Джаг
Шрифт:
— Мать честная! — проворчал Кавендиш. — Ты хочешь сказать, что газ, который выбрасывается из ядра чертовой губки, обладает свойством…
— Именно! Пройдя через воду и кислород воздуха, он затвердевает! Пузыри превращаются в жемчужины… А шкуры, которые доставили вас сюда, торгуют ими!
— Жемчужины! — прошептал Кавендиш, пораженный этим фантастическим открытием. — Жемчужины из газа!
— И тем не менее, это так! — подтвердил Джетро. — И они качественнее тех, которые производят моллюски. А поскольку наши еще и крупнее, то за них и платят больше.
Уставившись
Более здравомыслящий Джаг возвратился к делу.
— Если я правильно понял, придется нырять, — сказал он. — Но ты сам сказал, что вода отравлена… Выдадут скафандры?
Старый Джетро отрицательно покачал головой.
— Никаких скафандров… Вы будете нырять голыми, как охотники за кораллами.
Увидев, что лицо Джага потемнело, он объяснил:
— Не волнуйся, сынок! Есть одна хитрость, которая предохраняет нас от растворенного в воде яда, — он рассмеялся клокочущим смехом. — Это лучшее, что было придумано до сих пор, увидишь сам! С этим ты станешь настоящим человеком-амфибией!
Скептически настроенный Джаг не смог удержаться от недовольной гримасы. Старик не внушал ему доверия. Он мог говорить что угодно, поскольку занимал здесь привилегированное положение. Добиться такой должности мог только человек с продажной душой. Этот тип, должно быть, служил и вашим и нашим. Раз он шестерит у этих чертовых самок, значит, переметнулся в их лагерь. Полутонов в подобной ситуации быть не может. По крайней мере, длительное время. В общем, доверять ему было нельзя.
— Пройдите сюда, — сказал начальник участка, обращаясь ко всей группе. — И не слишком пугайтесь того, что увидите. Это эффектно, но не опасно.
Джаг почувствовал, как у него свело желудок. Ему не очень нравились предостережения, высказанные в подобном тоне. Кавендиш, казалось, потерял всякое благоразумие. История о газовых жемчужинах основательно перетряхнула его мозги.
Следуя за проводником, пленные подошли к куче раскаленных углей, рядом с которой на деревянном ящике сидел мужчина в тельняшке и жарил кусок беловатого мяса.
Джетро хлопнул его по плечу.
— Кип, — сказал он, — продемонстрируй нам свою экипировку.
Кип встал, пряча улыбку в уголках рта. Он был похож на шута, приготовившегося показать интересный фокус. У него было одутловатое лицо, покрытое синеватыми прожилками, и он скорее напоминал вполне благополучного человека, нежели раба. Джаг мгновенно определил его в ряды привилегированных. С ним тоже требовалось быть осторожным.
Повернувшись спиной к группе, Кип взялся за край своей вполне свежей тельняшки и снял ее через голову.
Глаза присутствовавших вылезли из орбит. Джаг содрогнулся от отвращения, и все его тело покрылось пупырышками.
К обнаженной спине Кипа, точно между лопатками, приклеилась студенистая масса размером с два сомкнутых кулака. Прозрачная, она вся была пронизана голубоватыми капиллярными сосудами. По консистенции она напоминала медузу, а по своей сути — пиявку.
В воздухе прошелестел испуганный ропот.
— Какая мерзость! — ахнул Кавендиш, выходя из оцепенения. — Это… Оно живет?
— Естественно, — довольно ухмыльнулся Джетро. — Это паразит. Вид моллюска, который обитает во многих штреках. Его вживление в организм человека происходит безболезненно. Он прямо воздействует на кровь своего носителя, которого "обслуживает", откачивая из нее все яды. Природа разумно поступила, создав собственное противоядие. Этот живой фильтр заменяет все мыслимые скафандры. С ним можно находиться под водой в течение многих часов. Он поглощает углекислый газ из крови, перерабатывая его в кислород, извлекает вредные вещества и нейтрализует их. Это настоящий ангел-хранитель. Благодаря ему можно прыгать в токсичное варево штреков, как ныряют в подогретый бассейн с минеральной водой.
Убежденный не более, чем остальные члены группы, разведчик не мог скрыть своего отвращения.
— Дерьмово он выглядит для ангела-хранителя! — пробормотал он. — Лично я с удовольствием раздавил бы его каблуком сапога.
Начальник участка нахмурился.
— Не вздумай когда-нибудь сделать это! — раздраженным тоном произнес он. — Паразиты слишком ценная штука, чтобы позволять себе убивать их. Без них вы сдохнете, едва окунете большой палец ноги в этот гнусный суп. Хорошенько вбей себе это в голову и не ломайся, словно девственник. Эта тварь отвратительна не более, чем червяк, но оказывает массу услуг.
Джаг подошел ближе и, подавив в себе дрожь отвращения, принялся рассматривать пульсирующий между лопаток Кипа студенистый шар. Трудно было себе представить, что жизнь заключенных зависела от столь гадкой вещи.
— А можно от этого избавиться? — едва сдерживая подступившую к горлу тошноту, поинтересовался он.
— Конечно, — заверил Джетро. — Эти животные живут только шесть месяцев. Потом они съеживаются и падают, как перезрелые фрукты. Не паникуйте, это не пиявки и не вампиры, наоборот… Они помогут вам, а не сожрут…
Наглядный урок закончился, и Кип надел тельняшку, довольный произведенным эффектом.
— Между собой мы называем это "прививкой", — объяснил начальник участка. — Все, пошли! Мы и так потеряли кучу времени. Надо побыстрее браться за работу, иначе не выполним норму.
Группа сдвинулась с места без особого энтузиазма.
Джетро вдруг остановился у одной из палаток и отвел в сторону полог, закрывавший вход внутрь.
Огромные пятна плесени расползлись по брезенту палатки. На потемневших от сырости полках аккуратными рядами стояли банки и аквариумы всевозможных размеров. В них безмятежно пульсировали прозрачные медузы, беспорядочно шевеля своими щупальцами. Они были такими бледными и просвечивающимися, что, казалось, вот-вот растворятся в воде.