Эксперт № 41 (2014)
Шрифт:
figure class="banner-right"
var rnd = Math.floor((Math.random * 2) + 1); rnd = 0; if (rnd == 1) { (adsbygoogle = window.adsbygoogle []).push({}); document.getElementById("google_ads").style.display="block"; } else { }
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
Однако есть и новость неприятная: отменен порог для обложения зарплат отчислениями на медицинское страхование. Сейчас с зарплаты меньше 624 тыс. рублей в год в Фонд обязательного медицинского страхования (ФОМС) уходит 5,1%, а сумма выше порога взносами не облагается. Теперь выплаты в этот фонд будут взиматься с любой суммы, а значит, любые
Мораторий на передачу накопительной пенсии в управление УК, как и было объявлено ранее, сохранен, общая экономия бюджета на трансферте на покрытие связанного с этим дефицита ПФР (и создание там профицита) составит 309,2 млрд рублей. Однако предложение Минфина не платить выходящим на пенсию фиксированную часть базовой пенсии правительство не поддержало.
Этот пенсионный маневр — одноразовый ресурс. В будущем году еще раз сократить пенсионный трансферт относительно нынешнего уже не получится. В итоге правительство вынуждено сокращать «дискреционные» расходы — на науку, инфраструктуру, инновации, и это явно не лучшее решение в стагнирующей и готовой вот-вот свалиться в рецессию российской экономике.
Бюджетникам больше не наливать
Макроэкономическая подложка бюджета представляет собой базовый сценарий обновленного прогноза социально-экономического развития МЭР и выглядит очень уж прекраснодушно: он предусматривает постепенное ускорение роста ВВП до 2% в 2015 году и свыше 3% в 2017-м. При этом никаких системных мер, направленных на преодоление стагнационных рисков, бюджет не предусматривает.
В реальном выражении в 2015 году (с учетом заложенного в расчеты бюджета дефлятора ВВП 7,1%) сокращаются все статьи бюджетных расходов, кроме военных и расходов на национальную экономику, куда вошли расходы на сооружение инфраструктуры, связывающей РФ с Крымом. Военные расходы за 2013–2015 годы реально вырастут на 35,2%, опережая прогнозируемый Минэкономразвития рост ВВП в 12,6 раза. А вот социальные расходы, включая здравоохранение и образование, за тот же период реально сокращаются на 20,1%.
Это означает существенное изменение приоритетов бюджетной политики, ведь до недавнего времени, особенно в 2009–2010 годах, именно социальные расходы наращивались в первую очередь. Однако уже в прошлом году Минфин начал перебрасывать финансирование социальных мандатов на региональные бюджеты, при этом никак не подкрепив последние источниками дополнительных доходов, что вызвало резкое нарастание бюджетного дефицита и долгов субъектов федерации.
Важной новацией следует считать и ограничение роста зарплат в бюджетном секторе уровнем инфляции (5,5% в 2015 году), что, по мнению Минфина, послужит камертоном для правильной настройки зарплат и в частном секторе. На наш взгляд, это давно назревшее решение, так как до июля нынешнего года рост зарплат в бюджетном секторе устойчиво, а в течение большей части периода с 2012 года — в разы превышал их рост в частном, редко опускаясь ниже 20% в год.
Дефицит бюджета запланирован в 0,6% ВВП на все годы с 2015-го по 2017-й. Финансировать его предполагается за счет размещения долговых обязательств правительства России на внутреннем и внешнем рынках. В 2015 году Минфин планирует привлечь на внутреннем рынке чуть более 1 трлн рублей, в 2016–2017-м — 800,7 млрд и 932,7 млрд соответственно. На внешних рынках планируется привлекать примерно по 7 млрд долларов ежегодно. Заложенный в бюджет лимит внутреннего долга на конец 2017 года составит 9,76% ВВП, внешнего — около 3,4% ВВП. Другими словами,
Тарифы на грузовые перевозки будут проиндексированы по ставке 10%, а не 7,5, как вытекает из официального прогноза инфляции; в противном случае РЖД в 2015 году обещало убыток в 60 млрд рублей и сокращение персонала. В качестве альтернативы МЭР обещал субсидию железнодорожникам на 30 млрд рублей, но этого показалось мало, и РЖД удалось-таки выкрутить руки правительству, что добавило порядка 0,2 процентного пункта к прогнозной инфляции 2015 года (реальная прибавка, скорее всего, будет больше).
Профанация правила
Нефтегазовые доходы учтены в бюджете с формальным соблюдением бюджетного правила исходя из цены нефти 96 долларов за баррель (а также прогноза инфляции на 2015 год 5,5% и среднегодового курса 37,7 рубля за доллар). Эта консервативная оценка позволит заместить дополнительными нефтегазовыми доходами выпадающие ненефтяные доходы и источники финансирования дефицита, если, конечно, нефть не нырнет устойчиво ниже 90 или даже 80 долларов за баррель (такой шоковый сценарий в качестве резервного обсчитывает сейчас Банк России для проработки контуров денежно-кредитной политики в нештатных условиях).
В текущем году с учетом улетевшего в заоблачные выси валютного курса дополнительные поступления в бюджет от нефти и газа, вероятно, превысят триллион рублей, невзирая на скромную в последнее время цену нефти в долларах и рухнувшую по сравнению с показателями кризиса 2009 года добычу газа, что позволит компенсировать тяжелые условия заимствований и мифические поступления от приватизации, постоянно включаемые в расчеты для обхода бюджетного правила.
На будущий год от приватизации госкомпаний Минфин намерен выручить 158,5 млрд рублей. В частности, планируется выставить на продажу около 19% акций «Роснефти», которые, по оценке Минфина, могут стоить более 500 млрд рублей. Согласно решениям, принятым правительством, в бюджет будет направлено 100 млрд рублей, остальное же пойдет в «Роснефтегаз» и будет инвестировано в инфраструктурные проекты.
По опыту предыдущих лет, бюджет не получал от продажи госимущества практически ничего, а выпадающие доходы замещались сверхплановыми доходами от нефти, что позволяло «уберечь» их от зачисления в Резервный фонд, то есть, по сути, обойти бюджетное правило.
Это еще раз наглядно продемонстрировало схоластичность споров о бюджетном правиле в его нынешнем виде, которое на практике не ограничивает ничего и никого. Фактически покрытие расходов бюджета за счет дополнительных нефтегазовых доходов, образовавшихся за счет ослабления рубля, означает расширение использования «инфляционного налога» на население («печатного станка») в качестве источника финансирования.
Кубышки отстанут от ВВП
Резервный фонд в 2015–2017 годах, как ожидается, не будут ни пополнять, ни тратить. Однако это будет означать его медленное «усыхание» по отношению к ВВП — с 9,2% (в сумме двух фондов), по оценке на конец текущего года, до 7,8% в 2017 году. На текущий год, по расчетам директора департамента стратегического планирования Минфина Максима Орешкина , риски распечатывания Резервного фонда благодаря уже произошедшей девальвации крайне низки, несмотря на выпадение большинства источников фиксирования из-за ухудшения условий на финансовых рынках. В дальнейшем при намеченных размерах дефицита его можно профинансировать просто за счет роста потребности банков в ликвидности, которая может быть оценена в 600–800 млрд рублей в год.