Джудит

Фэйзер Джейн

— По какому праву? — спросила Джудит; рука ее скользнула в карман и сжала рукоятку пистолета.

— По нашему праву, — тяжело дыша, проговорил дородный джентльмен. — Просто мне нужна эта лошадь.

— Какое совпадение, сэр! Она мне тоже нужна, — заметила Джудит. — Отпустите поводья, будьте так добры.

Выражение лица слуги не сулило ничего хорошего. В руке он держал дубинку.

— Мисс, прошу вас, не надо создавать себе ненужных проблем. Вы сейчас быстренько слезете отсюда, и никто не причинит вам никакого вреда.

— Мне жаль вас

разочаровывать, но кое-кому прел псе же будет причинен. — Джудит выхватила из кармана пистолет, направив его на человека с дубинкой. — Отойди от повозки, слышишь? А вы, сэр, отпустите лошадь.

Дородный джентльмен тут же с тяжелым вздохом, очень напоминающим вздох, с каким эта лошадь начала сравнительно недавно свой путь от таверны, бросил поводья. Однако слуга был замешен из более крутого теста.

— Она не посмеет выстрелить, сэр. В жизни не встречал женщины, которая могла бы спокойно выдержать звук выстрела, не говоря уже о том, чтобы выстрелить самой.

— А вот теперь, значит, встретил и приобрел новый опыт. Век живи — век учись. — И Джудит выстрелила.

Отметим: второй раз за сутки.

Пуля просвистела так близко от уха слуги, что тот почувствовал дуновение ветра. С проклятиями он отпрыгнул назад, и в этот момент испуганная лошадь рванула вперед, а Джудит ее еще и подхлестнула. Старая кляча галопом понеслись по булыжной мостовой, а Джудит хохотала, не замечая, что до сих пор не в силах разжать пальцы, державшие вожжи. Выехав на более оживленную улицу, она замедлила ход, бросила поводья и несколько раз глубоко вдохнула.

Уже совсем успокоившись, Джудит повернула на широкую, обсаженную деревьями улицу, которая вела к дороге на Катр-Бра.

Лорд Керрингтон только что вышел из дома. На нем был костюм для верховой езды. Нетерпеливо похлопывая хлыстом по голенищу сапога, он ждал, когда из конюшни к нему приведут коня. И тут лорд Керрингтон застыл, пораженный открывшейся перед ним картиной. Опознать кучера для него большого труда не составило. Потому что обладательницу такой копны локонов, отливающих при свете луны медью, спутать ни с кем другим было совершенно невозможно.

Какого черта! Что Джудит здесь делает?

Маркиз выбежал на дорогу — не отдавая себе лаже отчета, зачем — и ловко запрыгнул в повозку.

— Куда путь держите, мисс Давенпорт? Не говорите только, что убегаете, я все равно не поверю.

Джудит бросила на него рассеянный взгляд. Ну и ну! Что ни поворот — сплошные сюрпризы.

— Конечно, нет! Себастьян ускакал в район сражения, и я тоже не хочу отсиживаться. Чего ради скучать дома, когда мужчины веселятся на славу? А что это вы делаете в моей повозке?

— Хочу просить, чтобы вы подвезли меня, — коротко бросил он. — Ведь нам по пути, не так ли? Вы тоже спешите в Катр-Бра?

— Какое вам дело, лорд Керрингтон, куда я спешу? Он не дал себе труда ответить на этот вопрос.

— Вы безответственная сумасбродка, мисс Давенпорт! — резко произнес он. — Стоило брату оставить вас без присмотра, как вы

тут же замыслили очередную глупость.

— Я полностью отвечаю за свои поступки, милорд. И, как вы сами недавно смогли убедиться, умею за себя постоять.

— С одним безоружным мужчиной справиться вы, пожалуй, сумеете. Это я допускаю. Да и то, если застанете его врасплох. Но что, позвольте вас спросить, вы сможете сделать против толпы обезумевших, озверевших от крови солдат, когда попадетесь им на глаза после битвы? Вот тут меня одолевают сомнения.

— Я только что вполне успешно защитила свою лошадь и себя от двух вооруженных негодяев, — парировала она.

— Примите мои искренние поздравления, — кисло произнес он. — Хотя, поверьте, ваша безрассудная храбрость не производит на меня ни малейшего впечатления.

— А это не ваше дело, милорд.

— Вот тут, мисс Давенпорт, вы ошибаетесь. Это дело становится моим, причем с пугающей меня быстротой. — Он вытянул вперед длинные ноги, всем своим видом показывая, что устроился здесь всерьез и надолго. — Я предполагаю продолжить наше «едва знакомство». — Он бросил на Джудит пристальный взгляд, и у нее хватило такта покраснеть. — Вы, как оса, мисс Давенпорт. С добрыми ли к вам намерениями, с дурными — чуть что, сразу жалите. Без разбора.

— Возможно, я показалась вам невежливой, но не надо было сводничать. Я этого не люблю.

— Что-что? — воскликнул он. — Что это за экстравагантный словарь у вас, уважаемая рысь? А не кажется ли вам, что вы жертва своего причудливого воображения?

— И когда смеются надо мной, я этого тоже не люблю, — сердито добавила она.

— Ну почему вы такая обидчивая?

Джудит почувствовала, что этот раунд ей не выиграть — силы неравные, да и позиция невыгодная. А дорога были сейчас совсем пустая, просто уходящая вперед бледная поблескивающая лента. По мере того как ночь сдавала свои позиции, деревья и живая изгородь вдоль дороги постепенно приобретали очертания. В темно-голубом небе бриллиантовой булавкой сияла Полярная звезда. Джудит вдруг остро ощутила, что они совершенно одни и никого в этом мире больше нет — только он и она…

Ожидание чего-то, чему нет имени, наполнило ее неизъяснимым восторгом. Где-то внизу живота появилось ощущение, как перед прыжком в воду, а кожа ее вдруг начали жить своей собственной жизнью. Сиденье было узкое, мускулистая нога маркиза неожиданно коснулась ее бедра, и мгновенно все тело Джудит пронзило током неведомой, непонятной энергии, идущей от этого мужчины.

И Маркуса пронзило током. Тем же самым, той же энергии, но исходящей от Нее, которая сливалась с его собственной, Душу Маркуса Девлина заполнила крылатая легкость. Ему была нужна эта женщина, он желал ее, как не желал еще ни одну женщину на свете. Он чувствовал, что ради обладания ею способен пойти на все. Странная магия этого предрассветного часа, мрачная неизвестность, ожидающая их впереди, побуждала к совершению чего-то дерзкого, безрассудного.