Эльфийская ночь
Шрифт:
Теперь на игольчатой поверхности морды можно было различить тёмные блестящие поверхности глаз. Ни ожидаемых змеиных зрачков, ни радужки, ни век. Просто два синих треугольных провала, начинающихся краями от бешено вздутых сейчас защёчных мешков.
Глаза располагались фронтально: хищник.
Прочитать какое-то там их "выражение" Немец, конечно, и не пытался, но в этот момент ему сделалось особенно ясно, что
– Па-дай, - сердечно попросил капитан, - плохо ты меня знаешь, цыпа.
Дракон очередной раз судорожно свёл крылья. В сравнении с близкими деревьями он казался по-настоящему огромным. Кожистая перепонка задела верхушку некстати подвернувшейся берёзки, снесла её и отшвырнула далеко в сторону.
– Зря, - сказал капитан, - незаконная вырубка леса карается...
Словно отвечая на упрёк, дракон сжал защёчные мешки. Края пасти разошлись, сверкнули частые ряды зубов. Индиговая мармеладина осветилась чистым голубоватым отблеском.
Змей загудел, как перегретая газовая колонка, широко повёл мордой. Струя пламени волной разошлась по земле. Рощица вспыхнула сразу вся, словно сухостой в жаркий год. Неожиданно сильный огненный вал докатился почти до самой "коробочки"; капитан почувствовал тошнотворный запах горящих покрышек и крепко пожалел машину.
Вот теперь точно настала пора уходить.
Он соскользнул с подвесного сиденья, подхватил автомат, и метнулся к левой двери. На выходе из боевого отделения в лицо дыхнуло жаром: рощица горела весело. Надеясь, что в уродливую голову дракона не придёт идея повторить фокус прямо сейчас, Немец соскочил с подножки и, пригибаясь, понёсся прочь от машины. Судя по характеру повреждений, зверюга вполне уязвима и для автоматного огня — оставалось только выбрать позицию.
Пробежать ему удалось всего несколько шагов.
За спиной загудела газовая колонка. Капитан инстинктивно бросился на землю. Огненная струя, - на этот раз куда более узкая и точная, - срубила дерево метрах в пяти перед Немцем. Он ужом перевернулся на спину и вскинул автомат.
Дракон, широко раскинув крылья, завис над холмом. Падение прекратилось — то ли шаманы подкинули свежую порцию маны, то ли восходящий поток воздуха от горящего леса помог зверю выровняться и даже набрать высоту. Скорее, второе: кожистые складки жадно ловили горячий воздух.
"Коробочка"
Тварь раздула мешки.
Немец быстро прицелился и в несколько длинных очередей высадил весь магазин в уродливую морду. Промахнуться на таком расстоянии было сложно; пули ударяли в тёмную плоть, выбивая из неё облачка синего дыма.
Дракон затряс головою и завизжал — как мог бы визжать трёхэтажный деревянный дом. Крик боли тут же сменился гудением, и змей, торопясь ударить, снова кашлянул огнём.
Спецназ ГРУ качественно работает даже по драконам - на этот раз чистое голубое пламя прошло неточно, ниже, ударило в и без того дымящийся БТР.
Лопнули колёса, зазвенели разбитые фары. "Коробочку" тряхнуло и повалило на бок; ствол пушки зарылся в землю. Корпус машины скрыл капитана от потерявшего ещё немного высоты дракона. Змей судорожно заработал крыльями.
Немец перекатился влево, за обломок берёзки. Поменял магазин и прицелился. Он собирался поймать момент, когда голова дракона покажется из-за края корпуса.
Но "коробочка" взорвалась. Сорванная башня, - медленно, как оно обычно и бывает в воспоминаниях тех, кто всё-таки выжил, - полетела в сторону Немца.
Он дёрнулся вправо, закрылся оружием. Раскалённая глыба башни, вздымая землю и ломая пни, пронеслась мимо. "Калаш" ударил капитана в лоб, содрал кожу; ерунда. Ремень автомата захлестнул левую руку и, прежде чем лопнула антабка, сломал Немцу запястье.
Он тихо взвыл от боли. Поджал сломанную руку, поискал глазами "калаш" - не нашёл. Скрежеща зубами, схватился за карман с ПМ. Приподнялся на локте.
Безобразная голова медленно всплывала над опрокинутой машиной. Вот раскрылась зубастая щель, затрепетали защёчные мешки. Злой голубой свет мерцал в углах пасти.
По-хорошему-то, надо было менять позицию, но оглушённый Немец двигаться не мог. Он поднял пистолет и тщательно прицелился.
Дракон загудел.
Тонкая стрела ударила зверя в нижнюю челюсть.
Тонкая. Эльфийская.
Капитан, когда в тюрьме сидел, много книг перечитал. В основном, фантастики; где ж ещё её читать? Разве свободный, счастливый человек станет читать фантастику? тем более — писать.