Его одержимость
Шрифт:
Она лучше всех отрабатывает сумму, которую получила и еще получит ее семья. К тому же у нее охеренное тело.
Ну вот. Вроде я успокоился от соплей.
Я беру несколько коробок с комплектами белья и отправляюсь к чике.
Она сидит вся такая серьезная — прямо министр на работе.
Опять для вида послушная, только белья на чике нет, и кровь ударяет мне в голову.
Хитрая сучка. Непонятная сучка. Вообще не ебу, чего она мне этим хочет сказать. Предлагает взять ее немедленно?
Ну
Ладно. Пусть снимет свою тряпку, и будем примерять белье.
Но нет. Ангелок спрашивает:
— Когда ты меня отпустишь?
— Не знаю, чика. Когда ты мне надоешь. Ты же меня прокляла. Приворожила, как ведьма. Теперь я хочу тебя.
Она сверлит меня своими пронзительными глазищами, а я умудряюсь смотреть в них, а не на ее роскошную грудь.
— Я тебе не чика, Рейес. И я тебя не привораживала.
— А кто, мучача? Раздевайся и примерь то, что я для тебя купил.
Она мотает головой.
— Сеньорита, Рейес. Или Анхела.
От «сеньориты Рейес» меня нехило шибает. Нет уж, блять.
Анхела. Дерзкая чертовка, которая прекрасно знает себе цену.
И я не стану ее сбивать.
— Хорошо, чика. Я знаю, что ты Анхела. Не трать мое терпение.
Я хочу, чтобы она сама открыла коробку. Жду ее взгляд. Ее эмоции. Она удивится, обрадуется или оттолкнет мой подарок?
Сомневаюсь, что такое белье ее разочарует.
Анхела смотрит на коробку, как на змею, и морщится от слова «чика».
А вот намеренно буду ее так называть. Хотя это идиотизм и моя долбаная непоследовательность.
Сам хочу, чтобы Анхелита на меня повелась и сам же ее раздражаю.
Наверное, мне нравится смотреть, как она бесится, и ее яркие голубые глазищи полыхают гневом.
Но она не бесится. Она встает со стула и срывает с себя платье через голову. Быстро и абсолютно не сексуально. Как солдат. И бросает платье на пол.
А меня ведет. Она же голая абсолютно, и я вижу ее охеренные стоячие сиськи. И все прочее тоже вижу. Узкую талию, роскошные бедра, стройные длинные ноги.
Даже синячки на коже вижу. И хочу, чтобы эта девка меня самого искусала, задыхаясь от страсти.
Но, конечно, хер там.
А иначе я пока не хочу. Я прямо сейчас могу повалить Анхелу Рубио на пол и выебать, но это, как жратва без соли и специй. Херня какая-то.
Еще вчера я так бы сделал. И я сделал. Но сегодня — нет.
Потому что чувствую, что уже могу получить намного больше. А у меня нюх на выгоду.
Я говорю:
— Открой верхнюю коробку и оденься. Или тебе помочь?
Чика резко вскидывает подбородок, гневно сопит, и сиськи подскакивают. Непередаваемо
— Я сама.
Давай, покажи мне стриптиз наоборот. Натянуть на себя белье за секунду ты не сможешь. Придется немножко меня порадовать.
Анхела открывает коробку так, будто там и в самом деле змея. И явно удивляется.
Я угадал. Скоро я вычислю все ее эмоции, начну их предугадывать и тогда ее сделаю.
Задроты, у которых нет баб, любят белье пооткровеннее. Когда вся пизда и сиськи наружу. Шлюшьи ниточки.
Нахер эту показуху.
Я велел Франциске Рамос купить очень женственное и даже романтичное белье, которое девка захочет надеть сама и не будет в нем стесняться.
Разумеется, не хлопковую хрень, а шелковую и атласную, украшенную вышивкой. Так, чтобы и красиво, и возбуждающе.
Хотя куда мне еще. Стоит опять так, что ломит.
Чика берет лифчик, и ее тонкие пальцы невольно проскальзывают по ткани.
Дааа. Давай, ангелок. Приучайся чувствовать приятное.
Фернандес уже доложил мне, что в своей обычной жизни ты очень благодарная. Говоришь соседям спасибо, даже если они делятся долбаными фруктами, которые растут на каждом дереве.
Тебе сложно будет оскорблять меня за удовольствие.
Но я все равно придумаю, за что тебя наказать.
Глава 9. Слезы. Анхелика
АНХЕЛИКА
Дорогое белье пахнет как-то совсем иначе. Оно и выглядит иначе и даже на ощупь очень непривычное.
Что-то из совершенно другой жизни.
Я не хочу прикасаться к нему.
Одно дело — смотреть картинки в журнале. А когда ты что-то трогаешь, оно становится более реальным.
Если я сейчас все это надену, то буду обыкновенной шлюхой Рейеса, которую он ради забавы хорошо «упаковывает». А если не надену, то кому и что я докажу?
Я буквально кожей чувствую исходящее от Рейеса напряжение. Что-то темное и угрожающее настолько, что воздух словно становится гуще.
Рейес сидит в расслабленной позе и смотрит на меня, не отрывая глаз. Но я чувствую, что в любой момент он может вскочить и… Я слишком хорошо помню, насколько он тяжелый.
— Погладь его, чика.
Я невольно вздрагиваю. Неужели то, что я пару минут постояла перед Рейесом голой, возбудило его настолько, что он требует, чтобы я гладила член?!
Я кошусь на его брюки. Похоже, что да.
А он вдруг усмехается.
Ужасно, если на моем лице прямо написано, о чем я думаю. Или Рейес просто заметил, на что именно я смотрю.
Я внезапно смущаюсь. И мне еще стыднее от того, что уж что-что, а тушеваться, когда бандит приказывает ублажать его, я не должна.