Двуликое зеркало
Шрифт:
Вихров ушел с тяжелым осадком в душе. Его вновь мучили предчувствия.
3.
Свет в окнах квартиры не горел. Секретарь мужа сказал Татьяне, что полковник Медведев в отпуске и появится в управлении через три недели. Он просто не хочет сидеть дома. Одному в четырех стенах не очень весело.
Свихнуться можно. Она его понимала. Медведев всегда слыл человеком замкнутым и нелюдимым. Кроме жены, его никто не интересовал. Все вечера он не отходил от нее ни на шаг.
Забыть обо всем, прижаться к его груди и заплакать. Но сделать она этого не могла. Ее мучил какой-то необъяснимый страх и тревога. У нее не было сил перебороть свое волнение и решиться на встречу с мужем. Она кляла себя за трусость и нерешительность, однако не находила в себе воли сделать первый шаг.
Татьяна вошла в подъезд и поднялась на пятый этаж. Несколько минут она простояла за дверью, прислушиваясь к каждому шороху. Вряд ли он вернется домой так рано. Семь вечера, уже стемнело, муж будет слоняться по улицам, пока ноги не начнут подкашиваться.
Таня достала из кармана ключи и открыла дверь. Руки тряслись. Знакомый запах, родные стены. Ком подступил к горлу, и на глазах появились слезы. На какой-то момент ей показалось, будто она вовсе не уходила из дома, а бегала к подруге поболтать о своих приключениях. Но вот она вернулась, и ей надо идти в кухню готовить ужин.
Затмение длилось недолго. В квартире царил хаос. Ее муж не приспособлен жить в одиночестве, у него тут же опускаются руки, и он становится беспомощным, как ребенок.
Татьяна быстро переоделась, запихнув грязные вещи в шкаф. Ей хотелось принять душ, но она не могла себе этого позволить. В письменном столе мужа женщина нашла свой загранпаспорт, баллончик с паралитическим газом, наручники и пачку патронов от браунинга. Все найденное она бросила в сумочку и, надев кожаное пальто, ушла. Теперь у нее были документы, и она почувствовала себя более уверенной.
Татьяна также успела пролистать записную книжку мужа и вырвала из нее страничку с адресом, который на данный момент ее интересовал.
Через сорок минут она входила в подъезд дома, расположенного на другом конце Москвы. Она знала, что хозяина нет, и ждала его на лестничной клетке, спрятавшись за шахтой лифта.
Трошин появился в одиннадцатом часу. Правая рука висела на повязке.
Татьяна язвительно ухмыльнулась. Сейчас ее противник не выглядел столь уверенным и сильным, как при их последней встрече.
Когда Трошин вставил ключ в замочную скважину и повернул его, что-то зашевелилось за его спиной. Он резко обернулся и увидел перед собой женщину.
Секундное замешательство решило поединок. В лицо чем-то брызнули. Сильная струя газа попала
Женщина оттащила его в сторону, открыла дверь и заволокла бесчувственное тело в квартиру. Крепкий, высокий детина оказался слишком тяжелым для женских рук. Татьяна затащила его в ванную комнату, не дотянув до кухни, и тут же пристегнула наручники к левой кисти руки и отопительной трубе под раковиной.
Быстрый обыск принес ожидаемый результат. Из кармана майора в ее руки перекочевал бумажник, документы и злополучный браунинг. Трошин зашевелился, и Татьяна отскочила в сторону. Сработал инстинкт. Правой рукой он не смог бы ее удержать, а левая была прикована к трубе. Теперь пришел ее час торжествовать победу.
Майор медленно приходил в себя. Татьяна ускорила процесс, вылив в лицо обидчика ковш воды.
— Привет, соблазнитель! Помнишь меня? Я та самая дура, которую ты водил за нос и подставил под статью.
Трошин быстро оценил ситуацию и понял, что самостоятельно ему из ловушки не выбраться.
— Зря вы, Татьяна Михайловна, пошли на необдуманный поступок.
Он видел ее решительный взгляд и браунинг, зажатый в узкой, изящной руке.
Глупая баба. Она сама схватила ядовитую змею в руки, и теперь все ее отпечатки останутся на рукоятке.
— А ты забыл, мерзавец, как ты меня с покойным Витенькой Докучаевым пригвоздил к батарее? А я помню. Но только мой хахаль имел деньги и прислугу, которая нас высвободила из плена, а у тебя лакеев и домработниц отродясь не было. Кто тебя вытащит из петли? Так и сдохнешь здесь, как бешеный пес.
— Еще один труп хотите на себя взять? Когда вас выловят, то поместят в психушку. Пожизненно. Двое бывших ментов, убитых в подъезде. Ни в чем не повинный парень. Петю-то вы стукнули насмерть. Слабый череп у мальчика оказался, а на горлышке от бутылки ваши отпечатки. Перестарались, мадам. А тут еще один труп. Сарафанова из браунинга пристрелили, гильзы милиция в гараже нашла. Крупная фигура! Смерть Сарафанова вам не простят. Вот только труп я не успел хорошенько спрятать. Боюсь, на него менты наткнутся. А я хотел вас выгородить из этих неприятностей.
— Врешь, волчара!
Татьяна вынула обойму из пистолета и недосчиталась в ней пяти патронов.
— Ублюдок! Ты мне за все заплатишь!
— Кроме меня, Танюша, тебе никто не поможет. Ты уже в розыске. Ты особо опасная преступница. С маньяками у нас круто обходятся. На первом же допросе ты во всем признаешься. У нас умеют выбивать признания. Кто ты против меня? Нет, твоему бреду не поверят. Доказательств никаких, а у меня алиби на все случаи жизни заготовлены. И еще. Будешь валить на меня свои грехи, сама же и захлебнешься. Меня захотят проверить, допросить и приедут сюда. А что они найдут? Труп, прикованный к трубе, а на наручниках твои отпечатки пальцев.