Эдем: земли пар

Гилман Ник

– Отлично ориентируешься в лесу, умеешь выживать и только террийка могла сравнить листву с мягкой кроватью.

– О, Адам! Избавься от стереотипов.

– Хочешь сказать, я ошибся?

– Нет. Но…В общем, не надо меня судить по всем остальным, понятно? – раздраженно ответила Ева.

– Я не хотел обидеть, – раззевался Адам.

– Говори, что хочешь. Только не молчи. Нам нельзя засыпать.

– Расскажи о столице Терра. Ты ведь была там, верно?

– О да! И не один раз! Ты будто попадаешь в другой мир. Совсем другая культура, обычаи и образ жизни. Не то, что в других землях. А дома…их выращивают с помощью сверхсилы в

самих деревьях. Это просто надо видеть!

– Я в Террийские земли еще не совался. Дядя говорил, что край слишком дикий и опасный, – раззевался Адам, – мы с ним путешествовали исключительно в крае Патэт.

– Отчасти он прав. Но это если сходить с главного тракта. А так животные нападают редко. Только если их вынудить.

– Ева.

– Да?

– Может здесь где-нибудь приляжем на часок? Я уже не могу идти.

– Не ной. Мы будем идти дальше.

– Тогда может расскажешь еще что-нибудь?

– Хочешь проведу экскурсию?

– Давай.

– Обрати внимание на любую из сторон света. Ты можешь наблюдать вековые деревья, типичные для этого места. Все.

– Браво!

– С тебя три эдемника.

– Три? Да это грабеж!

– Это экскурсия! – с улыбкой ответила Ева, балансируя на очередном свалившемся бревне ради забавы.

Не смотря на дикое желание рухнуть в мягкую, как пуховую кровать, листву, Адама и Еву подгонял туман, то и дело наступая на пятки. Зловещие кроны деревьев, своими ветвями цепляли одежду путников, а корни ставили им подножки, так и норовя повалить их на землю.

Любого подобная ситуация вогнала бы в отчаяние и неописуемый страх, но это чарующее пение… С каждым шагом оно становилось все отчетливее и громче. Лес со временем перестал выглядеть таким озлобленным и сменил свой гнев на милость. Кроны деревьев перестали прятать лунный свет, корни стали уходить глубоко под землю, а на земле стали появляться палисадники, освещающие люминесцентным лепестками все вокруг.

Адам и Ева вышли на открытое пространство, где округа была усеяна подстриженными кустарниками, а возвышался над всей этой красотой особняк на широком дереве. Он весь вгрызался в его ствол, создавая впечатление будто рос прямо из его центра. Стебли повторяли очертания винтовой лестницы, обвивающей древо до земли, усыпанной широкими листьями. Крыша была закрыта кроной, а оба этажа обвиты плющом с небольшими выступлениями, напоминавшими крохотные деревянные балкончики. Очарованные столь искусной красотой Адам и Ева сделали свой шаг на встречу хозяину этого истинного творения Террийской культуры.

– Спи…Усни…Глазки прикрой…Не кричи…И только не ной…

– Это плохая колыбельная! Мама и папа мне не такую поют! – закапризничала девочка, лежа в своей детской кроватке.

– Колыбельные вообще-то мой конек! У меня красивый голос! Но хорошо. Раз не хочешь слушать, как я пою. Что тогда? – спросила женщина в белоснежном платье.

– Тогда…Расскажи мне сказку!

– А ты обещаешь после этого себя тихо вести?

– Конечно, тетя, конечно! Глазки защурю со всех силенок и усну до самого утра! – крикнула она, подпрыгнув на кровати.

– Ох и сколько же в тебе энергии! – тяжело выдохнув и облокотившись на свою руку, ответила белая дама.

– Все! Молчу! – прикрыв лицо подушкой, ответила девочка.

– А ты забавная! Ну хорошо. Но перед этим я кое-что сделаю – ответила она, взмахнув своей тонкой и бледной, как снег рукой.

В

углу комнаты из тумана стало расти очертание арфы, состоящей полностью из зеленоватой дымки и растекающейся паром по всей спальне. Девочка пришла в восторг от увиденного, хлопая в ладоши до тех пор, пока не поймала укоризненный взгляд женщины.

– Ой! Извините, – тихо прошептала девчонка.

– С музыкой будет история гораздо атмосфернее. А теперь, устраивайся поудобнее, начнем! Давным-давно, в одном чудесном краю жила-была Владычица леса. Она была прекрасна, ровно как и то, что ее всегда окружало.

– Она была как я?

– Вы немного похожи. У нее были острые черты лица и она была необычно красива! Настолько, что многие ей даже завидовали в этом.

– А что она умела делать? – с любопытством спросила девочка, перебив Белую даму в очередной раз.

– Буквально из одного зернышка, она создавала жизнь такую, что невозможно было никому даже представить – взмахивая легким движением руки, дама создавала силуэты дивных растений из пелены туманной дымки

– Вау! У мамы с папой нет таких способностей! Но когда я вырасту, то у меня обязательно будут такие!

– Ты ведь знаешь, что они даются всегда случайно? Никто не знает, чем будет обладать.

– Но мои родители говорили, что если чего-то очень сильно захотеть, то оно обязательно сбудется! А я очень-очень этого хочу!

– Ох…Так я продолжу? – с обворожительной улыбкой дама разглаживала свои белоснежные волосы туманные гребнем.

– Ты и такое умеешь? А расчешешь мне?

– После сказки. На чем мы остановились? Ах, да! А еще у этой владычицы был свой Сторож леса, который помогал ей во всем. Он ухаживал и помогал лесным созданиям, которые могли угодить в беду. В их прекрасный лес захаживали разные путники, прося поделиться знаниями и сокровищами своих земель – растениями. И однажды к этой молодой паре пришел Лесной король.

– Сам Лесной король?

– Именно! Я помню это, как это будто было вчера. Стоял теплый солнечный день, в воздухе вихрями летали лепестки милигридий. Они нравились больше всего Владычице леса. Свита выстроилась у лиановых ворот в ожидании короля. Двери распахнулись и крупные трехметровые листья разъехались в сторону, озарив путь.

– Но разве Владычица леса не главнее короля?

– Ее титул носил номинальный характер, но это не так важно. Отвлекаешь от истории – нахмурила белоснежные брови после чего продолжила свой рассказ, – король был восхищен работой и садом владычицы. Он, как и полагается его величеству, попросил ее об услуге, в которой нельзя отказать: украсить свою резиденцию. Путь предстоял опасный и долгий, но недолго мешкая, она согласилась и отправилась в дорогу с его свитой на вороном коне. Воображая о том, как изменится теперь ее жизнь, она уже стала постепенно присматриваться к его свите, навострив уши в поисках интриг. Как вдруг, на полпути от дома в ее груди разразилась буря. Обжигающая боль пронеслась по всему телу, сердце рвалось наружу, и ком стоял в горле. Крепко схватив поводья, она со всей прыти рванула обратно к своему дому, хлестая коня, что было сил. Она не слышала криков позади, ей было все равно на погоню, так как ей надо было срочно оказаться рядом со своим суженым. Сердце становилось вся тяжелее, стук его становился медленнее, а ярость заполняла изнутри. Она понимала, что происходит и боялась, но ее сила была настолько велика, что она стала не давать жизнь, а отнимать.