Джихад-Такси 2008
Шрифт:
— Вали отсюда! — бросил он на прощание. — Понаехало тут…
Затем он, покачиваясь, двинулся к магазину. Даур беспомощно стиснул зубы. Обида захлестнула его с головой, но он ничего не мог поделать…
* * *
— Мне нужно в Шереметьево! Только быстро! — бледное сухощавое лицо с большими навыкате глазами сунулось в салон «шестерки» со стороны пассажирского места. — На самолет опаздываю. Домчишь минут за двадцать — не обижу.
Даур среагировал без колебаний. Во-первых, с подобными случаями
— Садись, — решительно бросил он и тут же повернул ключ в замке зажигания.
Пассажир нырнул в салон, разместившись на переднем сиденье, а две сумки, составляющие его багаж, бросил на заднее. Бегло бросил взгляд на наручные часы.
— Регистрация уже через полчаса, — сказал он, не столько обращаясь к таксисту, сколько к самому себе. Было заметно, что мужчина сильно нервничает.
— Успеем, — заверил его Даур.
«Шестерка» стремительно сорвалась с места.
За то время, что он провел в Москве, Даур еще не слишком хорошо знал город, а в большинстве случаев ему и подавно приходилось пользоваться картой, всегда хранившейся в бардачке, но уж как побыстрее без пробок добраться до «Шереметьева», ему было прекрасно известно.
— Старенькая у тебя машинешка, — мужчина с бледным лицом сложил руки на коленях. — Не развалится на ходу?
— Побегает еще. Проблемы, конечно, с ней есть, но… Разве это проблемы, да?
Даур хотел было продолжить общение с клиентом, но тут же осекся, едва бросил взгляд на сидящего рядом мужчину. К разговорам тот явно был не расположен, и один-единственный вопрос, который им был озвучен, основывался не на проблемах какого-то незнакомого «бомбилы», а на вопросах собственной безопасности. Теперь же пассажир полностью сосредоточился на том, как бы ему не опоздать к самолету. Он был натянут, как стальной канат, и все его движения сводились исключительно к тому, чтобы время от времени поглядывать на часы.
Даур заставил лететь свою «шестерку» на той скорости, которую автомобиль был в состоянии развить. Какая именно это скорость, он и сам не знал. Спидометр в машине не работал…
Минут через пятнадцать, когда в поле видимости уже появилась парковочная стоянка перед Шереметьево, Даур запоздало понял, что даже не оговорил с клиентом вопрос оплаты. Туманное «не обижу» в Москве с ее дорогими лимузинами размером с трамвай, шикарными женщинами на задних сиденьях, роскошными бутиками, ресторанами и казино мало что значило. Об этом Даур уже знал и понимал, что в подобных ситуациях необходимо держать ухо востро.
— Все, тормози, — распорядился клиент, заметив запруженность при въезде на стоянку. — Я здесь выскочу. Так быстрее получится.
Даур подчинился и послушно прижал машину к обочине. Мужчина вынул
Даур зажег слабенький оранжевый свет в салоне. На руках у него было шесть новеньких хрустящих банкнот достоинством по пятьсот рублей каждая. Три тысячи! На губах Даура появилась счастливая улыбка. Благодаря удачному стечению обстоятельств за пятнадцать минут ему удалось окупить полуторачасовой простой. План был полностью на руках, бак заправлен, а сверху выходило больше тысячи. Себе на карман. Не бог весть что, но впереди у Даура до завершения обычного рабочего дня оставалось еще часов пять.
Крайне довольный, он развернулся прямо на проезжей части и направил «шестерку» в противоположную от аэропорта сторону. «Бомбить» на «Шарике» он пока не рисковал, памятуя о встрече с местными братками, которая произошла у них с Амираном в первый день работы. «Смекалить», как выражался его товарищ, Даур еще в полной мере не научился.
* * *
Из зала игровых автоматов неподалеку от станции метро «ВДНХ» в морозную ночь вывалился крепкий двухметровый мужик в расстегнутом пальто, накинутом поверх черного свитера ручной вязки, и без головного убора. Фигурные снежинки приземлялись на его густую всклокоченную шевелюру и тут же таяли.
Даур, стоявший на своей «шестерке» у обочины, заметил его сразу, но, лишь коротко мазнув по мужику взглядом, отвел глаза в сторону. На потенциального клиента мужик никак не тянул. Гораздо больше он походил на человека, только что проигравшегося в пух и прах. Тем более с учетом того, откуда он только что появился. Этот контингент уже был известен Дауру, и, откровенно говоря, выходец из Пицунды относился к подобным личностям с чувством искреннего презрения. Он не мог понять, как можно спустить за один вечер столько денег, сколько хватило бы ему на добротный домик в родной Лдзаа. Но это Москва. Здесь совсем другие правила игры, совсем другой уровень жизни, совсем другие законы. Иногда Даур задумывался об этом и понимал, что он не вправе никого судить. Каждый живет так, как ему хочется. И так, как ему позволяет материальное благосостояние…
— Слышь, черный! — мужик успел приблизиться к его машине и пытался открыть дверцу с противоположной от водителя стороны. — Эй! Выгляни на секунду!
Даур протянул руку и поднял вверх фиксатор.
— Чего надо?
— Не «чевокай», — грузная объемная туша приземлилась на пассажирское место. Кресло опасно заскрипело. — Дело хочу предложить тебе.
— Ехать куда, да?
— Нет, не ехать, — мужик потер друг о друга ладони, а затем сунул одну руку за отворот свитера. Вынул цепочку, разомкнул на ней застежку, снял с шеи и помотал перед лицом у Даура. — Цепочку золотую купишь? За бесценок отдам!