Эдем: земли пар
Шрифт:
– Я называю это междумирьем. Мои способности позволяют мне заглянуть за завесу этого мира и оказаться по ту сторону, – шепотом ответил Абрам, переводя дыхание.
– У тебя такие способности и ты их скрывал? Это же настоящий дар! Ты можешь появляться из ниоткуда! Почему ты молчал об этом все это время?
– Поверь мне – это не дар, а проклятие. И я очень надеюсь, что тебе не достанется нечто подобное.
– Почему ты так говоришь?
– Потому что в том мире есть существа куда пострашнее тех, что в этом. Там действуют другие законы и я не просто так скрывал
– Что теперь? – шепотом спросил Адам.
– В больших домах обычно есть скрытые комнаты, где можно переждать. Быстро осмотримся и спрячемся в одной из них.
– А может вернемся в твое междумирье?
– У меня не хватит сил удерживать нас обоих там слишком долго. А они могут понадобиться мне на экстренный случай.
– Ладно, будь по-твоему. А где обычно делают эти скрытные комнаты?
– В детских комнатах, шкафах, под полом. Но чаще всего в детской, чтобы можно было быстро спрятать ильнийца.
– Осталось еще найти ее в этом огромном доме, – Адам засмотрелся по сторонам и наступил на осколки разбитой вазы. Треск эхом прошелся по дому.
– Серьезно? Смотри под ноги, – тихо процедил сквозь зубы Абрам, но было уже поздно. Сверху раздались чьи-то шаги с характерным постукиванием когтя по полу. Абрам покачал головой и резко исчез. С лестницы второго этажа показались два больших желтых глаза. Ящер медленно спускался на четвереньках, оскалив свой ряд клыков. Адам стоял в оцепенении, не понимая что делать. Оборотень выпрямился во весь рост, блеснув когтями и стремительно пошел на Адама.
– Легкая добыча, – облизнувшись, произнес ящер. Сравнявшись лицом к лицу, раптолак уже замахнулся рукой, но вдруг остановился. По его телу прошла острая боль, и он чувствовал, как стилет пронзал его со спины. Абрам появился также неожиданно, как и исчез. Он несколько раз проткнул оборотня со спины и повалил его на пол.
– В следующий раз не стой столбом. Если не можешь отбиться, прячься, – сказал Абрам, протирая стилет о плащ.
– Я…я даже подумать не успел. Он мертв? – спросил Адам, указывая на ящера.
– Я проткнул ему воздушный мешок под ребрами три раза. Он уже не встанет, – ответил Абрам, отойдя подальше.
Ящер слабо дернулся, кряхтя и царапая пальцами по деревянному полу: ты…ты с-с-сдохнешь, – произнес он и издал резонирующий крик. Стилет прилетел аккурат меж глазниц, но возглас услышали его собратья.
– Ишейка…Сегодня явно не наш день, Адам, – Абрам скривился, осознавая, что времени не осталось.
– Мне страшно, дядя, – задрожал племянник.
– Бояться нормально. Это даже хорошо! – ответил Абрам, перемещаясь из стороны в сторону, – спрячься и не высовывайся. Я их отвлеку. Ты меня понял?
– Да, да, конечно. А куда?
– Быстро спрятался! – крикнул на него дядя.
С улицы донесся вой раптолаков. Адам свернул в небольшую комнату, похожую на спальню. Вспомнив слова дяди о потайных местах, он открыл шкаф. Отодвинув одежду, Адам нажимал на стенку, но она оказалась обычной. Под ковром тоже не было никакого люка. Ящеры проникли в дом, и единственное, что оставалось Адаму, – залезть под кровать
– Давайте, нападайте! Я вас всех здесь перережу! – крикнул на них Абрам. Смех ящеров мгновенно стих, и в дом вошел огромный белый ящер. Без лишних колебаний он схватил Абрама и швырнул его в комнату, где прятался Адам. В два прыжка ящер уже держал Абрама за горло, медленно разрезая его плоть.
– Я чую запах ильнийца. Где он?
– Он уже далеко. Пока я вас тут вырезал, он сбежал.
– Ты врешь, – когти впились в Абрама еще сильнее. Кровь струями стекала на пол, с-с-скажи мне. И я тебя не трону. Нам нужны лишь дети, а не вы.
– Я непонятливый. Да и ты еще говоришь невнятно.
Ящера это разозлило, и он ударил Абрама головой о дверцу шкафа.
– Так понятно? – ящер ударил его еще раз, – теперь ясно? – удары следовали один за другим. Когда ярость прошла, он отпустил Абрама. Тот рухнул на пол, заливая все кровью. Он видел как Адам смотрел на него из-под кровати. С переломанной челюстью и изуродованным лицом, он пополз к нему.
– Что ты там мычишь? – спросил белый ящер, но Абрам не останавливался.
– Дядя, – прошептал Адам, протягивая ему руку.
– Прячься, – промолвил Абрам и коснулся его ладони. Тату засияли ярче прежнего и Адама стало затягивать в неведомое пространство.
Окружающее пространство расплылось и растянулось линиями вдаль. Звезды неслись перед глазами. Белая пелена затмевала привычный глазу мир, а пространство расширялось и сужалось попеременно, насилуя вестибулярный аппарат.
Адам рухнул плашмя лицом вниз. Переведя дыхание от тяжелой посадки, он заметил, что лежит посреди какого-то тракта. Дорога устремлялась за далекий горизонт, где вокруг было ни души. Окружение было мрачных оттенков серых тонов. Воздух постоянно мерцал, а само место навевало тоску и чувство опустошенности. Адам видел перед собой лишь горизонт пепельных лощин на фоне белого неба. уда же его отправил дядя, и куда ведет эта дорога?
Понимая, что у него нет другого выбора, Адам отряхнулся от пепла и пошел по ней вперед. Определить время суток или точное местоположение было невозможно. Погода была абсолютно безветренной. Но чем дальше шел Адам по тракту, тем больше темных силуэтов появлялось по обе стороны от него. Вскоре стали видны очертания очертания деревьев, похожих на те, что он встречал в своем мире с одним единственным исключением: все было покрыто вязкой жидкостью, напоминающей чернила. Черные капли медленно ползли по стволам вверх к кроне, отрывались от тонких ветвей и растворялись в воздухе. Адам, сам того не заметив, невольно сошел с дороги, к одному из подобных деревьев. Странное чувство манило его прикоснуться. Его рука сама потянулась к черной смоле, но за миг до конца, проявились очертания женского лица с обворожительной улыбкой.