Дворец Посейдона
Шрифт:
Дед почти никогда не принимал гостей и редко появлялся даже в кругу семьи, что породило слухи, будто старик выжил из ума. Однако ум его оставался на редкость ясным и проницательным, а если он и вызывал к себе кого-либо из родственников, значит вопрос был крайне серьезным.
Оказавшись в полумраке огромного кабинета, Ставрос сделал несколько шагов вперед и остановился. Здесь пахло пылью, лекарствами и старыми книгами. Он не видел своего деда больше трех лет, и сейчас кровь стучала у него в висках от волнения.
– Иди сюда, мой мальчик, – проскрипел старческий
Только теперь Ставрос заметил справа от широкого зашторенного окна маленькую сутулую фигурку.
– Не робей. Подойди ко мне.
Ставрос собрал все свое мужество.
– Ты звал меня, дедушка?
Приступ астматического кашля сдавил горло старика. Прошло некоторое время, прежде чем кашель унялся. Он прошаркал к своем рабочему столу, взял стакан с водой и судорожно отпил глоток. Отставив стакан, Архитас поднял глаза на внука.
Ставрос испугался.
За последние три года Архитас Никомедес сильно исхудал и словно стал меньше ростом. В лучах вечернего солнца, проникающих сквозь коричневые шторы, его кожа походила на кожу мумии.
– Я позвал тебя, потому что ты совершил нечто непростительное. Нечто, представляющее серьезную угрозу для будущего нашей семьи, – произнес старик. – Садись.
Он указал на стул.
Ставрос застыл, словно громом пораженный. Казалось, земля уходит из-под его ног. Набрав в грудь побольше воздуха, он с трудом произнес:
– Ты говоришь, что я…
– Садись, – нетерпеливо махнул рукой старик.
Ставрос опустился на стул, чувствуя, как деревенеет все тело. От этого визита он не ожидал ничего хорошего, но такого и вообразить не мог.
Старик вслед за внуком опустился в кресло с высокой прямой спинкой. В его голосе зазвучали примирительные нотки.
– Как поживают твоя жена и дети? Я не видел Марию и малышей уже целую вечность. С тех пор, как крестили маленькую Аннету.
– У них все хорошо, – ответил Ставрос. – Старший уже ходит в школу, а малышка переворачивает все в доме вверх дном. Дети нас радуют.
– Хорошо. – Мимолетная улыбка скользнула по лицу старика. – Семья – это главное. Без семьи мы никто. Хуже, чем грязь под ногтями.
Он внезапно подался вперед.
– И хочу тебе напомнить: в нашей семье есть одно правило, которое соблюдается неукоснительно. Если возникают проблемы, то в первую очередь они обсуждаются внутри семьи.
– Но у меня нет никаких…
– Молчи! Своим безрассудным поступком ты поставил на карту судьбу фирмы и всего нашего дома.
Ставрос никак не мог взять в толк, о чем говорит старик. Похоже, у него и в самом деле, как говорится, не все дома.
– Почему ты не обратился к отцу, как и положено? А вместо этого самовольно нанял этого немца, который сует нос в наши дела. Ты хотя бы на минуту задумался, когда решался на этот шаг?
Ставрос пораженно вскинул брови. Вот оно что! Теперь ясно, откуда ветер дует. Речь о Гумбольдте.
Но как старик пронюхал об этом?
– Я пытался поговорить с отцом, – без особой твердости возразил Ставрос. – Я умолял его предпринять хоть что-нибудь, но он только отмахнулся. Заявил, что мне не следует тревожиться
– Он и должен был таким быть, – проскрипел дед. – Твой отец пытался тебя защитить. Это его обязанность. И ты поймешь это с возрастом.
– Защитить? От чего? Я младший партнер и тоже вхожу в руководство фирмой. Моя задача…
– Твоя задача заключается в том, чтобы делать то, что тебе скажут, – оборвал его старик. – Твой отец знает об опасностях, подстерегающих в море наши корабли. Мы оба знаем об этом, и приняли соответствующие меры, чтобы справиться с ними.
– Какие меры? Какая опасность? – Ставрос упрямо тряхнул головой. Оказывается, он был единственным, кто понятия не имел, что происходит на самом деле!
Архитас склонил голову.
– Ты разве не слышал о морском чудовище?
– Слышал ли я… Еще бы! Но я полагал, что и вы считаете это полным бредом.
– Только формально. Чтобы никому не пришло в голову, что это не так.
– Значит, вы верите, что чудовище существует?
– Ну конечно же!
Старик хитро усмехнулся.
Ставрос откинулся на стуле. Внезапно его осенило.
– Значит, все это комедия? Обвинение капитана в пьянстве…
– Инсценировка. Фогиацис отделается мизерным штрафом и будет восстановлен в должности. Мы были вынуждены так поступить. Можешь представить реакцию наших партнеров и клиентов, если мы признаем, что наши корабли подвергаются атакам морского чудовища? Грузоперевозки упадут до нуля – нашим кораблям просто нечего будет возить. Катастрофа! А пьяный капитан… об этих вещах не слишком болтают в газетах.
– Но если чудовище на самом деле существует? Я думал… я полагаю, мы должны что-то предпринять.
Старик небрежно махнул рукой.
– Все это давно решено. Не забивай себе голову, мальчик.
– О чем ты говоришь?
У Архитаса вырвался странный смешок.
– Что ты знаешь о войне, которую англичане сейчас ведут на Аравийском полуострове и в Африке?
Ставрос задумался.
– Только то, что пишут в газетах… Завоевание Судана англо-египетскими войсками и последующее завоевание части территории Египта армиями Махди, предводителя суданцев.
– Все верно. Восстание под руководством Махди – первое успешное выступление африканской страны против колониального господства Британии. С этим империя смириться не может. А между тем противостояние достигло такой точки, что англичане планируют направить в этот район свои дредноуты, чтобы окончательно подавить сопротивление повстанцев. Через два месяца британская эскадра пройдет в водах, непосредственно прилегающих к острову Крит. Я использовал свои связи в дипломатических кругах, чтобы убедить адмиралтейство заняться и нашей проблемой. То, что отравляет нам жизнь и ставит под угрозу наше финансовое благополучие, могучие броненосцы в считанные минуты сотрут в пыль. Их огневой мощи достаточно, чтобы отправить на дно целый флот. Ничто живое не сможет уцелеть под ударами орудий главного калибра.