Его девственница

Пейдж Сабрина

– Не уверена, что тебе грозит оказаться в опасной близости с расслабленными людьми, - дразню ее я.

– Это то, что делает меня интересным другом.

Я фыркаю.

– Пофиг. Ты проиграла соревнование на самого интересного друга. Твоя блистательная соседка была застукана, когда трахалась со своим профессором по письму на столе в его кабинете. И из-за этого ее папочка-проповедник устроил огромный скандал. А после того, как ее скандальный роман рассекретили, она обнаружила, что ее отец замешен в столь же скандальном дельце с пастором из его

церкви.

– Черт, да. Кто бы мог подумать, что в конце семестра наша маленькая мисс Скромняшка станет виновницей такой драмы?

– Я была центром драмы, не так ли?

– Это точно, - соглашается Луна.

Я беру декоративную подушку с дивана и кидаю через всю комнату в нее. Луна протестует, поднимая руки.

– Эй, я не осуждаю! Ну, ладно, так и есть… Где-то в глубине души я чуть-чуть осуждаю тебя.

– Ты такая сучка.

Луна смеется.

– Почему ты не рассказала мне об этом раньше? То есть, я подозревала, но не хотела вмешиваться. Это немного ранило мои чувства – то, что ты не доверяешь мне настолько, чтобы рассказать о чем-то подобном. Ну, знаешь, после всех этим бесед обо мне и моих чувствах.

– Я не хотела, чтобы ты была соучастницей.

Луна поднимает брови.

– Прости, но мы раньше не встречались? Ты думаешь, меня мучили бы угрызения совести от участия в чем-то скандальном?

Я вздыхаю.

– Не знаю. Может быть, мне казалось, будто ты осудишь меня.

Луна закатывает глаза.

– Возможно, тебе следует загадать в качестве новогоднего желания «Не замечать в людях лишь плохое».

– Хорошо, маленькая мисс Циничность.

– А возможно, это может быть желание не замечать худшее лишь во мне.

– Договорились, - говорю я ей. – Если это поможет тебе, то теперь я чувствую себя идиоткой, которая предполагала, будто ты осудишь ее за то, что та спала с Гейбом. Особенно с тех пор, как ты пригласила меня к себе домой на праздники и все такое.

– Очень хорошо, - говорит Луна, скрещивая руки.

– Ты рада от того, что я чувствую себя идиоткой?

– Да. Это будет напоминать тебе о том, какой глупой идеей это было.

– Я усвоила урок, мамочка, - шучу я. – Обещаю.

– А теперь, что мы будем делать со всей этой ситуацией с профессором?

– Мы?

– Эй, ты втянула меня в свою драму, так что теперь я вовлечена. Извини, просто это так работает.

– Что вы собираетесь с этим делать? – спрашивает Джез, входя в комнату и садясь в кресло.

– Я ничего не буду с этим делать, - говорю я им. – Я собираюсь отгулять Рождественские каникулы, с позором вернуться в колледж и смириться с тем, что я – та девушка, которая трахалась со своим профессором. Или, может быть, я вообще не вернусь в колледж, потому что не смогу вынести всего унижения. Я брошу учебу и устроюсь на работу барменом…

– Ты недостаточно взрослая, чтобы работать барменом, - замечает Луна.

– Отлично. Тогда стану официанткой.

Луна качает головой.

– У тебя отсутствует координация, необходимая

официантке.

– Я знаю!

– Может быть, ты могла бы работать у моей мамы, - предлагает услужливо Луна. – Или могла бы продавать секс-игрушки с моей тетей.

– Я не понимаю, почему вернуться в колледж – это так унизительно, - прерывает Джез.

– Вы пропустили ту часть, когда я рассказывала о том, как в кабинет вошли люди, когда я трахалась со своим профессором на его столе? – спрашиваю я.

Джез посылает мне пренебрежительный взгляд.

– Когда я была в колледже, все трахались со своими профессорами. Я спала с профессором исследований женских проблем.

– У вас был профессор исследования женских проблем?!

– Она была на двадцать лет старше меня, - задумчиво говорит Джез. – Мы втроем, вместе с моим профессором по будизму, провели блаженный семестр.

– Ты даже не ходила в колледж! – восклицает Луна.

– Я проучилась один семестр, - говорит ей Джез. – Это оказалось слишком много для меня, и я бросила.

– Видите? Вы бросили колледж после того, как переспали со своим профессором! – обращаю внимание я.

– Это случилось не из-за унижения, - говорит Джез. – Тогда было слишком много вечеринок. И в моей жизни было много наркотиков.

Луна фыркает.

– Было?

– Очень смешно, - отвечает Джез. – Все, чего я хотела всю свою жизнь – это родить полную сарказма дочь.

– Рада слышать, что я не разочаровала тебя, - говорит Луна.

– Трахаться со своим профессором – не такое уж и великое дело, - уверяет меня Джез. – И, само собой, этого не достаточно, чтобы задумываться о том, бросать ли колледж или нет.

– Никто не будет говорить об этом после каникул, - добавляет Луна, пожимая печами. – Люди недолго заостряют свое внимание на чем-то одном. Они забудут об этом.

– Мы устроили большой скандал, - напоминаю я им.

– Колледж – это то место, где должны случаться подобные вещи, - говорит Джез. – Более важный вопрос – собираешься ли ты продолжить встречаться с профессором.

– Да, серьезно. Это то, что тебе нужно прояснить, - произносит Луна.

– Не знаю. Мне нужно время, чтобы подумать об этом, - говорю я. – Мы ведь не встречались. Я имею в виду, не думаю, что мы делали это. Я даже не знаю, кем именно мы были друг для друга. Возможно, любовниками. Я даже не знала, что он женат.

– Он женат?! – спрашивает Джез. – Ох, к черту это. Почему вы, девочки, не рассказали мне об этом? Мы должны поехать к нему и разбить его машину.

Я не могу не засмеяться над неуместным энтузиазмом Джез, когда Луна закатывает глаза.

– Я просто отмечу, что моя хиппи, не пропагандирующая насилие мать, предлагает нам пересечь несколько государственных границ, чтобы уничтожить чью-то собственность.

– Он не женат, - быстро поправляю я. – Он был женат. Видимо, поэтому в кабинет и ворвалась ассистентка кафедры. Она говорила что-то о том, будто его бывшей жене нужны деньги.