Эхо Ривеннора

Карелин Антон Александрович

— Теперь будет проще переходить, — сказал военный и закрепил свой конец бечёвки на дереве. Над пропастью повисли две спасительных нити: по одной идти, за другую держаться. Мы все быстро перебрались на ту сторону; я коснулся верёвки с крюком и вернул её в инвентарь.

Снизу так никто и не постучался: то ли монстры спали, то ли понимали, что мы готовы к атаке, и инстинкт самосохранения победил. Зато, как только мы отошли, снизу что-то со свистом мелькнуло и покромсало верёвку Фунишара на куски, которые рассыпались мерцающей пылью.

— Двигаем дальше.

—

Меховой, продолжай экскурс в свои способности, нам всем интересно и полезно знать. Кому ты поклоняешься?

— О, мне покровительствует Ночная Дымка, младшее духобожество снов и кошмаров.

Мэй тут же нахмурилась, ведь кошмары — это подозрительно и опасно. Но после нашей перепалки ютуберша решила держать мысли при себе, вот и сейчас промолчала. Возможно, она привыкла ко всеобщему вниманию, как все её слушают, ведь слово мастера игры остаётся решающим. Сейчас же получалось, что при всём впечатляющем опыте и известности Мелиссы происходящим командовали два рандомных мужика. И больше всего опытную ведущую удивляло, что мы с Номадом соображаем быстрее, а у неё не находится возражений и комментариев к нашим предложениям и командам. Наверное, поэтому она и выбрала тактику в основном помалкивать и слушать.

— О, сам по себе я не боец, — продолжал рассказывать меховой, — Но могу призывать на врагов снорождения… вот только результат не всегда предсказуем, о. А в ситуации, когда пыли немного, это становится гамбитом «пан или пропал».

— Похоже, тебе проще проходить одиночные этажи, чем толпой, — предположил я. — Ведь сны и кошмары у всех разные, призовёшь то, что одного пугает, а для других оно комично.

— О, верно. Снорождения вообще сильнее в тишине и одиночестве, а в шумной компании и у всех на виду их власть ослабевает.

— Настоящим кошмаром для тебя являются этажи с PvE, — саркастично проскрипел Саири, и мы впервые за час улыбнулись.

— Слушай, Фунишар, есть идея. Что, если Альфа напрыгнет, а ты сделаешь…

Но час уже точно прошёл, а хищник всё не являлся.

— Выжидает, — с ненавистью, но и с уважением покачал головой Номад. — После той раны понял, что мы можем его победить. Наверняка ждёт, пока мы столкнёмся с одной из местных напастей. Чтобы наброситься, когда мы уже будем связаны боем, и заставить сражаться на два фронта.

— О, нам это на руку? — обрадовался пушистый. — Мы уже ознакомились с местными угрозами и научились их обходить, распугивать, в крайнем случае ловко убегать, о. Пока большая зверюга выжидает и теряет время, мы спешим-спешим к выходу, о!

Меховой был отчасти прав: мы действительно наловчились вовремя замечать логова монстров и обходить их оптимальным маршрутом; наловчились издалека сжигать гнёзда насекомых и скопища лиан; предусмотрительно огибать заводи и оперативно форсировать провалы; разгонять существ, которых можно напугать, не падать в замаскированные ловушки и не лезть в логова тех, кто заманивал.

Мы даже накрыли лавиной кристаллические пещеры, так и не узнав, кто там внутри: просто сделали

«Бум» по склону, и оползень завалил монстрам выходы.

Но накапливалась усталость от постоянного движения со слишком краткими привалами. Раны от каждой стычки саднили и нарывали вместе с натёртыми мозолями, свежими царапинами от неудачно задетых веток и камней. К счастью, Саири исцелял самое неприятное, иначе мы бы уже превратились в хромающих развалин.

— Может, это и правда нам на пользу, — согласилась Мэй. — Мы хорошо обходим местные угрозы, и если Альфа выжидает преимущества, а мы будем вести себя осторожно — его момент может так и не наступить.

В голосе женщины слышалась надежда: «А пусть всё будет хорошо!» В этот момент из меня окончательно выветрился напряг на Мелиссу, потому что было видно, насколько сильно на её эмоции влияет страх, но как сдержанно она себя вела, не позволяя этому страху отражаться в её поступках. В конце концов, она честно сказала, что мне не доверяет, а не стала бить в спину.

Не хотелось разрушать надежду, звучащую в голосе Мэй, но куда деваться.

— Совсем не факт, — сказал я, внезапно побледнев. — Возможно, мы не учитываем ключевую вещь. Вспомните, как именно приходил Альфа: ровно с часовым интервалом или раз в час, но в любую минуту?

— Не поняла вопрос, — после секундной паузы призналась Мэй, остальные тоже не явно не догоняли.

— Есть две возможных системы правил. Первая — жёсткий кулдаун: после нападения зверь не может прийти снова, пока не пройдёт ровно час. Вторая — свободные интервалы: он имеет право нападать каждый час, но в рамках каждого часа может выбрать любое время. И тогда между атаками легко может пройти меньше часа — если предыдущий цикл он выжидал и откладывал атаку до последнего. Как сейчас.

Беглецы задумались, вспоминая поведение Альфы.

— Интервально, — сопоставив факты, воскликнул Номад и тоже побледнел. — Святая дева Мария. Значит, он рассчитывал убить нас обычным боем, поэтому не прибегал к хитрой тактике, а теперь сделает «каскад»!

— О, что за каскад, чего вы так испугались, поясните для пушистых? — взмолился испуганный Фунишар. Мелисса и Саири, судя по вытянувшимся лицам, уже поняли.

— Альфа обязательно нападёт в течение этого часа, но ближе к самому концу, — сказал я, уверенный, что так и будет. — Чтобы врубиться с нами по полной, потом на минутку нырнуть в астрал и там полностью исцелиться, а как только час завершится и стартует следующий — он придёт снова.

Я покачал головой.

— Двух схваток подряд мы не выдержим.

— Будем начеку, — хрипло ответил Номад. — Если Альфа нападёт в самом конце часа, пытаемся отступить, не входить в бой и не тратить ресурсы, чтобы цикл закончился и он был вынужден уйти. Тогда он зря выжидал и потеряет час.

Слова были здравые, военный пытался успокоить нас и поддержать боевой дух. А что ему ещё оставалось? Вот только вряд ли Альфа позволит нам отступить, это не будет так просто.

Но вышло ещё хуже, чем я думал. Гораздо хуже.