Дыроколы
Шрифт:
ГЛАВА 7. Стычка с фиксатым
Пули веером легли вдоль правого борта моторки, взбив кипящие фонтанчики. Береслава ужом соскользнула со скамьи на дно лодки. Но руль из рук не выпустила, а только сжала ещё крепче.
— Ложись, Рома! — крикнула она мне и я, завалившись спиной под носовую лав
ку, перевернулся на бок и в таком положении по скорому обулся. Потом с инте ресом высунулся из-за борта и посмотрел по сторонам, пытаясь определить, откуда вёлся огонь.
— Осторожнее! —
— Буду вперёдсмотрящим! — заявил я, невзирая на бурные протесты.
— Правь не середину реки, там чище! Так держать! — раскомандовался я как заправский капитан.
В этот момент на воду легли ещё три очереди. Одна за другой с коротким интервалом. Если пули первой взбили цепочку фонтанчиков метра за три перед носом нашей плоскодонки, то остальные две прошлись уже в опасной близости от неё.
— Сволочи! Приказывают остановиться! — изумрудные глаза Береславы потеем нели от ярости. Она резко повернула влево, затем вправо и дальше погнала моторку зигзагами.
Теперь по нам застрочили беспрерывно, но пули ложились в воду за бортами лодки. Да, нас без сомнения запугивали. Если бы неизвестный стрелок захотел, то мы давно уже были мертвы.
— Стреляют откуда-то сверху, от околицы! — крикнул я ей, — Кто бы это мог быть?
— Или здешнее КГБ, или охотники под их личиной. Снайпер, убивший Кешу, наверняка из этой же компании.
— Что им от нас нужно?
— Если это комитетчики, то им нужен ты, то бишь профессор Пробойников, за которого тебя принимают. И его изобретение, конечно! Если охотники — то опять ты, но как "зелёный-дырокол"! Хотя я сомневаюсь, что это они. Охотники бы нас
просто убили, а не играли бы в кошки-мышки.
— Почему вся проблема во мне одном? Ты тоже дырокол.
— Но я не "фоню" так сильно, как ты! У профессиональных дыроколов-наблюда телей энеогетика заблокирована. Для них я, Пересвет и другие — обычные люди.
— Зачем охотникам мёртвые дыроколы?
— Вариант первый: поковыряться в мозгах, что бы выяснить, как они устроены!
— Но ведь есть и второй вариант? — спросил я с надеждой.
— Есть! Он хуже первого. Иногда они берут дыроколов в плен, что бы опять же поковыряться в их мозгах, ставя опыты… Но на живую! Поверь мне, это намного больнее. Никто из дыроколов не выживает в тех лабораториях. Уж лучше пулю в висок, чем такое!
Оказалось, что неизвестный стрелок/ или стрелки/ всё это время с нами только забавлялся! Видимо у него лопнуло терпение и он стали лупить по лодке прицельно. Хоть я и слабо в этом разбираюсь, но по-моему он открыл огонь разрывными пулями! Несколько из них попали в деревянные борта, в воздух полетели щепки, оставляя отверстия размером с кулак. Вёсла, прикреплённые вдоль бортов, перемололо словно в молотилке, ведро и черпак, лежащие под средним сиденьем, превратились в смятые дырявые жестянки. Из пробоин на дне лодки забили фонтанчики воды.
В следующее мгновение небольшая очередь прошлась по корме лодки. Береслава каким-то чудом угадала, куда полетят посланцы смерти, и за мгнове ние
Перебитый руль заклинило. Мы стрелой помчались прямо на берег. Мотор ку по инерции вынесло на песчанную косу, где загорала стайка деревен ских ребя тишек-дошколят. У них надрывался транзистор, как взрывались пули в лодке они из-за музыки явно не слышали. Только увидели, как наша объятая дымом мотор ка выскочила из реки на берег и взметнув фонтан песка остановилась метрах в трёх от воды.
Это было похлеще, чем кино про фантомаса! Ребятишки с визгом и воплями бросились ко мне и Береславе.
— Гля! Гля!
— Во дают!!
— Стой, пацаны! — страшно заорал я, — Кышь назад! Вдруг рванёт?!
Бензобак и впрямь рванул!
Но мы с Береславой к тому времени уже выскочили из лодки и помчались вдоль берега к шелестящей невдалеке над водой плакучей иве, что бы укрыться от глаз стрелка в её густой листве. Взрывная волна ударила нам в спину, в небо взметнул ся столб огня. Ребятишки заголосили ещё громче и разбежались кто куда. Я огля нулся на бегу и убедился, что никто из них не пострадал.
Но не успели мы пробежать и половину пути, как песок перед нами взрых лила короткая очередь, за ней другая. Неизвестный стрелок настойчиво предлагал нам остановиться. На этот раз мы всё-таки услышали вместо выстрелов глухие хлопки.
— Я так и думала, что они работают с глушителем, гады! — Береслава на бегу развернулась к воде, — В реку, Рома! Плывём на тот берег!
Но и на тот берег нас не пустили!
Очередь недвусмысленно прошлась по кромке воды, едва мы к ней приблизи
лись. Береслава остановилась как вкопанная. Мы встали плечом к плечу и медленно повернулись к реке спиной. Стрельба как по команде прекратилась.
— Мы у них на мушке. — зло притопнула ножкой Береслава, — Убегать бесполезно.
Попробуем вырваться иначе…
Невдалеке начинался брод через речку. Накатанная колея грунтовки вела от него на взгорок, а там тянулась до самого Крапивино. По верхам вдоль обочи ны виднелись густые заросли бузины, откуда по нашим прикидкам и вёлся огонь. Из них вышел человек и приглашающе махнул нам.
— Зовут, начальник! — кивнул я на мужика в тениске и светлых брюках, который снова исчез из вида.
— Вижу! — буркнула Береслава, — Пошли. Будь готов к неожиданностям, Рома… Приёмчики-то свои вспомни на всякий пожарный…
— Предстоит помахаться?
— Не исключено! — Береслава на секунду сбегала к пылающей лодке и подобрала свою сумочку, отброшенную взрывом на песок.
Потом мы вышли на извилистую тропинку и стали медленно подниматься из поймы реки на возвышенность. А это метров триста пути…
Я оглянулся. Лодка догорала, любопытные ребятишки вновь сошлись возле неё, радостными возгласами комментируя пожар. Вот кому беззаботнее всех живётся на свете. А тут поднимаешься в гору и не знаешь, что тебя там наверху ждёт. То ли пуля, то ли нож, то ли ещё какая пакость. Одним словом ничего хорошего!