Эмбрионы

Сангер Алекс

– Тебя не волнует, что вы проиграли? – спрашиваю я, отрываясь от чтения.

Всю неделю они планировали сражение. Прокачивали оружие и навыки.

– Кровь должна быть алой или бордовой, – отвечает Серёга. – Но только не оранжевой, как мандарины.

Вообще-то такой цвет правильно называется медный или кирпичный. Я объясняю, что видеокарта ни при чём. Просто монитор такой старый, что искажает истинный цвет.

– Тогда купи новый монитор, – говорит Серёга, развалившись в компьютерном

кресле. – Можешь сэкономить на психотерапевте. Или возьми новый заказ. У тебя же вагон времени. На ствол же накопил.

– Да тихо ты! – злобно шепчу я и наклоняюсь в его сторону. – Услышат ещё.

Маме и сестре не обязательно знать, что в груде хлама на шкафу спрятан пистолет. Если найдут – такой шум поднимут. Им не объяснишь, как опасно стало ходить по улицам.

На прошлой неделе в соседнем квартале нашли тело мужчины. Он вышел в магазин за сигаретами, а оказался в дренажной канаве со смертельными ножевыми ранениями. У меня тренированные ноги, но бывают ситуации, когда убежать не получится. Что тогда делать?

Ещё в городе развелось много бездомных собак. Бродят стаями по улицам и набрасываются на прохожих. Баллончик со слезоточивым газом – хорошее средство, но нужно подпускать противника слишком близко. Я стараюсь избегать ненужной близости, и пистолет позволяет держать дистанцию.

– Ладно, – примирительно говорит Серёга. – Но ты подумай над тем, что я сказал. Ты же легко можешь заработать, если захочешь.

Это правда. Мои клиенты говорят, что я создаю отличные сайты. И что важно – недорого. Делаю всю работу: дизайн, программирование, настройку.

Если вы решите открыть интернет-магазин, то это ко мне. Можно продавать китайские шуруповёрты, которые сломаются через пару недель. Или постельное бельё, которое быстро расползётся по швам. В любом случае вам понадобится моя помощь.

От клиентов нет отбоя. На электронную почту сыплются письма. Меня заваливают сообщениями в мессенджере. Я даже не знаю, откуда у них мой номер.

Они хотят такой же сайт, как у того магазина, который продаёт рыболовные принадлежности. Кто-то им меня посоветовал. Сказал, что я всё делаю быстро. Проблема в том, что я не хочу целыми днями напрягать зрение, пялясь в монитор. Мне не нужно много денег. Я не вожу девушку в ресторан и не коплю на летний отдых. Поэтому я легко отказываюсь от некоторых заказов.

Серёга с шумом разрывает пакет с чипсами, и жёлтые крошки летят вниз.

– Осторожней, – говорю я, – или будешь пылесосить. Ты, кстати, ходил сегодня в университет?

– Врач освободил меня от учёбы, – Серёга набивает рот чипсами, и оттуда с трудом протискиваются слова. Теперь крошки сыплются на ковёр водопадом. – У меня маниакальная стадия.

Важная информация: Серёга на год старше меня, у него неухоженные сальные волосы, и он тот ещё оболтус.

Мы познакомились три года назад, когда вместе лежали в психиатрической больнице. Жуткое место. Решётки на окнах, как в тюрьме, озверевший персонал и натуральные психи вокруг. Даже если ты попадаешь туда с обычным неврозом, от обстановки можно реально свихнуться.

Первые

несколько дней Серёга по-настоящему пугал. Я всё время думал, что ночью он задушит меня или проткнёт горло вилкой. Он лежал на кровати, отвернувшись к стене, и лишь иногда что-то бормотал. Из-за этого я не мог толком спать – просыпался от каждого шороха.

– Биполярное расстройство, – однажды услышал я сквозь дремоту хриплый голос.

– Чего? – я подскочил, как от удара током, и уставился на Серёгу. Он стоял рядом, лохматый, в мятой больничной пижаме, и смотрел прямо на меня.

– Врач говорит – депрессивный эпизод. – Не спрашивая разрешения, он присел на край моей кровати, опустил руки между колен и застыл в такой позе. В тот момент он напоминал старика, за плечами у которого долгая жизнь. – Уже неделю здесь. Сегодня только отпустило. – Из локтевого сгиба у него торчал кубитальный катетер, в который литрами вливали лекарства.

Мы пробыли вместе две недели. Не могу сказать, что лечение сильно улучшило моё состояние. Но, по крайней мере, там я нашёл друга. Мама была вне себя от радости.

В отличие от меня, Серёга почти нормальный. Он окончил школу и может разговаривать с людьми. Этим летом он даже поступил в университет. Правда, появляется там нечасто, оправдывая прогулы болезнью.

– Ты не похож на больного. – Я отбираю у него пакет и закидываю в рот пару чипсов. – В маниакальной стадии люди бегают по стенам.

– Пью литий в лошадиных дозах. – Он поднимает сцепленные руки и громко хрустит пальцами.

Там, где фаланги пальцев «врастают» в ладонь, пространство заполнено густой, как кисель, массой – синовиальной жидкостью. Когда мы резко растягиваем сустав, газ, растворённый в этой жидкости, превращается в пузырьки. Так образуется характерный хрустящий звук.

Литий – препарат первого ряда при биполярном расстройстве.

– Как твой сеанс, кстати? – Серёга спрашивает точь-в-точь как моя мама. Слово «сеанс» он произносит с надрывом, повышая голос, как конферансье в цирке, когда объявляет номер и просит всех слабонервных удалиться. Я не был в цирке уже несколько лет. Слишком много там посторонних звуков и незнакомых людей, жующих попкорн и вяло хлопающих в ладоши.

– Ну… – говорю я.

Посещение психотерапевта – одно из немногих условий, которые мама требует выполнять неукоснительно в этой жизни.

– Рассказал, как круто себя чувствуешь?

Серёга в курсе моих маленьких хитростей. У нас с ним нет секретов друг от друга. Да и какие секреты могут быть у тех, кто познакомился в психушке?

– Не боишься, что она тебя расколет? – смеётся Серёга.

Я безразлично пожимаю плечами. Первое правило лжеца: когда врёшь, не углубляйся в детали. Обходись общими фразами. Именно на мелочах прокалываются чаще всего. Второе правило: если обманываешь, имей хорошую память.

– Она несильно тебе помогает. – Серёга встаёт с кресла, вразвалку прогуливается по комнате, берёт с полки книгу и перелистывает несколько страниц. – Зачем тогда вообще к ней ходить?