Ее любили все

Вербинина Валерия

– Да так, – неопределенно ответила Виктория.

Все дело в ядах, подумала она с раздражением. Которые могут быть быстрые, а могут быть медленные. А могут вообще притвориться заурядной таблеткой от давления, например. Как проксивезин, которым отравили Валентина Степановича. Ведь отравили же? И капитан Кошкин, производящий такое положительное впечатление, капитан, который, собственно говоря, сам присутствовал при этом убийстве, до сих пор никого не нашел. Как не нашел ни стрелка, ни того, кто зарезал профессора Свечникова.

Ни того, кто убил Женю год тому

назад.

Дымок над кофейной чашкой почти растаял. «А, да пошли все к черту», – в порыве раздражения решила Виктория. Она взяла чашку обеими руками и не остановилась, пока не выпила до дна.

Без стука в комнату заглянула Ира.

– О! Вы уже пришли в себя? Капитан хотел бы с вами поговорить.

– Минуточку, – сказала Виктория. – Кирилл, где моя сумка?

Она достала из сумочки зеркало, прошлась пуховкой по щекам, поправила блеск на губах и улыбнулась Кириллу.

– Теперь, – объявила Виктория, – я готова с ним разговаривать.

Беседа с Олегом Кошкиным вышла недолгой. По сути, Виктории лишь пришлось подтвердить то, что рассказали ее спутники, сидевшие с ней в машине. Да, они ехали медленно, потому что дорога была скользкой. Да, сначала она услышала какой-то треск, но не поняла, что это выстрел. Конечно, они все ужасно испугались. Нет, у нее нет никаких соображений по поводу того, кто бы это мог быть. Нет, она не видела стрелка, потому что он находился далеко. Филипп Ермолов пытался добежать до стрелявшего, но подвернул ногу и упал, а потом выстрелы прекратились – так же внезапно, как и начались. Нет, она не догадалась посмотреть на часы и не может точно сказать, когда именно прозвучали первый и последний выстрелы.

– У меня вопрос, капитан, – вмешался Лев. – Вопрос, который, я уверен, интересует и всех присутствующих тоже. Что нам теперь делать?

– Пока – ждать утра, – хмуро ответил Кошкин. – Ваши близкие знают, где вы находитесь?

– Да, но…

– И они, конечно, звонят вам, а когда поймут, что вы не отвечаете, встревожатся. Думаю, завтра кто-нибудь подъедет узнать, что с вами, и нас вызволят отсюда.

– Сегодня суббота, – напомнила Виктория. – Кроме того, область завалена снегом. Что мешает нашим родным решить, что мы просто остались переночевать у нашего друга Адрианова? Люди не любят делать лишних телодвижений, знаете ли.

– А если даже кто-то и приедет, – вставил Макс, – что мешает стрелку прострелить ему шины точно так же, как он это сделал с машиной Фила?

– Значит, мы вызволим себя сами, – отрезал Кошкин. – А пока нам придется провести ночь в этом доме.

– В этом доме, – мрачно напомнил Подгорный, – уже находятся два трупа.

– Значит, только от нас зависит, чтобы их не стало больше, – легко согласился капитан.

– Послушайте, – взмолилась Ира. – Вы хоть предполагаете… ну, я не знаю… – Она собралась с духом. – У вас есть хоть какие-то соображения по поводу того, кто все это делает?

– А у вас? – внимательно посмотрел на нее Олег. – Вы ведь знаете столько же, сколько и я. И что? Складываются какие-то правдоподобные версии?

– Мы почти уверены, что стрелок –

человек со стороны, – буркнул Макс.

– Который связан с кем-то из тех, кто находится в доме, – уточнила Виктория.

– С кем именно?

– С человеком, который проколол шины и лишил нас всех связи.

– Да? И зачем же он это сделал?

– Чтобы изолировать нас от мира, – удивленно ответил Кирилл.

– Да, но зачем?

– Чтобы убить одного за другим, к примеру, – уже раздраженно проговорил Макс.

– Не обижайтесь, – усмехнулся Кошкин, – но если бы его целью было убийство, он бы уже перестрелял по крайней мере пять человек. Тех, которые выскочили из машины на дорогу и в свете фонарей сделались отличной мишенью.

Кирилл потемнел лицом.

– Но ведь он убил Адрианова и убил профессора! Этого вы не можете отрицать?

– Он, он, – проворчал Кошкин. – Почему именно он? Почему не она или, к примеру, не они? Что мы вообще знаем? Берем наши убийства – почему убили Валентина Степановича? Из-за того, что он хотел расследовать убийство своей жены? Из-за наследства? Из-за завещания? А профессор Свечников? Хотя с этим все как раз понятно – он убит именно потому, что знал, кто проломил голову Евгении Адриановой, и покрывал его.

– Но тогда, значит, и Валентин Степанович… – начала Виктория.

– Хорошо, допустим, основной мотив – убрать свидетеля и лицо, больше всех заинтересованное в расследовании. Но это никак не вяжется с тем, что мы оказались здесь взаперти, лишенные телефонной связи. К чему такие сложности?

Подгорный вздохнул.

– И главное, даже толком и подумать не на кого, – проворчал он. – Все мы более или менее знаем друг друга. Даже домработница – я помню ее с тех пор, как впервые появился в доме у Валентина Степановича… а это было очень давно, – задумчиво прибавил он.

Олег Кошкин поднялся с места.

– Не хотел этого говорить, – сказал он, – но все-таки придется. На всякий случай, – он вздохнул, – советую вам не терять бдительности. Да вы и сами, уверен, все понимаете.

– Мы все поняли, капитан, – усмехнулся Макс. – Не волнуйтесь, мы сумеем за себя постоять.

– Вот после таких фраз в детективах и появляются очередные трупы, – назидательно заметил критик.

– Хватит, Лев, – оборвала его Виктория. – На всякий случай, Олег Петрович… – Она замялась. – Где вы будете, если что? Ну, вдруг, я имею в виду…

– Я буду у себя, – ответил Кошкин. – В комнате на втором этаже. Так что, если что, не церемоньтесь.

– Один? – хмыкнул Кирилл. – И вы что, не боитесь?

– Нет, – раздумчиво ответил капитан. – Видите ли, – и тут он впервые улыбнулся, – я уверен, что смогу за себя постоять.

Глава 15

Чужие среди своих

– Ну что ж, – объявил Кирилл, – будем держать круговую оборону.

После ухода Олега Кошкина спутник Виктории развил бурную деятельность. Он оглядел комнату, в которой они находились, пощупал шпингалеты на окнах, осмотрел дверь и неодобрительно покачал головой.