Экс-любовники

Салах Алайна

Стоит ли её возобновлять так рано? Конечно, стоит. У меня нет в этом никаких сомнений. Карим заехал за мной после работы, мы занимались сексом и вместе ужинали, ну или как там называется приём пищи ближе к полуночи. Для чего тогда это всё? Кто-кто, а я точно не планирую забивать себе голову дурацкими вопросами, вроде «Что всё это значит?». Мы либо возобновляем отношения, либо обходим друг друга стороной на пушечный выстрел. Секс без обязательств, как выяснилось, не для меня, тем более если это волшебный секс с Каримом. И он, кстати, тоже прекрасно

об этом знает.

Вместо ответа мне приходит размазанное селфи Карима на фоне знакомой стены, облицованной тёмно-коричневой плиткой. Разумеется, после купания в озере этот чистюля полез в душ.

«Я тебе, значит, голый живот, а ты мне вот это? Пришли кубики».

Поставлю их на заставку.

Вместо долгожданного сообщения раздаётся телефонный звонок, сменяющийся смехом Карима.

— Вася, ты чего такая ненасытная?

— В смысле ненасытная? — улыбаюсь я, от неконтролируемого восторга начиная ёрзать под одеялом. — Я же тебя не член попросила прислать.

Хотя мысль такая, конечно, была. О-о, в своё время у меня в телефоне папка на целый гигабайт с его прибором хранилась. Там и фотки, и видео было, как Карим мастурбирует для меня. Мы с ним часто так баловались, когда он куда-нибудь уезжал. И секс-перепиской, и созвонами по фейстайму. Карим потом в шутку ныл, что это я его испортила, хотя на самом деле это он первый мою интимную фотку попросил. Бедная Равиля Марсовна даже не догадывается, каким развратником вырос её старший сын. С родителями-то он всегда такой вдумчивый и серьёзный.

— Лови, — раздаётся после секундной заминки. — Я пошёл в душ, а ты спать ложись.

— Ладно. Ты завтра в «Роден» приедешь?

— Приеду.

— На меня посмотреть? — кокетничаю я. И даже волосы на палец непроизвольно наматываю.

— Конечно, Вася, — голос Карима теплеет, и он тихонько смеётся. — Всё только ради тебя.

— Спокойной ночи, — улыбаюсь я, удовлетворённо переворачиваясь набок. — До завтра.

Сбросив вызов, гашу свет и запихиваю телефон под подушку, но потом вспоминаю про снимок кубиков и снова лезу в мессенджер.

«При-иве-ет, — шепчу я и тру подушечкой пальца экран, будто и правда могу их потрогать. — У меня отличные новости, мои твердокаменные. Теперь мы будем видеться гораздо чаще.

Поставив эту фотографию на звонок, я отворачиваюсь к стене с намерением уснуть, но не тут-то было. В голове, как зацикленный, прокручивается видеоряд минувшего вечера: белозубая улыбка Карима в полумраке, его руки, шарящие по мне, и тепло капота под задницей. Я передёргиваю ступнями, сильнее сжимаю колени. Вот только возбуждения сейчас не хватает.

Уснуть долго не получается. Ещё бы. Впервые за два года я чувствую себя абсолютно счастливой.

********

— Васили-и-ина, Васили-и-ина!

Я нехотя открываю глаза и, поморгав, разглядываю склонившееся надо мной лицо Тани.

— Чего тебе? — хриплю, морщась от лучей света, бьющих из-за распахнутой шторы.

— А тебе сегодня на работу не нужно?

— А

времени сколько?

— Половина девятого.

Грязно выругавшись, я спрыгиваю с кровати. Обычно без будильника в семь утра просыпаюсь, но с возвращением члена Карима в мою жизнь, биологический график немного сбился.

— Кофе мне! — выкрикиваю я, пока несусь в душ. Всё-таки надо было не лениться и ещё вчера перед сном помыть голову.

— Капусту разогреть? — услужливо летит мне вдогонку.

— Ты мне ещё гороховый суп предложи! — ору я в захлопнувшуюся дверь. — Рубашку найди лучше!

Спустя пятнадцать минут я забегаю в кухню с махровым тюрбаном на голове и на лету выхватываю у Тани чашку, как голодная чайка — зазевавшуюся рыбу.

— Рубашка вот, — тычет она пальцем в стул, на спинке которого висит моя рабочая блузка и лифчик. — Брюки я на всякий случай тоже принесла. Они… м-м-м… Не такие мятые, как юбка.

— Ты настоящий друг. — Отхлебнув глоток, я грохаю чашкой об стол и берусь за бюстгальтер. — Как родители?

— Мама тебе пирожков передала. — Таня смущённо отводит глаза, когда я сбрасываю полотенце. — Спрашивала, как у тебя дела.

— Дела у Васи отлично, — хмыкаю я и, не сдержавшись, растекаюсь в улыбке. — У нас с Каримом вчера было свидание.

— Да ладно! — Таня от изумления даже стулом о пол чиркает и смотрит на меня во все глаза. — Расскажи! Ну пожалуйста-пожалуйста!

Настенные часы неумолимо информируют о том, что ещё три минуты назад я должна была быть в «Родене», но разве можно удержаться от коротенького рассказа? Тем более если я уже всё равно опоздала и к тому же сплю с владельцем. Даже хихикаю про себя от такой мысли: ну ты, Вася, и шлюха.

— Ла-а-адно, — великодушно тяну я, потому что меня саму подмывает поделиться. — Только быстро.

На то, чтобы быстро описать наше свидание, опуская подробности того, как Карим поставил засос на соске и дважды довёл меня до оргазма, уходит почти десять минут. Я планировала уложиться в три, но Таня с таким восторгом смотрела, что хотелось говорить и говорить.

— Такие вы классные, — вздыхает она и запихивает в рот сушку. — Так хочу на вашей свадьбе погулять.

Таня и сама классная. В личной жизни у неё беспросветная засуха, но это не мешает ей искренне радоваться за других. Надо как-нибудь снова её приодеть и в свет вывести. Может, у Карима какой-нибудь друг для неёзавалялся. Жаль, что у Искина невеста есть. Они с Таней друг другу бы подошли.

По дороге в «Роден» такси, как назло, встаёт в пробку, и итоге я приезжаю на час позже. Едва переступаю порог, на меня налетает Лена:

— Я час до тебя не могу дозвониться! У нас слив в гостевом туалете сломался, а я не могу телефон техника найти.

— Я разберусь, — успокаиваю её я и быстро иду к себе. Берусь за дверную ручку и вздрагиваю от металлического голос за спиной.

— Вася. Сначала ко мне в кабинет.

Ослепив Карима улыбкой на двести двадцать, я делаю шаг ему навстречу.