Элли
Шрифт:
— Уж лучше бы она была здесь, Лемонт. Если же эта твоя уловка только для того, чтобы уговорить меня присоединиться к выпивохам, я исчезаю!
— Нет, Эдвард! — Мэдди вдруг потеряла всякое терпение; всю неделю он ходил как в воду опущенный. Не хватало еще, чтобы он испортил ей весь бал! — Элли абсолютно не очарована шармом Пьера, присмотрись сам. Если мы останемся здесь, то ты заткнешь его за пояс. Не упускай свой шанс! Думай головой!
Она права — думать надо головой, а ситуацию пора переигрывать.
Повернувшись
— Ладно. Тебе, думаю, ясно, что за ничтожество Пьер, и, очевидно, ты догадываешься, какую мерзость он замышляет.
Она пожала плечами:
— Думаю, тебе известны его привычки не меньше, чем мне.
Он наклонился и примирительно поцеловал ее в щеку.
— Это правда.
И оба облегченно рассмеялись.
Держа в руках бокал и ожидая Пьера, Элли стояла в углу зала. Он оставил ее полтора часа назад, чтобы взять себе что-нибудь выпить. Она внимательно искала его глазами в толпе, но он словно растворился. Элли было грустно, и она сделала маленький глоток шампанского. Это его гости, убеждала она себя, и она не может требовать, чтобы он проводил время только с ней.
Когда Эдвард в шумном сборище гостей увидел Элли, сердце его замерло и он почувствовал какую-то странную пустоту. Пока Мэдди беседовала с другом, он наблюдал за ней.
Элли излучала свет: серебряно-белый, плавно переходящий в цвет бледного золота. Она казалась волшебным видением среди девушек в тусклых, темных шелковых платьях, и ему снова захотелось коснуться ее, чтобы убедиться в ее реальности.
— Мэдди, я только что видел Элли! — прошептал он на ухо приятельнице. — Встретимся позже.
Мэдди быстро закончила разговор, но успела увидеть только спину Эдварда, который, не обращая ни на кого внимания, легко пробирался через толпу гостей.
Пьер любезничал с Луизой, когда увидел, как Эдвард направляется к Элли. Насторожившись, он тут же поспешил отделаться от Луизы.
— Послушай, дорогая, я только что увидел Эдварда Гамильтона. Мне нужно поговорить с ним. Увидимся в колледже! — Он хлопнул ее по заду и влепил поцелуй в щечку.
Недовольная, что он оставляет ее, она покачала головой:
— О, Пьер?
Он оглянулся.
— Ты уверен, что тебе нужен этот разговор? — раздраженно вздохнула Луиза. Она знала, что кузены не признают друг друга.
Больше всего на свете Пьер не терпел ревности.
— Конечно, — резко ответил он. — Встретимся позже!
Повернувшись, он ушел, и Луиза увидела, как он направился прямо к блондинке в серебряном платье и жадно поцеловал ее в губы.
Эдвард заметил, что Пьер подошел к Элли на секунду раньше его и теперь они стояли вместе, смеялись и о чем-то тихо разговаривали. Совершенно расстроенный, Эдвард уже собрался уйти и вернуться к Мэдди, когда Элли увидела его и
— Педераст! — мрачно выдохнул Эдвард, и девушка, стоящая рядом с ним, испуганно отпрянула от него.
— Эдвард! — Пьер, улыбаясь, пожал руку кузену. Он повернулся к Элли. — Ты знаком с Элли, не так ли?
Он наслаждался этой сценой.
— Конечно! — напряженно ответил Эдвард.
Элли улыбнулась Эдварду, и его злость стала утихать.
— Как вы? — обратилась она к нему. — Я не видела вас всю прошлую неделю. Где вы пропадали?
Ее интерес был таким искренним, что Эдвард моментально забыл о Пьере.
— Подготовка к экзаменам, крикет, последние встречи с консультантом. Словом, сплошное занудство!
— Я думаю! — Пьер рассмеялся и снова завладел вниманием Элли. Эдварду захотелось дать ему пинка.
— Не каждый прохлаждается так, как ты, Пьер! — сказала Элли, улыбаясь Эдварду, и он примиряюще пожал плечами.
Желание Эдварда врезать Пьеру стало сильнее; он должен поддержать Элли. У Эдварда появилась идея.
— Скажи, Пьер, ты и твоя мать будете у нас восемнадцатого мая на приеме?
— Непременно!
— Прекрасно!
Пьер был ошеломлен приглашением: неужели Эдвард играет с ним по его же правилам?
Эдвард повернулся к Элли.
— Мои родители всегда устраивают прием в середине мая, — пояснил он девушке. — Я попрошу перенести его на пятницу, и вы приедете. Пьер, возможно, Элли понравится идея приехать с тобой?
Пьер был сражен окончательно. Он уставился на Эдварда, а тот невозмутимо улыбнулся, а потом обратился к Элли:
— Как вы считаете, Элли? Надеюсь, вам понравится Истлей. Места там чудесные, и если вам захочется, вы сможете рисовать весь уик-энд. Вы не пожалеете, приняв приглашение, — у нас гостеприимный дом, не правда ли, Пьер? — Пьер кивнул. — Думаю, и моя мама понравится вам. Она тоже увлекается рисованием.
Элли посмотрела на Эдварда. Лицо его было по-мальчишески задорным и лукавым, яркие голубые глаза тепло улыбались ей.
— Я… Черт возьми, я не знаю. Я думаю… — Она остановилась на минуту. Она была права, оставив медальон; перед ней простиралась вся жизнь, ее жизнь. — Если вы действительно считаете, что это возможно… — Она улыбнулась, и Эдвард рассмеялся над ее смущением.
— Конечно! А ты как считаешь, Пьер?
Пьер заставил себя улыбнуться. Он не считал, что это будет удобно, так как не рассчитывал на что-либо серьезное с Элли, но сейчас не собирался ничего отрицать, главное для него — сегодняшняя ночь. И это заставило его сказать:
— Несомненно!
— Вот здорово! Тогда я обязательно буду! — обрадовалась Элли.
— Прекрасно! — улыбнулся Эдвард и продолжил гнуть свое: — А сейчас, может быть, поищем уютное место для нашей небольшой компании?