Дыроколы

Гжатский Сергей

Но твоя и эта параллели никуда не входят и ни где не состоят, потому и разговор с вами короткий. Хотя, если Губернаторский Совет решит, то когда-нибудь, при более благоприятных обстоятельствах, и вас тоже можно будет принять в состав Объединённых Параллельных Миров. Только когда ещё это случится?

Ты запоминай, Рома, это тебе первый урок как дыроколу-наблюдателю! Кстати, ты заметил интересную деталь: твой двойник в этом мире — сам не дыро кол, как ты, но он изобрёл его. Понимаешь? Природа не любит пустоты! Твой здешний двойник так или иначе связан с нами, дыроколами…

— Тонко подмечено! — лязгнул

я челюстью, чувствуя как от долгого и неподвиж ного пребывания в воде по всему телу побежали мурашки и зубы вот-вот начнут выбивать барабанные дроби.

— Слушай, Береслава, не пора ли сваливать? Пересвет говорил, что ты доста вишь меня в безопасное место. А то торчим тут посреди реки как два хрена моржо вых!

— Хорошо, поплыли к моторке! Только, чур, под водой и вдоль тростника, а то снайпер нас в момент срисует и кокнет. За мной!

Она повернулась ко мне спиной и беззвучно ушла под воду. Только теперь я увидел, что за плечами у неё длинная русая коса. Боясь потерять девушку из вида, я набрал в грудь побольше воздуха и тоже нырнул. Мы выбрались из зарос лей, прижались ко дну и поплыли вниз по течению, придерживаясь противополо женного крутого берега, на котором вдалеке возвышались развалины церквушки со снайпером.

Солнечные лучи пронзали толщу прозрачных вод до самого дна, так что всё вокруг было видно как на ладони. Даже отсутствие маски не могло испортить мне впечатления от красот придонного мира. Подводные пейзажи поражали гам мой красок и разнообразием сюжетов. А сколько рыбы водилось в реке, вы и не поверите!

Но заглядываться на речные тайны было некогда. Я плыл следом за Береславой и, каюсь, любовался её стройной фигуркой, прикрытой лишь треугольничком да парой тонких полосок материи. Встречать девушек с её сложением мне ещё не доводилось и я, несмотря на серьёзность нашего поло жения, не мог запретить себе помечтать немного на её счёт. Иногда я так забы вался, что почти нагонял Береславу, и тогда её розовые пятки начинали молотить воду в опасной близости от моего носа.

Через определённые промежутки времени мы осторожно выныривали, вдыхали очередную порцию воздуха и снова продолжали наш путь по дну реки. Если откровенно, то в тот раз я готов был плыть за своей проводницей хоть до самого океана, или куда там ещё втекает эта водная артерия. И дело было вовсе не в тех частях её тела, которые прикрывали узкие полоски купальника, а в некоем новом, незнакомом мне чувстве, которое родилось во мне внезапно и теперь заявляло о себе с необоримой силою…

…Моторка Береславы пряталась за дугообразной излучиной в небольшой, но довольно глубокой заводи напротив отлогого песчаного берега. Это была обы чная плоскодонка с подвесным лодочным мотором "Нептун". Церквушка отсюда не просматривалась, её закрывал косогор, поэтому мы не таясь, спокойно забра лись в лодку.

Пока Береслава одевала цветастый сарафан, я, наоборот, скинул куртку, рубашку и джинсы и разулся. Кроссовки поставил на нос лодки, а одежду встряхнул и развесил по бортам, что бы обсохла на солнце. Выжимать не стал, зная по опыту, что после этого она будет выглядеть жёванной-пережёванной.

Береслава тем временем запустила движок и села за руль. Лодка рванула с места, словно спортивный глиссер. Или водный мотоцикл. Впрочем, мне

не дово дилось кататься ни на одном из них. От неожиданного толчка я чуть не улетел за борт. Плюхнувшись на скамью, я из благоразумия поспешил вцепиться в неё обеими руками. Береслава расхохоталась.

— Спужался, молодец?

— Э-э! Полегче! Потеряешь меня, из кого дырокола-наблюдателя будешь делать?

— Ты прав, Аркадий! — девушка взяла руль в левую руку, а правой распустила косу, рассыпав волосы по плечам, чтобы скорее просохли. От этого она и впрямь стала похожа на русалку. Я, поддавшись обоянию, невольно залюбовался на неё. Сколько ей? Двадцать? Или все двадцать четыре?

Девушка перехватила мой восхищённый взгляд и ухмыльнулась.

— Вы во мне дырку протрёте, сударь!

Я немного смутился.

— А чё? Нельзя что ли?

— Да нет, пожалуйста! Мне ваше внимание даже импонирует, если вы понимаете, о чём я…

Вот так, занимаясь пустословием мы неслись по протокам вниз по тече нию в сторону Крапивина. Мотор трещал, распугивая стайки хозяйских гусей и уток по берегам, солнышко гнало в кровь адреналин, прохлада от воды освежала наши тела и лица.

Деревня с бабкой Дуней осталась далеко позади. По берегам потянулись бесконечные поля, на которых колосились злаковые. Их сменяли луга с остров ками посадок и извилинами оврагов. По просёлкам пылили грузовики, на пашнях тарахтели трактора и копошились малюсенькие фигурки людей. В здешнем мире застойного социализма, похоже, и слыхом не слыхивали ни о каком банкротстве сельского хозяйства…

— Я так и не понял, куда мы сейчас направляемся? — спросил я Береславу.

— Вообще-то наша с Пересветом задача — вырвать тебя из лап Охотников и доставить к нам в отряд на базу. Попасть туда прямиком можно только из этого мира! Но, сам видишь, как сложились обстоятельства. Пересвет отстал, а местный гений Пробойников изобрёл прибор "дырокол", за которым гоняются то ли коми тетчики, то ли Охотники под их личинами, что хрен редьки не слаще, но длинь ше. Так что я приняла решение наведаться к профессору в Загибнов, побеседо вать с ним по душам и изъять у него прибор.

— Не отдаст!

— Ещё как отдаст! Ведь я беру его не на совсем, а на время, пока заварушка не уляжется. Потом, когда комитетчики оставят его в покое, мы вернём ему "дыро кол" с наказом передать в честные порядочные руки. И уже потом, после всех этих хлопот, я и ты в условленном месте дождёмся Пересвета и рванём на базу! Как тебе мой план?

— Конгениально!

Минут через десять река сделала очередной зигзаг. Береслава, привстав со своего места, пристально вгляделась вдаль. Потом протянула руку вперёд и торжественно обьявила:

— Видишь на взгорке крыши домов? Это Крапивино! Сойдём на берег за деревней!

— Как скажешь, начальник! — согласился я и принялся одеваться.

На высоком берегу, метрах в трёхстах от реки, показалась деревенская окраина с двумя-тремя десятками домов, укрытыми за цветущими полисадни ками.

И в этот миг нас обстреляли! Но выстрелов мы не услышали. Стрелок наверняка использовал глушитель. Зато следы от пуль на воде красноречиво заявили о себе.