Дым и зеркала
Шрифт:
— Мы поэтому здесь? Чтобы они смогли все обсудить?
Они были достаточно близко к свету, чтобы Гита увидела, как он приподнимает светлую бровь.
— Ну да. Это одна из причин.
И еще он хотел убрать напарницу от них, пока она не ляпнула еще что-нибудь, и люди не подумали, что констебль Джек Элсон верит во что-то помимо преступления и наказания. Но сейчас она бы не среагировала на подколку — слишком устала.
— Но тот неряха прав. Дом с привидениями не против закона.
— Именно.
— Тогда почему мы здесь?
— Мы? Почему ты здесь.
— Потому что здесь ты.
— Ага. —
— Догадаться?
— Я готов поспорить, что Тони Фостер в самом эпицентре.
— Эпицентре чего, Джек?
— В этом-то и вопрос. — Он вздохнул, расцепил и снова скрестил руки. — Ненавижу, когда я знаю, что что-то происходит, но не понимаю что именно.
Она повернулась и уставилась на три фигуры на дорожке.
— Спорим, что мы что-нибудь узнаем, если проверим Грэхема Бруммеля?
— И спорить не собираюсь.
— Пара правонарушений, больше ничего. Все по мелочи. А, ну еще обвинение в мошенничестве в Сиэтле, которое замяли. — Грэхем громко выдохнул. — Никогда не просите финансовых советов у покойников. — Быстрый взгляд в сторону Генри. — Без обид.
— Никаких обид — технически говоря, я не покойник.
— Что? Не покойник? А я думал, что вы все… — Он высунул язык и наклонил голову набок. Прежде чем Генри успел среагировать на изображение, не особенно похожее на когда-либо виденных им живых мертвецов, Грэхем выпрямил шею и сказал, — стоп, надо было сразу попробовать. Я просто посмотрю на вас на астральном уровне…
Его глаза помутнели.
— О господи! — Посерев, Грэхем снова вернулся в реальность. — Вы…
Генри улыбнулся.
— Наша проблема — не мистер Фицрой, — прорычал ЧБ; Грэхем вздрогнул и сунул дрожащие руки в карманы комбинезона, — а двое чересчур прилежных офицеров. — Он перевел взгляд на Генри. — Вы можете что-нибудь сделать с их памятью?
— Стереть ее, как Арра? — Генри покачал головой. — Не. Даже в таком… — он покосился на смотрителя, — вымотанном состоянии я могу заставить их забыть меня, но они не забудут об ужасе, тьме и ночи. А учитывая, что они полицейские, которых натренировали замечать и разбираться в подобных вещах, и что они уже заглянули за пределы нормального — что редко даже для полиции, — я не гарантирую, что они не вспомнят. Только если я не возьму их к себе в постель, что, скорее всего, причинит констеблю Элсону гораздо больше проблем, чем все, что он может обнаружить.
— Вместе или по отдельности?
Медленный поворот на одном каблуке.
— Прошу прощения?
Грэхем пожал плечами, явно жалея, что раскрыл рот, и, тем не менее, не в состоянии удержаться.
— В постель, говорю… вместе или по отдельности.
— Вот теперь вы меня обижаете.
— Извиняюсь.
— Когда откроется эта дверь, — выразительно сказал ЧБ, — мы обнаружим там тело, может, даже не одно. Будет расследование. Тони сможет с помощью информации Арры стереть воспоминания всех находящихся в доме?
— Очень сильно сомневаюсь. — Потому что, насколько знал Генри, единственное гарантированное заклинание Тони помогало ему призывать еду, не вставая с дивана. Стереть несколько воспоминаний будет ему не по силам.
— Значит, они узнают
Генри кивнул.
— Это всплывет. Особенно если они выберутся из дома с помощью его способностей.
— Он или станет вторым Удивительным Крескином, [28] — вздохнул Грэхем, — и его жизнь превратится в ад, или его сунут в психушку. Поверьте на слово, — добавил он, когда Генри и ЧБ нахмурились. — Этот мир не прощает психически развитых людей. Они читают слово «психически» как «псих». Ну, вы поняли.
28
Прим. переводчика: Удивительный Крескин — псевдоним популярного телевизионного экстрасенса.
— К сожалению, да.
— К счастью, — поправил их Генри. — Думаю, мы смотрим на это с неправильной стороны. — Взмахом руки он заставил остальных умолкнуть и начал выстраивать концовку, как будто он строил ее для последней главы одной из своих книг. — Когда двери откроются — на рассвете или раньше — ваши люди выйдут оттуда и заявят, что в доме водятся привидения. Что они их видели. Что на них напала злая тварь, живущая в подвале. Но они не смогут доказать ничего из этого, и окружающие решат, что они сумасшедшие. Кроме того, телевизионщикам не дадут ни малейшего шанса. Все знают, что это братия не совсем нормальная.
— Это правда? — задумался ЧБ. Грэхем кивнул.
— Все в Северном Голливуде это знают, точно говорю.
— А теперь представьте, что сумасшедшие телевизионщики провели ночь в доме, в котором уже бывали утечки газа. Что получается?
— Источник безумия обнаружен. Что? — спросил Грэхем, когда остальные подняли брови. — Я часто смотрю «Закон и порядок».
— А кто не смотрит? — устало спросил ЧБ. — А если, допустим, мои люди ничего не скажут о призраках и тварях из подвала? Допустим, они придумают более правдивую историю?
— Без разницы. Даже если они придут к соглашению — а группы такого размера по большей части никогда даже не могут прийти к соглашению, где бы им пообедать, — они не смогут придерживаться этой истории во время полицейского расследования.
— Правда выплывет наружу?
— И никто в нее не поверит.
Следующий вопрос был менее риторическим.
— Мы же объясняли утечкой газа то, что происходило на студии весной?
— Ну, неспроста это классическое оправдание, — напомнил Генри. — И я думаю — учитывая, что полиция знает, что все остальные смерти в доме были связками убийства и самоубийства, — что истинная причина смерти вашей помощницы костюмерши будет очевидна. Люди заперты в доме. Все они немного сошли с ума. Кто-то сошел с ума побольше и убил человека.
— И этот кто-то тоже скорее всего мертв, — добавил Грэхем, — если дом не изменил своим привычкам.
— Итак, дело открывается и сразу закрывается. Почему они сошли с ума? — Генри развел руками. — Это не наше дело. Почему заклинило двери? Опять же — не наша проблема. Кто-то из них творил чудесные волшебные фокусы? Но мы уже выяснили, что они все немного сошли с ума, а поэтому не являются надежными свидетелями.
— Но эти двое, — Грэхем кивнул в сторону дороги, — думают, что что-то не так.