Единственный...

Юдина Екатерина

— Когда мы в следующий раз увидимся, уже не будет того, что нам мешало.

— Ты собираешься куда-то уехать?

— Да, — пальцы его ладони вплелись в мои волосы и начали перебирать пряди. — На день или два. Мне нужно все закончить.

Я помялась, но не нашла, что сказать. Поэтому опустила голову и прикусила губу.

— Я скоро вернусь, — он вновь прикоснулся своим лбом к моему. — Не бойся и ни о чем не волнуйся. Тебя больше никто не тронет и тебя ничто не коснется.

Я не боялась и не волновалась.

Просто не хотела, чтобы Кириан уезжал. Но, наверное, и правда в первую очередь нужно было решить все проблемы, чтобы уже потом в спокойствии узнавать друг друга.

Агеластос сразу не уехал. Еще долго мы сидели на кухне. Долгие поцелуи и прикосновения, но ни одного слова. Казалось, что они сейчас и не нужны.

Когда Кириан уходил, он оставил еще один поцелуй у меня на щеке.

— Я скоро вернусь, — сказано мне в губы.

— Буду тебя ждать, — я потянулась и сама его поцеловала.

Агеластос ушел, а я еще некоторое время стояла около двери. Мысли лихорадочно метались и я была до жути растерянной. Даже подумала, что, может, приезд Кириана мне лишь померещился. Возможно, его просто не было?

Но все же губы, ноющие от поцелуя, отчетливо давали понять, что Агеластос действительно был тут.

Я пошла на кухню и взяла в руки чашку, из которой Кириан пил чай. Долго смотрела на нее, чувствуя, как сердце стучало учащено.

Дальнейшую часть дня я не могла ни на чем сосредоточиться. Единственное, приготовила поесть, но то и дело смотрела на телефон. Кириан дал мне свой новый номер и сказал чуть что звонить. Я думала, что, может, написать ему? Но в тот же момент хотела дождаться именно его возвращения. Так, чтобы встреча захлестнула с головой. Сообщения — это слишком мало.

Ближе к ночи я лежала на кровати и смотрела на потолок. Прикоснувшись ладонью к животу, я еле ощутимо его поглаживала и думала о том, как Кириан отреагирует на мою беременность. Для себя решила, что расскажу о ней, как только мы опять увидимся.

Так, продолжая утопать в своих мыслях, я не заметила того, как заснула. Спала беспокойно и постоянно ворочалась, поэтому, услышав какой-то шорох, тут же проснулась.

Была еще глубокая ночь, но в ее тишине я четко уловила какой-то звук.

Кто-то ковырялся в замке моей входной двери.

Не ключом, но точно какими-то металлическими предметами, так, что звук тихого скрежета вонзался в сознание дикой паникой.

Я сразу потянулась к тумбочке. Лихорадочными движениями нащупав очки, надела их и, вскочив с кровати и оглянулась по сторонам. У меня не было сомнений в том, что кто-то решил проникнуть в квартиру, но, проклятье, я не знала, что делать.

Взять что-то для самозащиты? Спрятаться? Кричать и звать на помощь?

Внезапно послышался еще какой-то звук. Шорох и тихие, но быстрые шаги. Будто бы глухие удары и сдавленное мычание. После

этого тишина.

Я все еще стояла на месте. Не двигалась и даже не дышала. Прислушивалась к посторонним звукам, но больше ничего не слышала и, лишь через несколько бесконечно долгих секунд, бросила испуганный взгляд в сторону окна.

На улице было темно. Почему-то не горели фонари, хотя раньше такого никогда не случалось.

Во мраке я все же рассмотрела расплывчатые силуэты громоздких мужчин, которые забросили в джип других двух мужчин. Связанных и пытающихся вырваться.

Отойдя от окна, я села на пол между кроватью и тумбочкой и дрожащими пальцами набрала номер Агеластоса. Несмотря на то, что была глубокая ночь, он ответил практически мгновенно.

— Да, Чара.

— Кириан, тут происходит что-то страшное, — мой голос дрогнул. Я до этого момента не понимала того, насколько сильно была испугана.

— Я знаю. Не волнуйся. Уже все хорошо.

— Откуда ты знаешь? Кто все эти люди? Что происходит? — мысли путались и я, закрыв глаза, сняла очки, после чего потерла лицо подрагивающей ладонью.

— Те, кто пытался проникнуть к тебе в квартиру, лишь мусор, — слова Кириана веяли холодом.

— Куда их повезли? Что с ними сделают?

— Мусор нужно уничтожать.

По спине скользнул холодок и я вздрогнула.

— П-почему они пытались проникнуть ко мне? — спросила, сильно запнувшись. Мысли начали еще сильнее путаться.

— Тот, кто отправлял сообщения твоим родителям, попытался еще раз навредить тебе. Но больше этот человек тебе ничего не сделает.

— Ты узнал, кто это? — я широко раскрыла глаза и с силой сжала телефон.

— Это и так было понятно.

— Кто? Кто отправлял те сообщения?

— Ты не знаешь этого человека.

— Расскажи. Умоляю, — прошептала. — Мне нужно знать.

Несколько секунд царила тишина. Напряженная и давящая, но Кириан все же разорвал ее следующими словами:

— Ее зовут Мнемосина Зервас. С ней и ее братом Еспером я рос.

— Почему она?..

— Мне тяжело ее понять. Возможно, тебе больше расскажет Гатис, когда он придет в себя. Она всю жизнь была в него влюблена, но Иерону было на нее плевать.

— Но почему она отправляла сообщения моим родителям? Что я ей сделала?

— Ты понравилась Иерону. Этого хватило.

Я шумно выдохнула и опустила голову. Не знала, что думать. Да и навряд ли сейчас могла это делать.

— А что с Калисой? — тихо спросила. — Я уже стала думать, что она причастна к сообщениям.

— Она и Мнема подруги.

Я опустила голову и сделала еще один глубокий вдох. До крови прикусила кончик языка и еле слышно прошептала:

— Я все равно не понимаю, почему они так поступили. Еще и эти люди, пытающиеся пробраться ко мне в квартиру.