Дыхание зла
Шрифт:
– Да. Но это не значит, что Алиев не мог имитировать угон собственного автомобиля.
– Едва ли он стал бы таскать на себе тела убитых. Он производит впечатление очень неспортивного человека.
– Да? – Дремин скептически побарабанил пальцами по подлокотнику. – Подождем, что скажет Полтавин. Во всяком случае, мы легко получим ордер на обыск дома Алиева.
– А вторую машину опознать почему не удалось? – спросил Самсонов.
– Похоже, ее угнали не у членов «Табии», и владелец не заметил пропажу. Зато есть информация
– Кто-нибудь видел его лицо? – с надеждой перебил Самсонов. Не в маске же кролика он был.
– Нет. Он надел темные очки и хирургическую маску.
– Хирургическую?
– Ну да. Типа простужен и не хочет никого заразить. Говорил в нос, словно с сильным насморком. Взял катер и уплыл.
– Без тела?
– Без. Тело он погрузил в катер ниже по течению. Думаю, там он оставил автомобиль с трупом.
– А забирать катер он пешком пришел?
– Да. Видимо, прогулялся от машины до причала.
– И что, ему катер дали без документов?
– Нет, конечно. Он паспорт оставил.
– Липовый?
– Подлинный. На имя Кавригина Андрея Петровича сорока четырех лет. Кавригин заявил о пропаже документа две недели назад, но откуда об этом могли знать в прокате катеров?
– Паспорт он потом забрал?
– Да, когда возвращал катер. Остался только ксерокс.
– Отпечатки на катере сняли?
– Он был в перчатках. Это в фирме по аренде хорошо запомнили. Но Полтавин все равно займется катером, когда закончит с машиной Алиева.
– Надо еще проверить, нет ли у членов клуба доступа к большим холодильникам. Дома, на работе или на даче.
Дремин кивнул и встал.
– Убийца прислал в «Табию» очередной букет тюльпанов. Отследить заказ не удалось, потому что на этот раз он воспользовался услугами другой фирмы. По той же схеме, что и в предыдущих случаях. Незарегистрированный номер и никаких концов.
Самсонов кивнул. Этого надо было ожидать. Все убийства должны были быть обставлены одинаково, на то они и серийные.
– Ты домой не собираешься? – спросил Дремин. – Или, может, обратно в больницу?
– Поработаю немного.
– Не переусердствуй.
– Постараюсь.
Когда Дремин вышел, Самсонов выпил еще одну таблетку обезболивающего и снова принялся за поиски случаев удаления бедренных костей. Дело шло туго, потому что попадалось очень много повторяющейся и не относящейся к делу информации. Через час старший лейтенант почувствовал, что его уже начинает подташнивать от бесконечных описаний хирургических операций и всего прочего, кроме того, сказывались усталость и плохое самочувствие: в конце концов у него так разболелась голова, что не помогало даже обезболивающее.
Самсонов перебрался на диван и свернулся, борясь с тошнотой. Он не
Когда его разбудил Дремин, прошло около трех часов.
– Ты как, в норме? – Следователь внимательно всматривался в лицо Самсонова.
– Да. Просто заснул. Что у тебя? – добавил старший лейтенант, заметив в руках товарища открытый блокнот.
Дремин сел на стул.
– Во-первых, мы проверили, нет ли у кого из членов клуба родственников по имени Алиса.
– И что? – машинально проговорил Самсонов, с трудом ворочая распухшим языком: во рту пересохло, и полицейский огляделся в поисках воды. Ничего не обнаружив, он попытался сглотнуть, но слюны не было.
– У Кроликовой есть дочь восьми лет с таким именем.
– С ней все в порядке?
– Не знаю. А что, это тоже надо было проверить? – Дремин насторожился.
– Да, узнай… – Самсонов точно не знал, что именно следует искать, – в общем, узнай о ней все, что можно.
– Ладно. – Дремин перелистнул страницу блокнота. – Больше никаких Алис. Зато мы выяснили, что у Донникова есть мясной магазин, и там имеется, угадай, что?
– Холодильник?
– На полсотни туш!
– Ты его видел?
– Нет, но Коровин ездил и говорит, там можно заморозить не то что человека, но даже слона. А то и не одного.
– Пусть узнает, мог ли Донников иметь доступ к холодильнику в то время, когда…
– Уже сделал. Он все сразу проверил.
– И что?
– Мог. Магазин охраняется только сигнализацией, по ночам там никого нет. И код отключения сигнализации знают только Донников и заведующий.
– В системе фиксируются случаи ее отключения и включения? – с надеждой спросил Самсонов.
Дремин покачал головой:
– Только экстренные отключения. Это когда сигнализация включается при несанкционированном проникновении.
– Проще говоря, если не введен код?
– Ага. Так что мы не узнаем, был ли Донников в магазине и пользовался ли холодильником, когда были убиты Бончовска, Йорг и Цыплаков.
– Ладно, что еще вы нарыли, пока я дрых?
– Проверяли алиби, но это номер дохлый. Его нет практически ни у кого. И, честно говоря, я бы удивился, окажись иначе. А вот один товарищ меня заинтересовал, но по другому поводу. Некто Антонов. Знакомая фамилия?
– Он отвозил Левакину домой перед тем, как ее убили.
– Антонов засветился по криминалу еще в школе.
– И что там с ним?
– Поджог.
– Серьезно?
– Ага. Облил бензином дворовую кошку и подпалил. Состоял на учете. Правда, потом инцидентов не было.
Самсонов вспомнил, как читал о первом упоминании сдирания кожи с человека. Тогда были казнены два мага-огнепоклонника. Полицейский еще сделал в своем блокноте пометку на всякий случай, не зная, пригодится ли. Мог давний поступок Антонова иметь отношение к тому, что происходило сейчас?