Двойник Президента
Шрифт:
В телефоне послышался голос Фёдора, который, похоже, в чём-то горячо убеждал Алину.
— Ладно, мы приедем, если хочешь. Купим тебе по дороге кетчуп и полкило сосисок. Но уговор — варить их будешь сам! — ответила мужу Алина.
— Замётано. Жду, — Андрей раздраженно вырвал серебряную нить нано-телефона из своего уха. «Чёрт бы побрал эту офицерскую честь. Даже проститутку не наймешь. Хотя, говорят, секс с проституткой — это не измена супруге. Нет, не буду соблазняться».
Андрей по-мужски сжал зубы и стыдливой мелкой
— Сколько лет, сколько зим! А я уж гадаю, придёте или не придёте. Совсем ты у меня жену увёл, — шутливо погрозил он пальцем брату-близнецу и испытующе прищурился. — А ведь я тебя на три минуты старше, нехорошо!
Фёдор молчал и смущённо оглядывал роскошную, отделанную литыми золотыми пластинами по эксклюзивным лекалам Джанни Версаче, прихожую и торопливо развязывал шнурки ботинок, чтобы не наследить на полу, выполненном наборной мозаикой из дымчатого горного хрусталя.
— Ладно, не ревнуй, — несколько грубовато сказала Алина мужу в качестве приветствия. — Отнесись ко всему проще. Вот тебе обещанные сосиски, — и она протянула Андрею старомодную сетку-авоську, взятую напрокат у Фёдора.
— Ты же знаешь, Алина, в лексиконе боевого офицера ФСБ нет слова «ревность», — отчеканил ей Андрей и торопливо вгрызся в сырую сосиску.
— Иначе бы я за тебя не пошла, — сказала Алина и по-дружески обнялась с Андреем, когда тот прожевал.
Родственники прошли в мраморную гостиную. Плазменный панельный телевизор шириной во всю стену передавал выступление Директора ФСБ Ступина перед высшим командным составом национального антитеррористического центра «Улыбка Сталина».
— Это запись, — сказал Андрей, небрежно усаживаясь в любимое кресло, выдолбленное из черепа динозавра-трицератопса. — Вот, веду здесь подростковую жизнь бэтмана или, прости Господи, отшельника. Даже самому смешно. Как будто у меня нет ни друзей, ни родственников, ни подчинённых, ни всё такое.
— Андрей, я тебя предупреждала, что в Москве без наличных денег шагу не ступишь, — укоризненно покачала головой Алина. — Хотя бы сто долларов в кармане надо иметь на расходы. Иначе так и будешь сидеть дома один, как сыч.
— Сто долларов, — возмущённо воскликнул Андрей, — да в Китае крестьянин за такие деньги целый год работает! Кстати о работе. Мы тут с братвой основали открытое международное акционерное общество по
Фёдор Ступин зачарованно смотрел на многометровое изображение брата-близнеца на плазменном экране.
— Никогда не думал, что мы с тобой так похожи, — вымолвил он.
— Шанешно ши пошоши. Тьфу! — Андрей выплюнул недожёванную сосиску. — Конечно похожи. Однояйцевые, как-никак.
— Ты вот, точно — однояйцевый, — пошутила Алина и достала из своей сумочки серебристую фляжку с любимым «блэк-рашеном». — И больше никак, чем как.
— Алина, кончай его подкалывать, — покачал головой Фёдор. — Ему и так тяжело. Я бы на месте брата…
— Вот когда окажешься на моём месте… — угрожающе перебил его Андрей.
— Мальчики, не ругайтесь, — Алина напряжённо смотрела то на одного, то на другого, то на экран телевизора, — Я, кажется, кое-что придумала, — и она сплела из трёх пальцев загадочную фигуру, изображающую мудру кудзи-инв пальцевой боевой игре докко.
Пентхауз повернулся вокруг оси на три градуса, ловя предзакатное солнце.
Вещие сны
Борис Николаевич Пельтцер часто видел вещие сны, подрёмывая в своём рабочем кабинете. То ему снилось, как спецгруппа КГБ в чёрных масках в провокационных целях сбрасывает его с моста в реку. То ему снилось, что он случайно недоплатил партвзносы в Свердловский обком КПСС, и товарищи коллективно его стыдят на собрании ревизионной комиссии. То ему снилось, что в России наступило полное торжество демократии, и благодарные граждане ставят ему памятник на месте мавзолея Ленина. Просыпаясь после таких снов, Борис Пельтцер долго тряс головой и обливался холодной водой из переносного дачного дюралевого рукомойника.
— Вот же, понимаешь, какая дрянь снится, — бормотал он и садился под уютную лампу с зелёным абажуром работать с документами.
В эту ночь Борису Николаевичу долго не спалось. Он ходил по своему кремлевскому кабинету из угла в угол. Снаружи через окно доносились возмущенные крики граждан и народа, требующих хлеба без зрелищ. Только что президент отправил почётную делегацию миллиардеров-олигархов в голодающие страны Малой Азии с целью найти дополнительные кредиты для возрождения России. Во всех остальных странах в долг уже не давали.