Элитный спецы
Шрифт:
– Мне доводилось пользоваться такими аппаратами… – Дым Дымыч сам и объясняет. – Все зависит от индивидуальных особенностей пловца. Опытный может и час работать, лоху на десять минут только и хватит…
– Мы не знаем, опытные они пловцы или нет… Следовательно, нам необходимо брать их на этой стороне, и, желательно, беспомощными, небоеспособными… Что для этого надо? Для этого надо стравить воздух из первого баллона, оставив только самый минимум… На пару минут дыхания… А во второй баллон закачать что-нибудь смешное… Типа углекислоты… Пусть прокашляются… Под водой это будет смотреться весело…
– Фокус
– Я не ревнючий… – Сохно кивает. – Дальше, Виталий…
– А что дальше, – Пулат пожимает плечами. – Дальше остается только протянуть утопленникам руку помощи и вытащить их на берег. А там уже нацепить наручники…
– Интересно… – соглашается полковник. – Только этим делом пусть занимаются альфовцы. Мы им готовый план предложим. Пусть и работают… Под руководством Пулата и Сохатого…
– Мы согласны… – Пулат садится в кресло, показывая этим, что его доклад завершен. – Я обычно не ношу с собой наручники…
– Меня другой вопрос волнует, – продолжает Согрин. – Кирпичи…
– Я тоже хотел про это же спросить… – добавляет Ангел. – Кирпичи укладывали в багажник осторожно?
– Очень осторожно… – говорит Дым Дымыч. – Я думаю, это взрывчатка… Хотя по внешнему виду – настоящие кирпичи…
– Я уже где-то встречался с таким, – Сохно чешет затылок. – Под кирпич маскировали готовый радиоуправляемый заряд. Технически это сделать совсем не сложно. Чем-то подобным, говорят, взрывали президента Чечни Кадырова… И я готов даже предположить, что знаю, куда эти кирпичики положат…
– Куда? – спрашивает полковник.
– На части периметра поднимают стену ограждения. Она кирпичная… В эту стену заряд и будет заложен. Вероятно, где-то недалеко от здания машинного зала реактора. Ширвани просто положит кирпичи в общую кучу, а каменщики сами уложат их в стенку. В нужное время нажимается кнопка на пульте, и стена разваливается. Террористы неторопливо проникают внутрь и вдумчиво делают свое дело…
– Надо определить место, куда произвелась закладка…
– Если в заряде есть металл… Иначе можно всю оставшуюся жизнь стену «прозванивать»… Кстати, стена армирована продольными и поперечными не связанными друг с другом арматурными прутами. Кроме того, поверху нашпигована электроникой. Колючая проволока тоже будет «фонить»… Замучаешься…
– Тогда придется выставлять охрану вдоль всего периметра… Везде, где производилась докладка…
– И это тоже дело «Альфы»… Не все же им сливки слизывать с нашего блюдца… – Пулат мстит за то, что его собственную находку так запросто дарят «Альфе».
– Ладно. Это хорошее сообщение для генерала Астахова. Что нам сообщат Ангел с Зурабом? Угрожали они внушительно… Переплюнут предшественников?
– Переплюнем! – Ангел в своем сообщении уверен.
Чеченцы так и уходят вчетвером, но уходят не в сторону дороги, а через центральный городской сквер, примыкающий к главной площади города. Из сквера выходы есть на четыре разные улицы, и попробуй угадать, в какую сторону они двинутся…
Стас, уже усевшись на привычное заднее сиденье «Ауди», тихо матерится себе под нос, словно ворчит.
– Что делать будем? – Санек сохраняет солидную
– Гони наугад. Повезет – не повезет…
Гнать тоже приходится по кругу, через целый квартал, потому что боковые от сквера улицы для движения закрыты. Санек лихо газует после светофора, с места – в карьер… Проезжает в одну сторону – там никого похожего не видно, потом в другую, там тоже пусто. Чеченцы пешком могли уйти и на другие улицы.
– Давай к дому… – решает Стас.
У Санька звонит мобильник.
– Если Валерьев, не говори, что мы их потеряли… Просто катаемся по следу, и все…
Но это не Валерьев. Это звонят Саньку из одного из его хлебных киосков. Производственные, так сказать, вопросы. Санек дает указания голосом решительным и не терпящим возражений.
Сейчас Санек уже так не экономит на бензине, как экономил зимой, когда после нескольких часов сидения в промерзшей машине можно было сопли на локоть наматывать. Сейчас, в самую лютую летнюю жару, он бензин жжет с беспечной радостью, включив почти бесшумный кондиционер. Словно бы даже удовольствие получает от того, что может себе это позволить.
Приятный ветерок расслабляет. И выдувает дым сигарет, которые Стас не выпускает изо рта. Одну от другой прикуривает – нервничает…
Они занимают позицию через дорогу от дома, где проживают чеченцы. Место удобное – вдоль дороги растут деревья, и тень как раз падает на машину, не давая ей раскалиться. И ждут час.
– Обнаглели эти ребятки… – теперь уже и Санек начинает сердиться. Понятно, у него дела, которые приносят ему постоянную прибыль. А дела, как известно, ждать не любят… Здесь же, хотя и есть возможность заработать солидно, не в пример мелкой торговле, еще неизвестно, чем может обернуться дело. Даже Валерьев нервничает. Может быть, у него и есть основания нервничать. Валерьев может что-то знать, но ведь не скажет, не предупредит – побоится пугать компаньонов.
У Санька опять звонит мобильник, не давая ему возможности разразиться новой недовольной фразой.
– Кого-кого?.. Нет, номером ошиблись…
Он начинает ругаться.
– Охренеть можно… Они номер запомнить не могут, а я плати за это… В неделю два-три таких звонка… Когда-нибудь напрочь обижусь и начну всем таким ошибающимся по пять раз в день звонить… Пусть память тренируют…
Санек смотрит на дисплей мобильника, где определитель высвечивает номер, и пожимает плечами.
– Номер какой-то странный…
Стас перегибается через спинку сиденья, чтобы тоже глянуть на дисплей.
– Московский… Из Москвы звонили…
– А мне какая разница… Что у нас ошибаются, что в Москве – плачу-то я…
Он собирается набрать номер того, кто только что ему звонил, но тут Стас подпрыгивает и отвлекает напарника:
– Идут… Наши…
Чеченцы уже расстались с теми, с кем встречались. Идут вдвоем. Неторопливо, прогуливаясь… Не на машине приехали, но и не на автобусе, потому что автобусная остановка рядом, а они с другой стороны двигаются. Заходят в продовольственный магазин и опять заставляют Санька со Стасом долго ждать.