Джихад-Такси 2008
Шрифт:
— Куда ездил-то? — едва заметно шевеля губами, произнесла Диана.
— Да в Таиланд, кажется! Патайя — это же в Таиланде? Да?
— Не знаю. А вы что с ним, не общаетесь, что ли?
— Общаемся, почему? — Рита придвинула к себе столик, вытянула из пластикового контейнера бумажную салфетку и аккуратно промокнула пену вокруг глаз клиентки. — Просто не успели еще перетереть толком. У меня вчера клиенты до одиннадцати вечера были.
— А ты мой маникюр новый видела? — сменила тему Диана.
Она показала своему косметологу руку с многочисленными кольцами на пальцах. Длинные ногти были выкрашены в ярко-красный цвет. На
— У Милки наращивала?
Рита взяла с полки пустую баночку для смешивания препаратов и тубу с косметической красной глиной. Осторожно выдавила содержимое в банку.
— Да. А татушки? Как тебе?
— Супер! — выдала Рита. — Такое, конечно, только Милка может сделать…
Она не успела закончить фразу. В сумке у Дианы зазвонил мобильник.
— Дай телефон, пожалуйста, — Диана чуть приподнялась в кресле.
— Срочное что-то?
— Не знаю. Звонок какой-то непонятный, — девушка пожала плечами. — Телефон дай. Он в отделении, где перламутровая кнопка.
Рита достала из сумки Дианы трубку и протянула, ее клиентке.
— Да, — Диана привстала на локте. — Что?.. Сегодня не могу. Нет, папа на «Лексусе» забирает. У меня машина сломалась. В сервисе. В каком, в каком? Где и всегда. На Тимирязевской… Ну что ты такое несешь? Ну я в маске лежу у косметолога… Куда я снимусь отсюда? Еще полчаса как минимум… Да не нагнетай ты! Нет… Я тебя не дождусь. Перестань нести ерунду. Он вечно что-нибудь придумает! Знаешь, сколько я в Москве живу?.. Ну вот! И если всего бояться… Ну, все-все, пока. Созвонимся потом. Да… Пока.
— Все в порядке? — спросила Рита, когда Диана закончила разговаривать.
— Да, — бросила девушка, опуская аппарат на полку рядом с зеркалом и принимая в кресле косметолога прежнее положение.
Однако от опытного взгляда Риты не ускользнуло, что телефонный звонок все же омрачил безмятежный настрой клиентки.
— У тебя точно все нормально, Диана? — переспросила она.
— Да, конечно. Все нормально. Знакомые позвонили. Говорят, в нашем районе готовят облаву на кавказцев. Из-за каких-то отморозков…
Диана поправила выбившуюся из-под белоснежного полотенца, прикрывавшего ее голову, непослушную прядь волос.
— A-а! Я слышала об этом. По телевизору говорили, — поспешила вставить словоохотливая Рита. — На Черкизовском рынке задержали азербайджанцев… Да? В общем, на Никитинской живет один из администрации Юго-Западного округа. Его ограбили. Якобы этническая банда. Влезли в квартиру. Обчистили. На двести тысяч. Всю технику вынесли, золото. На самом деле, конечно, миллиона на два, я думаю. Какие там двести тысяч! У него двести на карманные расходы только. Он бы и не заметил их. Мало ли, за подкладку завалились… Я почему еще знаю, у меня подруга там рядом живет. Ну, там элитный дом… Туда-сюда, ОМОН приехал, охрану потом поставили.
— И что, поймали? — полюбопытствовала Диана.
— Да. Посадили вроде уже…
Рита обмакнула в баночку с глиной мягкую кисть. Крупными мазками нанесла крем на лицо Дианы.
— И кто же это был?
— Да подростки какие-то, — Рита пожала плечами. — Азербайджанцы. Шесть парней. Вот-вот! Теперь из-за этих козлов и пошли разговоры, что, мол, снова надо кавказцев выселять из Москвы…
— Вот-вот! — в той же тональности подхватила Диана. — А почему Лужкову с Батуриной в Пицунде и в Гаграх скупать все санатории можно? А про кавказцев
— Да я вообще не понимаю! — возмутилась Рита. — Среди русских, что ли, бандитов мало? Почему теперь всех кавказцев подозревать? Они, на кого проще списать, все проблемы и валят. Хорошо еще, на рынках фрукты появились, а то, как в том году, — пустые прилавки. Кому от этого лучше? Армянам запретили торговать, и сами же без овощей остались. Ужас какой-то! Как вспомню! Груши и мандарины только в супермаркетах можно было купить. И то турецкие. Как чугунный мост стоили. Ну и что теперь будет?
— Да хватит, что ли! — презрительно поморщилась Диана. — В первый раз, что ли? Что вы все заладили: «Что будет, что будет». Ничего не будет! Поорут-поорут и перестанут. Максимум на каждом углу начнут документы спрашивать. Когда такое начинается, отец вообще из машины лишний раз не выходит. Боится. Только до работы, а там его все менты знают… И домой так же, — девушка рассмеялась.
— Разогревающий лосьон сегодня будем делать? — Рита нажала на педаль под креслом клиентки. Спинка изменила наклон, приняв горизонтальное положение.
— Нет. Я не успею. В следующий раз сделаем. Ладно?
— Как скажешь, — Рита отошла в сторону, но уже через пару секунд вернулась обратно. — Ты, главное, сама-то не нервничай. Ладно? К тебе разве менты пристают?
Косметолог поднесла к лицу Дианы пиалу со светло-салатовой жидкостью. Стала неторопливо смывать с ее лица маску, макая ватный тампон в пиалу.
— Да прям уж! — Диана фыркнула. — Меня это вообще никак не касается. Никто еще ни разу паспорт не спросил в Москве…
— Ну правильно, — поддакнула Рита. — С ними ведь тоже надо уметь. Тебя же, небось, даже ни один гаишник не оштрафует. Они как декольте увидят, так им никаких документов не надо.
Теперь уже засмеялась Рита. Заливисто и от души. Диана только улыбнулась в ответ.
* * *
Пошел уже третий месяц, как Даур работал «бомбилой» в подпольном таксопарке Гурама Гогричиани. Несмотря на все то, что он мысленно говорил себе и вслух своим коллегам по нелегкому бизнесу, молодой человек достаточно быстро понял, что Москва — это вовсе не тот земной рай, который снился ему накануне отъезда из Лдзаа. В реальности все оказалось совсем иначе. За минувшее время Даур не только не сумел ничего скопить, но и с трудом сводил концы с концами, зарабатывая на жилье в гараже под опекой Астамура Шенгелиа и скудное питание. Все, как и прогнозировал пару месяцев назад Амиран в процессе так называемого вводного курса. Благо дело, в долги не залез. Вернее говоря, залез, но несильно…
Всему виной был целый ряд стечения мелких обстоятельств. После небольшой аварии, в которую Даур угодил в конце сентября, когда сказалась его лихая абхазская манера езды, пришлось отстегнуть потерпевшему сто долларов. Даур искренне полагал, что при этом он еще хорошо и дешево отделался. Несколько раз приходилось платить вымогателям в погонах, чтоб им пусто было, как любил приговаривать Амиран. А один раз Даура грубо подрезал какой-то качок на черном блестящем джипе. Молодой человек не стерпел. Высказал «шакалу» с искусством и от души все, что о нем думал, а потом со всех ног удирал дворами, когда качок достал пистолет и закричал, что застрелит «чурку» к гребаной матери.