Ее темные рыцари
Шрифт:
Витязь замолчал, и я вскоре поняла почему. Справа, сквозь группку молоденьких елей проглядывало то, что осталось от некогда наверняка большого, красивого дома. Руины, густо поросшие высокой травой и кустарником. Не сговариваясь, мы остановились. Мне нравится выражение «Мой дом – моя крепость». А сейчас подумалось, что дом невольно может превратиться в общую могилу. Жуткая мысль.
К реальности нас вернуло уханье филина, долетевшее откуда-то с пожарища.
– Пойдем, нас ждут.
Когда страшное место осталось далеко позади,
– Слушай, Лазарус, это не мое дело, но… – Я замялась, а потом все-таки спросила: – Неужели Чернов изменяет жене?
– Нашла время спрашивать! Да еще на территории оборотней.
– Да что ж это такое! Нигде и ни о чем нельзя поговорить!
– Можно, только осторожно, – успокоил Болконский и со странной улыбкой объяснил: – Соблюдая видимую пристойность, Демид меняет подружек с согласия Эммы.
– И даже с ее благословения, – добавил догнавший нас Руслан.
– Все хорошо? – поинтересовался его напарник.
Вертигр коротко кивнул.
– Надеюсь, мы будем далеко, когда он поймет, что Герды здесь нет.
– Почему с благословения? – настойчиво напомнила о своем интересе.
На самом деле я хотела получить ответ на один-единственный вопрос: умеют ли оборотни вообще хранить верность? Но побоялась спрашивать, зная, что Булатов воспримет все на свой счет.
– Первая жена Демида тоже погибла из-за вампиров. И он больше не собирался жениться, а тут случился пожар. – Руслан нахмурился и потер лоб, словно у него разболелась голова. – Единственный наследник погиб, и Чернов женился на своей любовнице Эмме.
– Она оказалась в нужном месте в нужное время, да еще быстро забеременела, – продолжил рассказывать Лазарус. – Вот Демид и сделал ей предложение. О том, что у них не совпадают некоторые потребности, он узнал уже постфактум.
Ничего не поняла про потребности, о чем так и заявила.
– От Эммы веет хвоей, притом веет в квадрате, – снова иносказательно выразился блондин, а криво улыбающийся Булатов сделал волнообразный жест рукой.
И тут до меня дошло. Холодна как рыба, сосновое бревно в постели – это все об Эмме? И что, из-за этого можно гулять на стороне?! Значит, Чернов сам пень, раз не может зажечь свою женщину.
Выслушав мое мнение в защиту магички, вампир покачал головой.
– Ходят слухи, что она, спровадив мужа из спальни, сама дала ему совет сбрасывать напряжение на стороне.
Странно, Чернова не показалась мне ледышкой. А с другой стороны, я ведь вижу ее, считай, первый раз в жизни, могу ошибаться.
За необычными разговорами мы приблизились к каменному забору. Кованые ворота густо завили розы цвета настоящих сливок. Лазарус коснулся перстнем замочной скважины – и ворота послушно отворились. Классный артефакт, отмычки взломщиков отдыхают.
– После вас. – Вампир посторонился, пропуская Руслана и меня.
Радуясь, что ни летать, ни прыгать на этот раз не пришлось, я шла следом за Булатовым. По
– Спасибо, – прижимая ладонь к поцарапанной розами щеке, поблагодарила спасителя.
– Увы, не за что, – досадливо произнес он. – Постарайся, чтобы кровь не капнула, нельзя оставлять следы.
– Болит? – посочувствовал мне Руслан. – Давай посмотрю.
– Может, потом? И вообще, чего мы ждем?
Ведь правда, почти бежали, а сейчас стоим на месте. Но ответить мне не успели – вылетев из-за поворота, джип Булатова лихо затормозил у ворот.
Довольный оказанным доверием Иван Чернов выпрыгнул из машины. Бросив ключи Руслану, весело поинтересовался:
– Быстро я управился, да? Могу еще что-нибудь для тебя сделать.
– Ты молодец, спасибо. За мной долг.
– За тобой объяснения, как пройти последний уровень, – улыбнулся паренек и, посмотрев на меня, нахмурился: – Поцарапалась? Плохо, это особые розы – магией их модифицировали в сторожа. Долго не заживет, если, конечно, ты не залижешь.
Последняя фраза была адресована Лазарусу.
– Ладно, ребята, мне пора. До встречи!
И младший Чернов, которому, как только что выяснилось, не пятнадцать, а четырнадцать лет, скрипнув створкой ворот, вприпрыжку побежал домой через траурную часть сада.
– Так, нам тоже пора. До встречи с магом осталось двадцать минут.
– Что за маг?
– Ментальщик, то есть специалист по магии разума, – ответил вампир, помогая мне, временно охромевшей, сесть в машину. – Возможно, именно он – автор заклинания, вызвавшего твою амнезию. Ну а если он невиновен, попросим помочь с восстановлением памяти.
– А это не опасно? Вы ведь решили не посвящать посторонних в нашу проблему?
– Возьмем с него клятву неразглашения.
Кровь и не думала останавливаться, хоть я извела всю упаковку влажных салфеток, прикладывая их к ранке. Неужели мальчишка не пошутил насчет модифицированной розы? А как же обещанная регенерация?
Пару раз встретившись с Русланом взглядами в салонном зеркале заднего вида, поняла, что оборотень переживает. Сидящий неподвижно, ровный, словно палка, вампир лучше скрывал свои эмоции.
– Лазарус, может, ты все-таки подлечишь нашего Гласа? – не выдержал Булатов. – Если ты, Герда, не возражаешь, конечно.
Я и не собиралась ерепениться. Это все-таки не укус в шею, и ничего плохого не случится из-за маленькой капельки крови?
– Лазарус, пожалуйста, помоги…
Блондин тяжко вздохнул:
– Я не претендую на тебя ни как на донора, ни как на будущую обращенную.
Слова, прозвучавшие как клятва, скорее всего, имели определенный вес, так как Руслан, не отрывая взгляда от дороги, одобрительно кивнул.