Джудит
Шрифт:
Джудит поднялась и отошла на несколько шагов. Игра внезапно вышла из-под контроля. Одно дело — пристойный флирт, а другое — стать платной шлюхой. Да как он осмелился сделать такое предложение?..
Маркус видел, как она открыла сумочку, и подумал, что, наверное, за платком. Неудивительно, такое предложение должно вызвать слезы у любой, даже самой жадной женщины.
— Лорд Керрингтон, у меня нет никого, кто бы мог защитить мою честь. — В руке у нее был маленький инкрустированный серебром пистолет, и направлен он был довольно умело: прямо в его
Керрингтон не заметил, как у него от удивления открылся рот. Он с ужасом смотрел на смертоносное дуло, направленное ему в грудь.
— Не будьте смешной, Джудит, — наконец произнес он. — Уберите оружие, прежде чем сделаете какую-нибудь глупость.
— Хочу проинформировать вас: я прекрасно стреляю, — отозвалась она. — И никакой глупости совершать не собираюсь. Я собираюсь пустить в вас пулю, а это вовсе не глупость, а самое разумное, что я когда-либо в жизни делала.
— Силы небесные, — прошептал он, пытаясь собраться с мыслями.
Некое чувство ему подсказывало, причем уверенно подсказывало, что Джудит Давенпорт вполне способна спустить курок.
— Я вовсе не хотел вас оскорбить. Ни вас, ни вашу семью. Тот образ жизни, какой вы с братом ведете, позволил мне лишь предположить, что вы не испытываете отвращения к такому нестандартному источнику существования. Хотя вы и достигли совершенства в искусстве маскарада, но все равно, сударыня, на добродетельную женщину вы не похожи. Вы и ваш брат живете, точнее сказать, влачите свое существование за счет игры. Вы же не будете это отрицать?
Джудит и не пыталась ничего отрицать. — Все равно это не дает вам никакого права делать мне подобного рода бесчестные предложения. Не моя вина в том, что я нахожусь сейчас в столь стесненном материальном положении. Но вам не дано знать об этом.
Маркус сглотнул слюну. Во рту все пересохло. Он прикидывал, сможет ли быстро пересечь расстояние, отделяющее их друг от друга, прежде чем она нажмет на курок. Получалось, что не сможет. Словно загипнотизированный, смотрел он, как Джудит поворачивает барабан, вытянув руку с пистолетом прямо перед собой. Раздался выстрел, и почти мгновенно в воздухе повис запах пороха. Он ожидал какой-то боли, но ее не было. Маркус проследил за взглядом Джудит ни его ноги. Пуля проделала аккуратное отверстие в земле, точно посередине между его сапогами. Случайно так попасть невозможно.
— Расслабьтесь, милорд, — холодно сказала Джудит и опустила пистолет в сумочку. — Я решила, что вы не заслуживаете казни, А двадцать гиней я пошлю вам немедленно, как вернусь домой.
Маркус прокашлялся:
— В создавшихся обстоятельствах я и думать о них забыл.
— Я всегда отдаю свои долги. Или вы считаете меня бесчестной и в этом?
— Ну что вы, это было не более чем предположение.
С минуту Джудит внимательно смотрела на него, а затем повернулась и зашагала прочь.
Маркус переводил дух, приглаживая волосы и рассеянно
»Я-то считал, что Джудит принимает подобные предложения достаточно часто. А как сказал тогда ее брат? Что-то насчет о? эксцентричных принципов. Возможно, эти принципы мне и были сейчас продемонстрированы. Господи, но до чего восхитительно хороша она должна быть в постели!»
Маркус почувствовал, что не имеет ни малейшего желания отказываться от своих намерений.
— Господи, что с тобой, Джу? На тебе лица нет. — Себастьян оторвался от шахматной доски, когда в гостиную вошла сестра, со злостью громко хлопнув дверью.
— Наверное, никогда еще я не была в такой ярости! — объявила она, снимая дрожащими руками перчатки. — Лорд Керрингтон только что… имел фантастическую наглость предложить мне карт-бланш.
Она бросила перчатки па диван и вынула из шляпки булавки. Себастьян присвистнул.
— И что же ты ответила?
— Я застрелила его! — Она вытащила из сумочки пистолет и швырнула его на диван.
Себастьян потянулся, достал оружие и понюхал ствол — пахло порохом; повернул барабан — одного патрона не хватало.
— Да, действительно ты стреляла, — заключил он. — Но я почему-то сомневаюсь, что в маркиза. В гневе ты страшна, но на убийство все равно не способна.
Джудит закусила губу. Вечно Себастьян возвращал ее с небес на грешную землю.
— Я выстрелила ему между ног, — уточнила она. — Но знаешь, Себастьян, он испугался. Понимаешь, я его напугала. В какой-то момент он действительно поверил, что я могу отправить его к Создателю. — Вспомнив сцену в парке, она засмеялась. — Налей мне шерри, дорогой. Сегодня было очень тяжелое утро.
Себастьян взял из буфета графинчик и наполнил два бокала шерри.
— И что за условия были у этого карт-бланша? — спросил он. — Разумеется, я спрашиваю из простого любопытства.
Джудит рассказала, и он присвистнул еще раз.
— Если бы не Грейсмер, этого с лихвой хватило бы и для тебя, и для меня.
— Ты что, способен продать свою сестру? — воскликнула она.
— О, только лицу, которое бы предложило на торгах наибольшую иену, — успокоил ее брат.
Джудит швырнула в него подушку, а затем наклонилась, изучая позицию на шахматной доске. С помощью шахмат они оттачивали свои способности выпутываться из самых хитрых комбинаций.
— Да, если с первой секунды становится ясным, что мы не те, за кого себя выдаем, ни о какой возможности попасть в круг, где вращается Грейсмер, нам и мечтать нечего, — произнес Себастьян уже серьезно. — Не ведая того, ты создала у Керрингтона неверное представление о нас обоих. Я думаю, дорогая, пришло время тебе заменить декольте на высокий воротник и напустить на себя вид благочестивой девицы.
— А кого, братец, будешь изображать ты?
— А я отныне — серьезный студент, обучаюсь за границей. Много путешествую, и все ради знаний. Забавно любознателен и не менее забавно скучен. Могу без конца говорить о флоре и фауне экзотических стран.