких добыть?

— Верно.

— Сколько же такая штука может стоить? Боюсь мы позволить себе не сможем.

— Уверен, община ваша что-то да накопила за годы. А я вам скидку сделаю хорошую.

— С чего вдруг такая доброта?

— Мы стремимся распространить наши идеалы по континенту, а потом и по миру, — не совсем понятно изъяснился пришлый. — Готовы инвестировать в свои интересы… Короче, если захочешь дать отпор графским, готов выдать вам оружие считай бесплатно, отплатите за каждый ствол головой графского солдата.

— А может нам лучше тебя сдать? — хохотнул подвыпивший стрелок, — я кажись вкумекал, что у вас на возах под дерюгой. Глядишь граф за пойманного шпиона и целый воз иноземного оружия нам и подати простит, да и пацанов наших не тронет.

— Можете конечно попробовать, — улыбнулся пришлый, — но ты же должен понимать, что если с этим оружием, толпа вас, тупых деревенщин, сможет перебить полк графской гвардии. То отряд профессионалов, который много лет управляется с такими штуками, сможет выкосить всю вашу деревню. Эти пистолеты — самое слабое из того что есть у нас. Все мои люди вооружены, рыпнетесь на нас — и вам не придется дожидаться графских, мы вас всех тут и положим.

— А силенок-то хватит?

— Да уж хватит.

Все почему-то поверили,

и моментально уяснили для себя что проверять сие на практике не станут. Молодой парень держался уверенно, отчего остальным сделалось как-то неуютно. Мужики поверили что если этот пришлый захочет, они все в этом лесу и останутся.

— Ну, что скажете, селюки? Готовы за себя постоять?

— Мы все помрем.

— Безусловно, — усмехнулся парень. — Все умрем не сегодня так завтра, а не завтра так через десять лет. Но сейчас у вас появился шанс не безропотно сдохнуть как свинья на бойне, а огрызнуться напоследок, да так, что может быть еще и подольше проживете чем могли бы.

— Ну пусть даже убьем мы завтра тех, кто за податями приедет, а потом что? Граф соберет солдат да еще больше пришлет.

— Значит вы еще больше убьете. И скажете что будете повторять процедуру до тех пор, пока граф не вернет прежнюю норму податей, да не пообещает не трогать молодняк ваш. Император затребовал войска для войны в Альде. У вашего графа просто нет больших сил, чтобы гробить их тут. А с этим, — парень подбросил на ладони оружие, — вас только отрядом спесивых задавить можно будет.

— Сладко стелешь, — покачал головой староста. — Да чую, жестко спать.

Глава 9

Вернувшись из леса к взволнованным селюкам, слышавшим грохот выстрелов, но не сумевшим понять что это такое, я стянул с телеги дерюгу, накрывающую деревянные ящики, в которых штабелями лежали магически созданные мной ружья и пистолеты.

Недельку они протянут, не развоплотятся, думаю местные колхозники успеют за это время графской кровушки попить, может даже во всей округе остальные деревни на бунт подбить. Пускай режут друг дружку, не все же мне их убивать. Если завтрашнее побоище увенчается успехом, в чем я не сомневался ни на минуту, попробую отправить старосту в гастроли по окрестным селам. Пусть расскажет, что произошло, да как они — селюки — графским гвардейцам накостыляли. Если пистолетов партию с собой возьмет, ему поверят, может и голову графского счетовода или капитана гвардии с собой прихватить. Надо ронять авторитет местной власти.

— Разбирайте, — я вытащил из ящика незаряженный пистолет и кинул его старосте, — собери вече, совет или как там оно у вас называется. Расскажи что да как, обсудите все, а я потом, объясню всем как пользоваться оружием. У нас на подготовку одна ночь. Время дорого.

Седой староста кивнул и отправил мужиков собирать люд, я же не стал дожидаться деревенского сборища и вернулся в комнату к нашим.

После театрального представления с целым взводом доппелей я чувствовал себя выжатым как лимон — управлять такой массой клонов было сложно. Что-то я делал не так. Разумеется, ни о каком отдельном управлении каждым бойцом даже речи не шло. Я еще больше зауважал покойного Салазара, каждый доппель которого, вел себя как самостоятельное, живое существо. Очевидно, был какой-то иной способ управлять воображаемыми существами, помимо ручной работы по переставлению каждой руки и ноги. Я пока умел оперировать массой доппелей как единым блоком и весь мой полк, по сути, был одной единицей, с общим ну пусть будет разумом, за неимением более подходящего слова. Хотя я назвал бы это управляющей матрицей, а если уж совсем просто — то набором ниточек за которые мне приходилось постоянно дергать.