Ее любили все

Вербинина Валерия

– Нет, – сухо сказал Кирилл, – когда происходит первое убийство, все почему-то забывают о том, что за ним идет второе, и надеются непонятно на что. Ну а мы будем надеяться исключительно на крупный калибр. Если ночью к нам кто-то полезет, я разнесу ему башку и даже сомневаться не стану.

– Кирилл, – сердито проговорила Виктория, – не разводи паранойю. Что, если ночью к нам постучится Надя, которой приснился страшный сон? Ты ее убьешь, а потом что? Тебя же посадят!

– У нее есть муж, вот ему пусть и жалуется

на страшные сны, – отрезал бесчувственный Кирилл и перехватил ружье поудобнее. – На войне как на войне, Виктория. Идем!

– Я надеюсь, он пошутил насчет второго убийства? – пробормотала Ира, когда они выходили из комнаты.

– Конечно, пошутил, – ухмыльнулся критик. – Потому что оно уже произошло. Теперь, если мы посчитаем и гибель Евгении, стоит ждать уже четвертое.

– Ой, – потерянно сказала Ира и надолго умолкла.

Они поднялись на второй этаж, завернули в боковое крыло и вошли в довольно большую комнату, обставленную безликой мебелью советских времен. Макс перетащил один из шкафов на середину комнаты, чтобы перегородить ее надвое и создать иллюзию личного пространства для каждой пары.

– Так, – объявил Макс, оглядываясь, и уволок к двери тяжелое кресло. – Тут будет пост, кхм, часового… Кирилл, ты принес ружье? Отлично, я как раз о нем подумал. Нам с Иркой диван, вам софа, Льву – кресло-кровать. – Он кивнул на нишу между двумя окнами. – Предложения?

– Это что, он будет на нашей половине? – возмутился Кирилл.

– Ну да, – подтвердил Макс, ухмыляясь, – поскольку это Виктория потребовала оставить его с нами. По-моему, это справедливо.

– По-моему, самое время тебя пристрелить, – объявил Кирилл критику. – На кой черт ты вообще нам нужен?

– Так, – вмешалась Виктория, чье терпение было на исходе, – довольно глупостей! Мне надоели все эти дурацкие разговоры о том, что кто-то кого-то убьет и кого-то там пристрелит. И вообще у нас другая задача! Мы попали, скажем прямо, в непростое положение, и наша цель – не убивать, а выжить. Макс! Ты уверен, что все предусмотрел?

– В смысле?

– Один из вас будет сидеть у двери с оружием, с этим все ясно. Ну а остальные возможности? Если дом запалят с четырех концов, к примеру?

– Ну, тогда уж либо сразу в окно, либо в дверь и вниз по лестнице, – пожал плечами Кирилл. – Лестница недалеко, окна невысоко, все-таки второй этаж.

– Ну допустим, – с сомнением согласилась Виктория. – А как насчет туалетов? Они близко или туда придется идти через весь этаж?

– А если кто-то проснется и захочет пить? Или есть? – подал голос Подгорный.

– Телевизор бы тоже не помешал, – высказалась Ира. – Ток-шоу там посмотреть, или фильм какой…

Кирилл театрально застонал:

– Ток-шоу! Ну да, только ток-шоу мне сегодня не хватало, ага!

– Мне тоже, – счастливо улыбаясь, призналась Ира.

Макс отправился

более тщательно изучать диспозицию и, вернувшись, объявил, что до туалета совсем недалеко, пройти мимо пары комнат, и ты на месте. Подгорный, которому инстинктивно не понравился его уверенный тон, отправился проверить данные разведки и примчался обратно с воплем, что до туалета топать в другой конец крыла, что их комнату вообще нельзя было выбирать в качестве места для ночлега и что убийца, который притаился под одной с ними крышей, наверняка их всех замочит, когда они пойдут по нужде.

– В детективах, – кричал критик, – такого никогда не случается, но если бы я был на месте этого психа, то засел бы в уборной, и тогда вы бы точно от меня не ушли!

– Значит, будем ходить в окошко, – ухмыльнулся Макс.

– Макс! – прошептала шокированная Ира.

– Нам надо выбрать другую комнату, – гнул свое критик.

– Вот и выбирай, – согласился Кирилл. – И сам там оставайся.

Почему-то это предложение не вызвало у Подгорного никакого энтузиазма. Он плюхнулся на кресло-кровать, которое жалобно скрипнуло под его весом, вытянул ноги и подоткнул под бок большую подушку.

– Надо бы принести сюда еду и выпить, – напомнила Виктория.

– Пусть человек с ружьем и идет, – зевнул критик, указывая на Кирилла.

Тот удалился, через несколько минут вернулся, неся бутылку шампанского и тарелку с подмятыми яблоками.

– Это все? – возмутился Макс.

– Адриановы все захапали на правах хозяев, – пояснил Кирилл, – а душки Каверины сожрали то, что осталось. Надо было нам раньше шевелиться. Кстати, домработница хотела стребовать с меня денег за шампунь, но я ей не дал ни гроша.

Он поставил бутылку и яблоки на стол и двинулся к дверям.

– Кирилл, ты куда? – встревожилась Виктория.

– Я быстро, – ответил ее спутник.

Он и впрямь почти сразу же вернулся, неся с собой большой плед. В нише между окон Лев снял очки, засунул их в карман, пробормотал нечто невнятное и закрыл глаза. Виктория устроилась на софе, Кирилл бережно накрыл ее пледом.

– Кто дежурит первым? – вполголоса спросил бизнесмен у Макса.

– Ладно, – буркнул Макс, забирая ружье, – я. Спите!

– Ты, главное, не спи, – предостерегающе промолвил Кирилл. – А то что-то не нравится мне этот домик.

– Кого ты учишь!

Ира, устроившаяся было на диванчике, подпрыгнула от огласившего комнату грохота. Она была уверена, что Макс невзначай разрядил себе ружье прямо в ногу и сейчас истечет кровью, но оказалось, что это Кирилл открыл шампанское, никого не предупредив.

– Ты что, сдурел? – прошипел Макс, оправившись от испуга.

– Да ладно тебе! – сказал бизнесмен, ухмыляясь во весь рот. – Предлагаю выпить шампанское, пока пузырьки не выветрились. Тост такой: за жизнь!