Две параллельные
Шрифт:
– Хочу...больше...
– выдыхает Микаэл на моих губах, - сними майку...
– Что? Нет, - я отстраняюсь, думая, в какое он придет разочарование от моего тела, после идеальной Власовой.
– Я могу тебе помочь, - предлагает он и приподнимается, чтобы ещй раз затянуть меня в поцелуй. Он волшебно целуется. Но надо вспомнить, надо вспомнить что это, это...ничего не могу вспомнить. Тем временем его руки на краю моей футболки, он отягивает ее сначала вниз, затем медленно начинает ее задирать. Именно в этот момент я нахожу
– В чем дело?
– слегка хмурится Миаэл, - тебе неприятны мои прикосновенья?
– Н-нет...м-мне н-нужно уйти, - говорю я и отвожу глаза. Собираюсь встать, но Микаэл вновь хватает мою руку и тянет на себя, и я плюхаюсь прямо на него. Микаэл морщится от боли, поскольку я попадаю на синяк. Я пытаюсь встать, но он с легкостью переворачивается со мной, и оказывается надо мной.
– Вот так, - победно говорит он.
– Микаэл, тебе же больно, - я пытаюсь вырваться, ерзая под ним.
– Вот и лежи смирно, - уже в районе моего живота бормочет он.
– Что...что ты делаешь?
Я ощушаю, как его язык касается моего пупка, который обнажается, из-за того, что майка задирается.
– М-м-м, - мычит он, продолжая медленно задирать мою футболку. Моя кровь закипает. От его поцелуев горит кожа. Ещё один нежный поцелуй в раоне желудка, заставляет легкий стон вырваться из моих губ. Я касаюсь его щеки.
– Нет, - выдыхаю я, пытаясь вернуть майку на место, - я..не...Власова...
– Власова?
– его затуманенный взгляд останавливается на моем лице, - Марина?
– У нее...все идеально...она красивая...я нет...не такая...
Он с минуту смотрит на меня в некотором замешательстве, а я готова провалиться сквозь кровать.
– Чита, - его губ касается улыбка, и он чуть наклоняет голову, - подними руки.
– Я не...
Он приближается к моему лицу и снова смыкает наши губы в поцелуи, от которого сносит голову.
– Подними руки, - бормочет он мне на моих губах. И я не могу сопротивляться его голосу, послушнно вытягиваю рукки вверх. Он быстро стягивает с меня футболку, и я остаюсь в обычном черном лифчике перед ним. Микаэл некоторое время просто разглядывает меня, затем переводит взгляд на мои глаза, уголки его губ растягиваюся в улыбке.
– Восхитительно, - признается он, и от его слов, я чувствую легкость и головокружение. Он наклоняется и смыкает губы у меня на шеи, и начинает медленно спускаться по мне, оставляя воспаленую кожу за своими губами. Он целует в выпуклость груди над лифчиком, пока я его поклаживаю рукой на затылке. Он отстраняется, заглядывает мне в глаза и заводит два больших пальца за чашечки лифчика. Проводит ими по моим твердым соскам, а я не могу удержать легкий стон. Я выгибаю спину, когда он продолжает свою ласку. Я вижу, как загораются его глаза, и от этого загораюсь сама. Ещё никто так на меня не смотрел. Я не хочу думать ни о чем, кроме него. Только
Он наклоняется и снова целует меня, я обнимаю его за широкие плечи, закинув одну ногу на его бедро, прижимаюсь. Я чувствую его эрекцию, от чего возбуждаюсь ещё сильней. Он отрывается от моих губ и заглядывает в мои глаза.
– Это далеко заведет, - предупреждает он, затем переводит взгляд на игру своих пальцев, - хочу увидеть тебя всю.
От его слов меня словно прошибает током, и я просто жду. Он заводит руки мне за спину, затем хмурится.
– Что за черт?
– произносит он, а я начинаю тихо смеяться, и перестаю, когда он, наконец, обнаруживает застежку впереди, - отличное белье...
В момент, когда его руки касаются застежки, мне кажется, я за стенкой слышу голос бабушки, что она делает в моей комнате?...бабушки?! БАБУШКИ! О. МОЙ. БОГ!!!
– О, Боже!
– я отталкиваю Микаэля и резко встаю, - бабушка, - шепчу я, - убьет меня... нас.. где моя футболка?
Микаэл, молча, подает мне футболку и плюхается обратно на кровать, выравнивать дыхание. Я натягиваю футболку, стягиваю резинку и как можно тише выхожу из комнаты и также тихо захожу в ванну. Стягтваю штаны, кидаю в корзину для стирки. Расправляю футболку, прикрывающую бедра. Нажимаю на смыв, выхожу и вздрагиваю, так как натыкаюсь прямо на бабушку.
– Ой, бабуль ты чего?
– стараюсь, чтоб мой голос звучал одновеменно сонно и удивленно.
– Ты была в туалете без света?
– шепот бабушки полон подозрения.
– Ну, да, - вру я, радуясь темноте коридора, - который час? Ты только приехала?
– Пол двеннадцатого, - выдыхает бабушка, смотрит на дверь Микаэля, - хотетела тебя поцеловать на ночь.
Бабушку не изменить. Как же она пожелать спокойной ночи ко мне пришла. Она меня проверяет! Хотя, в принципе, на этот раз интуиция ее не подводит.
– Ладно, спокойной ночи, - бабушка легко целует меня в щечку и направляется к лестнице. Я же захожу за угол и быстро закрываю дверь в свою спальню. Медленно по ней сползаю вниз. Что вот только что случилось? У меня ноги до сих пор дрожат. Микаэл будто имеет власть надо мной, но это не пугает, а восхищает. И я не знаю, что мне думать об этом. Я вообще не хочу думать, я хочу смеяться. Мне так хорошо, несмотря на то, что мозг, который, наконец, включается и кричит, 'Очнись, дурочка! Очнись!'.
Я переодеваюсь в пижаму и ложусь под одеяло. Вытягиваюсь, но понимаю, что мне не уснуть. Сна нет ни в одном глазу. В моей голове всплывают воспоминания того, что происходило через стенку со мной и Микаэлем. И моментами мне даже становится жарко. Я думаю, о том, как мне себя вести завтра с ним? Возможно, хорошо, что он не идет в школу. Я кручусь, верчусь, но заснуть никак не могу. Неожиданно слышу легкий стук по стеклу балконой двери. Не может быть. Мое сердце начинает выстукивать. Микаэл.