Эльфийская ночь

Дубчек Виктор Петрович

– Рады мы потому, что прогнали чуму, - умиротворённо промурлыкал он после очередного осмотра, и Кави с великим облегчением уверился наконец, что угроза миновала.

– Сие невозможно расценить иначе как чудо, - растроганно проговорил принц, - подлинное чудо, удивительное, в высшей степени необыкновенное.

– Да какое там...
– устало сказал человек, - самое обыкновенное. Просто вам тут антибиотики-то в новинку, вот и реагирует организм. Погоди,

пару поколений похимичите - куда как туже это всё пойдёт. У нас так было.

– О, сударь капитан! Вы просто не понимаете восхитительной сути происходящего - ведь обладание столь замечательными пилюлями дарует нам возможность пресечь ту самую Великую чуму, о коей я имел честь поведать Вам не далее чем накануне. Верно ли я предполагаю, что сии лекарства наделены свойством противостоять самому обширному множеству болезней?

– Более-менее. Только напрасно ты радуешься-то.

Сударь Немец неторопливо приложился к чашаке с дымящимся чиндом и потянулся за ларцом с чудотворными пилюлями.

– Смотри сам. Тетрациклина два по пять таблеток, сульфадиметоксина - пятнадцать. По одной таблетке мы уже истратили, но, судя по эффекту, это именно антибиотик сработал. Да, вот этот.

– Девять пилюль, - с глубоким разочарованием протянул Кави.
– Всего лишь девять жизней...

– Содара, Севати твоя, ещё человек несколько. Это при условии, что на остальных подействует не хуже, чем на Дурту.

– Нет ли способа увеличить запас чудодейственного средства? Растительный мир Варты богат самыми разнообразными целебными травами, посему я уверен, что...

– Я-то не фармацевт, - сухо покачал головой сударь капитан.
– А и был бы - всё равно ни оборудования, ни чего там полагается... нету ничего. Одна аптечка, и та гражданского образца.

– Быть может, Дурта?..

– Оклемается окончательно - спросим. Чего щас-то гадать.

Немец вздохнул, снова пригубил из к чашаки и с типично-человеческой безжалостностью добавил:

– Но ты особо не надейся.

О нет, подумал Кави, я предпочту сохранить надежду, ибо уныние нынче есть роскошь чрезмерная. Сколь бы ни уступала принесённая Немцем "пневмония" Великой чуме во внешних проявлениях - но и такой заразы с лишком хватит, чтобы край обезлюдел. Ежели, разумеется, опасения сударя капитана справедливы, и именно он послужил источником болезни... нет ни малейшей уверенности в том, что человек не несёт в себе какого-либо ещё более ужасающего проклятия, пусть и с большим сроком созревания.

О, Дурта, Дурта!.. скорее же поправляйся: сколь не хватает теперь твоих знаний и твоей мудрости.

–

Где там молодой-то?
– спросил сударь капитан.
– Опять на дереве дрыхнет? Свистни, пусть ещё суслика подстрелит - бульона сварим Дурте.

Юный эльф действительно почивал в ветвях друпады; даже и сорок лет спустя Кави-старший с нежной ностальгией помнил приятную шероховатость коры этого старого дерева, уютный пряный аромат прохладных листьев. Разве мыслимо, чтоб лесной эльф не испытывал врождённой приязни к эльфийскому дереву?.. Чужаку не дано испытать подобного чувства.

Кави-старший охотно разделил бы полуденный отдых Кави-младшего, но сударь капитан, как обычно, рассудил верно: Дурта решительно нуждался в укреплении невеликих его жизненных сил, а следовательно - в охотничьем таланте юного эльфа.

Принц легко поднялся на ноги, поправил ножны и шагнул к двери, наново связанной бечёвкой. Он ухватился было за служившую ручкой верёвочную петлю, как почувствовал, что волоски на тыльной стороне его ушей встают дыбом. Тонкий эльфийский слух опередил утомлённое событиями последних дней сознание.

Кави резко повернулся к Немцу.

– Лихо, - сказал сударь капитан, мгновенно вникая в ситуацию и подхватывая оружие.

– В лесу, - негромко сказал Кави, - и, полагаю, со стороны реки.

Мой "зевок", мимоходом подосадовал капитан. Пожалел утомлённого ночным переходом эльфёнка, пожалел утомлённого ночной вахтой Кави... себя пожалел.

Он осторожно, укрываясь за узкими проёмами окон, выглянул наружу. Среди редких деревьев копошились тёмные фигурки. Метров двести - для СВД не расстояние.

Так что, капитан, снова жить захотелось? В Эрефии не срослось - решил хоть среди эльфов оттянуться? Отдохнуть, угу, в себя прийти... отдохнул.

– Гвардейцы, сударь капитан, - тихо сказал принц, отрываясь от своего сектора, - и армейские. Каковые для нас гораздо хуже.

– Почему не штурмуют-то?
– так же вполголоса спросил Немец.

– Не могу знать, - развёл ушами Кави, - армейские, да в тяжёлых бронях, приближаются медленно, но неотвратимо... всего вернее я предположил бы, что именно, как Вы изволите говорить, "штурм" и намечается.

– Кем?

– О, тем, кто собирал сие разношёрстное воинство. И, сколь помню, кроме Лорда-Хранителя сделать это во власти... пожалуй, лишь коменданта Нагары. Однако же Твур на подобный поступок без повеления Содары никогда не решился бы.