Две параллельные
Шрифт:
– Какого...
– начинает он, как практически у всех приходят сообщения, включая меня, Микаэля и Киры. Начинается смех, свист и оглядывания в мою сторону. Я открываю свои сообщения. Смс от Власовой и, кажется, что просто проваливаюсь в бездну. Это мое фото в красном кружевном белье для Артема. Я там улыбаюсь, глаза опущены. Поперек шла наложенная надпись: ' Отдамся недорого'. Один раз. Моя доверчивость и я унижена. Как он мог поступить со мной так? Так низко, так мерзко, это было между нами.
– О. Мой. Бог, - мои губы еле шепчут, глаза жгут слезы. Я поднимаю
– У кого было фото?
– только спрашивает он у нее.
– У Артема, - отвечает она, держа меня за руку. Микаэл со скоростью молнии срывается с места и через секунду он буквально за шкирку швыряет Артема, так, что тот не успев опомниться, летит в дальней угол большого зала. Все присутствующие смолкают.
– Это твой конец, - говорит Микаэл, направляясь к Артему, я оборачиваюсь и вижу вошедшего Никиту вместе с Эдо.
– Остановите его, он его убьет!
– просит их Кира, видя мой взгляд. И оба парня срываются с места. Я смотрю на Артема, от неожиданности и испуга он, кажется, не дышит. Но к нему спешат его товарищи. Мое сердце сжимается, но я делаю усилие и смотрю на Власову застывшую с триумфальной улыбкой.
– Вот так, - говорит она мне, - будешь знать, как мне тупые смс слать. Запомни, солнце мое, я всегда на коне.
– Иди к черту, сумасшедшая, - отвечает ей Кира, обняв меня, разворачивает, и мы идем к выходу.
Кто-то во дворе интересуется у меня недорого это сколько, а кто-то выражает восторг по поводу белья. И теперь до конца года это мое клеймо. Боже, мне так стыдно, мне хочется провалиться сквозь землю. Это фото было между мной и Артемом в тот момент, когда мы были вдвоем. Как он мог? Зачем он так? Как мне это пережить теперь? Официально. Лучше бы я сегодня утром умерла.
Микаэл
– Не трогай меня, - я в сотый раз убираю руку Эдо от своего лица, которую он сует с какой-то мокрой тряпкой. Хотя мое лицо никто не трогал. Нас выставили за дверь охранники. Сосунки, твою мать. Я стою, облокотившись на капот машины Эдо. Я в бешенстве и бессильной злобе. И я не знаю, что больше меня злит, тупой поступок тупой суки, или то, что Олень видел больше, чем я, или что Чита вообще позволила ему сделать такое фото.
– Бро, с тобой что-то не так, - Эдо смотрит на меня, - ты реально из-за какой-то чувихи, чуть не размазал парня по полу.
– Иди к черту, - отзываюсь я, разворачиваюсь и прохожу к пассажирской двери, берусь за ручку, затем смотрю на друга, - конечно, не такой, у меня друг дилер. Надеюсь, ты наладил связи?
– Ладно тебе, - примирительно говорит Эдо и занимает место за рулем, - я не об этом. Просто раньше ты из-за какой-то чувихи и палец бы не поднял, а тут прям...
– Заткнись, - обрываю я его речь, - отвези меня до этого проклятого 'Изумрудного'. И заткнись.
Я откидываю спинку кресла назад и закрываю глаза. Мой ушиб на ноге ноет, и почему все стремятся ударить именно по нему? Но Олень завтра придет красиво разукрашенный. Пока не пришла охрана,
Утром противный звонок будильника выводит меня из сна. На удивление мне ничего не снилось всю ночь. Благодатная ночь. Я не раскрывая глаз, бросаю телефон о стену. Слышу, как он рассыпается на части. Ну, здорово. Хотя хрен с ним. Через несколько минут я все-же встаю. Натягиваю спортивные штаны, и плетусь в ванну. Когда я открываю дверь комнаты, но невольно вздрагиваю, под ней стоит Рита.
– Черт, Чита, - говорю я, застывая на пороге. Вид у нее воинственный. На ней вчерашнее платье до пола, руки скрещены на груди, лицо нахмурено. Я облокачиваюсь о косяк плечом и жду своего выговора. Но взамен получаю мимолетное удовольствие от ее взгляда по моему обнаженному торсу. Затем она отводит глаза и тихонько выдыхает.
– Ты Марине послал смс с моего телефона?
– спрашивает она меня, неожиданно подняв свои глаза.
– Возможно, - я легко веду плечом.
– Что ты там написал?
– Чита, этот допрос не подождет часа два?
– я собираюсь ее обойти, но ее рука останавливает меня, и прожигает мою кожу.
– Нет, - говорит она, - скажи мне сейчас.
– А иначе что?
– я выгибаю бровь и слегка наклоняюсь к ней, но она смело выдерживает мой взгляд.
– Ты считаешь нормальным взять мой телефон и написать с него смс человеку, который и так меня ненавидит и... Ты идиот, Микаэл!
– громким шепотом говорит она мне, - ты не имел права!
Она толкает меня в грудь, сильно.
– Не имел, не имел!
– она так делает много раз, заставляя меня пятиться обратно в комнату. Я перехватываю ее руки и притягиваю к себе.
– Ты сама виновата, - говорю я, разглядывая ее серые глаза очень близко, и о, я злюсь, - зачем ты позволила этому мудаку себя фотографировать в таком виде?
Она выдергивает руки.
– Никогда, слышишь, никогда ко мне больше не подходи, - говорит она, - ты действительно безнадежный придурок! С этой минуты мы не разговариваем.
Она разворачивается и выходит из комнаты. Ну что ж, парень, ты действительно идиот сохнущий по девчонке, которая теперь тебя ненавидит. С добрым утром.
Когда я спускаюсь на завтрак, то обнаруживаю, что Читы нет, мой взгляд перехватывает Анна Ивановна.
– Рита уже уехала, - говорит она, а я чувствую на себе взгляд профессора и принимаю более расслабленную позу, слегка пожимаю плечами и сажусь за стол.
– Рита пришла и ушла, - сообщает Алешка.
– Откуда ты знаешь?
– Я шпионил, - признается мелочь, хитро мне, улыбаясь, что наводит на мысли о том, что конкретно подсмотрел этот парень.
– Да ты агент 007, - я его хватаю и переношу на свои колени, начинаю щекотать, он пытается вырваться, толкает меня в плечо.