Дворяне и ведьмы

Кильдяшев Антон Евгеньевич

– Из-за солнц и не выросло ничего.
– Авторитетно заявил усач.
– У Красного Краса за год появилось полным-полно причин быть злым.

"Всё одно к одному". Столько несчастий одно за другим неизбежно наводили на мысли, что царство провинилось перед богами, и те насылают все эти беды чтобы отомстить. Сам Настас не слишком верил жрецам, но всё же не считал их проповеди совсем уж пустым звуком. Что-то да в них было истинного. А глупая чернь и вовсе верила без всяких вопросов. Пару дней назад, например, княжич слышал меж купцами разговор о том, насколько за этот год храмы разбогатели на разоряющихся

крестьянах.

В отличие от них, Красич считал всё это совпадениями. Он не видел никакой связи между плохим урожаем и, например, пожаром в Красове. Тем не менее, остальные, особенно, богобоязненная чернь, верили, и княжич полагал, что их страхи можно использовать в своих интересах точно так же, как это делала церковь. В данном случае Настас учился у Керила из Гнилолёса, что так проворно собрал целую орду суеверных крестьян в своих целях.

"Неурожай, царь, бегущий в столицу оправляться от поражения, слишком сильные князья, сожжённый Красов", - перечислял про себя Настас. Даже дуракам - к которым он себя не относил - давно всё стало ясно. Скоро, очень скоро начнётся грызня всех со всеми. Княжич не имел ничего, кроме своих прав, ни войск, ни титула, ни поддержки двора и родни, одна лишь кровь давала ему претензии на царство. Голозадые, полуголодные, но вооружённые и отчаявшиеся, а оттого особенно уверовавшие в обещания жрецов - или же потомка бога - крестьяне были лучше, чем совсем ничего.

Из бокового коридора явилась служанка и позвала гостей на обед. Ночная прогулка, похоже, ничему не научила Тефана, и он всё равно лез к Настасу. Время от времени княжич ловил на себе взгляды телохранителей своего собрата. Преподать ещё один урок Настас бы не смог даже если захотел.

Как там Биша поживает?
– Тефан очень долго собирался с этим вопросом, и выпалил его скороговоркой, глотая буквы.
– Я слышал, что с ней беда случилась. Я расспрашивал тех, кто у вас в крепости бывал, но ничего толком они сказать не могли. Это что, тайна?

"Ещё бы это ей не было", - зло подумал Настас.

– Чудище её в Гиблолёс утащило.

– Красный Крас, я и не знал.
– Вытаращил глаза Тефан. Не слишком правдоподобно - парень явно и не подозревал, что могло произойти в лесу.
– Она же... целая, верно?

– "Целая"?

– Ну, одним куском...
– Настас наслаждался потугами Тефана выбрать правильные слова, чтобы не получить по носу. Не то, чтобы княжич это делал на глазах у всех или решил бы нарушить данное самому себе обещание - просто злобу на родню, Красичей, он захотел выместить на старом знакомом.
– С ней же не произошло ничего страшного, да?

– Тефан, это Гиблолёс. Ты даже на версту вглубь него зайти боялся, а всего-то сказок послушал.

Парень находился в растерянности. Отсутствие прямого ответа не давало ему понять, что же случилось с Бишеславой - трагедия или так, мелкую царапину на лодыжке получила. Никаких угрызений совести Настас не чувствовал - с чего этой злой госпоже, толкающей людей ради сохранения их человечности на глупые поступки, вмешиваться сейчас, если княжич сейчас наказывал за глупость и зазнайство?

– Мне жаль.
– Пробормотал Тефан. Он решил сказать то, что в любом случае оказалось бы правильной реакцией на положительный или отрицательный

ответ Настаса.
– Очень жаль, что Бише пришлось пройти через такое.

– По правде говоря, ей в Гиблолёсе немного понравилось. Не знаю, что её держит почему она его всё ещё любит и не убежала куда глаза глядят. Должно быть, с головой не в порядке.

Тефан кивнул.

– Это ужасно.

Спросив ещё парочку глупых вопросов, годящихся разве что для поддержания разговора, Тефан осторожно приступил к важным для него словам. Без сомнения, этому его приучила мамаша - Чернопольская княгиня. Настаса ужасно бесило, как парень мялся и краснел. "Мой отец тоже сволочь", - думал он, - "вот только на мне это плохо не сказалось".

– Кстати, как там поживает...
– Тефан запнулся.
– Кажется, Леся? Люся? Ты, Настас, ещё с ней за домами целовался.

К своему удивлению княжич почувствовал пульс в ушах. Сам того не желая он замотал головой - а вдруг кто-то подслушивает?

– Не помню никого подобного. Может, ты меня с кем-то перепутал?

– Да? Нет, я уверен, что была такая девушка. У неё ещё дойки огромные...

– Оставь свои фантазии при себе.
– Настас очень не хотел вспоминать о ней.

Зная всю дурость Тефана он направился прочь из зала через двери в углу. "Подышать свежим воздухом" - там располагался балкон. Было довольно холодно, и там не оказалось ни души.

Настас просто не мог позволить себя выглядеть так же, как отец. Родителей Леськи пришлось подкупать золотом, чтобы эту корову, возжелавшую стать княгиней, убрать куда подальше. Он совершил огромнейшую ошибку, сблизившись с ней. Она была чуть старше и уже "оформилась", как любил говорить Спас, и Настас на неё запал.

Только понимание, что отец себе никогда ни в чём не отказывал вырвало его из её лапищ. Не для того он существовал, чтобы идти стопами проклятого Спаса. Сначала плотоедь, а потом и грибочки ведьмы твёрдо уверили Настаса в правильности его решения. А пример того, как отец вместо захвата принадлежащего ему по крови довольствовался сотым владением и подачками более удачных братьев и сестёр заставлял его в гневе сжимать кулаки.

– К-куда ты убежал?!
– Крикнул Тефан, шмыгнув за ним на балкон.
– Не хочешь, чтобы нас услышали?

– В зале душно.
– Повторил Настас ещё раз.
– И не приставай ко мне со своими выдуманными девушками.

Тефан насупился.

– Правда не было такого? Спутал, наверное...
– Он подошёл к поручням и взглянул вниз.
– Есть тут одна прекрасная особа. Я всего-то похвастаться решил, кто меня любит.

– Да ну? "Любит"? Она так сказала, или ты так сам решил?

– Сказала.
– Зарделся Тефан.

– Что именно?

– Что я хороший человек, она любит таких.

Глядя на Тефана Настас мог подумать только о том, что у неизвестной прекрасной особы либо очень утончённый вкус, либо она слишком вежлива. В любом случае это не закончится ничем хорошим. Солдаты - а именно блондин и усач - стояли за дверьми и вслушивались в каждое сказанное на балконе слово.

Тефан набравшись храбрости повёл Настаса знакомиться со своей любовью.

– Меларта.
– Так её звали.

– Странное имя.
– Заметил Красич.