Дверь в детство

Блинов Юрий Николаевич

Видимо, собеседник Егора почувствовал некоторую неловкость момента, и решил попытаться исправить ситуацию. Вовка и здесь оставался самим собой. Он всегда очень тонко чувствовал любого собеседника, и всегда старался быть чутким в любых разговорах. Его попытка пойти на встречный контакт с любопытным начальником была, с одной стороны, чудесным и замечательным шагом, но с другой - Егор чуть не закашлялся, когда услышал Вовкин вопрос:

– Наверное, ваш друг был интересным человеком. А как его звали?

Но Егора не так-то легко было вывести

из равновесия. Он поморщился, затем пробормотал какое-то первое пришедшее на ум имя и тут же перевел разговор в прежнее русло.

– Ты мне лучше скажи, по какой схеме собираешь свой прибор?
– спросил он у по-прежнему переминающегося с ноги на ногу у токарного станка Вовки.

Тот вдруг отчего-то засуетился, затем полез в карман рабочего халата и вытащил стопку каких-то затертых и измазанных листков, и тут же протянул их Егору.

Егор взял бумаги и стал их рассматривать. Вовка встал у него за спиной, приготовившись комментировать всё по порядку.

– Это я скопировал из одной книжки по телескопам - стал говорить он теперь уже более уверенным голосом - Там разные схемы были, но эта показалась мне достаточно подробной и не такой сложной, как другие.

Егор полистал дальше, и мысленно восхитился тем, что, невзирая на довольно приблизительные параметры во всех имевшихся чертежах, его совершенно необразованный друг, который до этого делал только грубые заготовки для однотипных линз, смог разобраться в тонкостях изготовления деталей для целого телескопа. И при этом довольно далеко продвинуться в своем начинании. Конечно же, о точности подгонки было говорить бессмысленно, да и о том, что конкретно, в конце концов, можно будет увидеть через эти "витринные стекла", которым Вовкина рука придала выгнутые и вогнутые формы, Егор даже старался заранее ничего не предполагать. По словам Ключницы, для успеха данного предприятия должно было вполне хватить того, что изготовление вышеописанного прибора будет доведено хотя бы до какого-нибудь определенного конца. И тогда свершившийся факт должен будет привести к тому, что их план, наконец, сработает...

– Ты вот что, - прокашлялся в кулак Егор - если станешь испытывать трудности со сборкой, я готов тебе помочь. Причём готов это сделать совершенно бескорыстно.

От таких слов Вовка слабо улыбнулся и кивнул в ответ, еле слышно произнеся:

– Хорошо.

– Вот и славно - кивнул Егор.

Их с Вовкой разговор не сказать, чтоб был очень удачным, но его явно пора было заканчивать. Егор хлопнул себя по коленкам и поднялся со стула. Он уже протянул руку, чтобы пожать Вовкину ладонь, когда тот неожиданно спросил:

– Скажите, а вы, как специалист, действительно верите в то, что у меня всё получится, или у вас имеются какие-то другие причины помогать мне?

А вот этот вопрос уже явно застал Егора врасплох. Он даже немного растерялся в первую секунду, придя в некоторое замешательство. Однако, имея большой жизненный опыт по способности выкручиваться из всяческих неудобных ситуаций, Егор

внутренне собрался, и принялся отвечать сначала на первую половину вопроса, одновременно с этим усиленно соображая, как быть с истинными причинами своей мотивации.

– Конечно - тут Егор прокашлялся и провел кончиком языка по своим внезапно пересохшим губам - качества изображения в твоих линзах будет не таким идеальным, как, например, в телескопах Пулковской обсерватории, но в целом можно будет разглядеть Луну, и даже, наверное, в деталях. Судя по показаниям, которые заявлены в чертеже, увеличение твоего телескопа будет целых восемьдесят крат...

– А если смотреть на туманность Андромеды, к примеру?
– добавил Вовка к своему ранее заданному вопросу.

– Ну, не знаю, если честно - стал отдуваться Егор - Всё будет зависеть от величины тех искажений, которые наверняка присутствуют в самом стекле. Хотя сами линзы ты обточил и отполировал весьма неплохо. Надо пробовать. Вот соберём и узнаем.

– Странно, - поджал Вовка свои губы и снова недоверчиво посмотрел на Егора - я всё-таки не до конца понимаю вашей заинтересованности в этом деле. Зачем вы мне помогаете с этим дурацким телескопом, когда вроде должны были просто выгнать меня с работы.

Егор на секунду задумался. Прямо сейчас ему срочно было нужно совершить решительный и точный ход. При этом он опасался сделать что-то неправильно, поэтому ему следовало действовать оперативно, и ни секунды не колеблясь.

– Ты ведь знаешь Егора Карасёва?

Вовка вскинул брови, будучи явно удивлен вопросом.

– Конечно знаю. Мы в одном подъезде с ним живем. А вы ему кто?

– Дело в том, что я брат его матери, то есть родной дядя Егорки. Если честно, твой друг про тебя часто рассказывает.

– Вот это дела!
– ухмыльнулся Вовка - никогда бы не подумал, что Егор обо мне станет рассказывать. Небось, жаловался на мои методы воспитания?

– Да нет, что ты!
– махнул Егор руками - Про тебя он только хорошее говорил. Что, мол, в детстве защищал малышню всегда, истории всякие интересные ребятам рассказывал. Выдумывал разные игры...

После таких слов Вовка снова засмущался, и теперь слабая улыбка уже не сходила с его лица. Егор, тем временем, решил развить успех дальше.

– Про телескоп твой это тоже он мне рассказал. Егор ведь знает, где я работаю, и когда про оптику услышал, про тебя и упомянул.

– Да, - подтвердил Вовка - я Егорке и вправду много чего рассказывал. Ему одному только и говорил про свою трубу.

– Мне-то как бы особого дела нет до твоего начинания - стал тут лукавить Егор - но мой племянник так в красках описывал то, как вы с ним мечтаете на звезды смотреть, что я и сам невольно загорелся вам помочь. Егор рассказал мне, где ты работаешь, и я был весьма удивлён, когда узнал, что мы с тобой, оказывается, коллеги. Теперь это стало для меня почти делом принципа, да и жалко ведь будет, если ты такое доброе дело загубишь.