Дважды убитый
Шрифт:
— Тихо! — яростно прошептал Барс по-английски, прикладывая ствол пистолета к губам. — Все будет хорошо, не бойся.
Девица со страхом смотрела на него, прижимая правую руку к левому окровавленному плечу.
Барс бросил автомат на колени девушке, от чего она в очередной раз вздрогнула, сунул пистолет в торчащую из-под пиджака кобуру и завел мотор.
Вой полицейских машин стремительно приближался. Резко сорвав «Опель» с места, Барс направил его навстречу несущимся на него полицейским и каретам «скорой помощи». Через несколько
Оглянувшись, Барс свернул в пустынный проулок и на ходу выбросил в окно автомат и гарнитуру связи. Затем, попетляв еще немного по безлюдным улицам, остановил машину и повернулся к Насте.
— Ранена?
В ответ раздался только приглушенный стон.
— Шляются под пулями! — чертыхнулся он по-русски. — Давай посмотрю.
Настя отшатнулась, испугавшись, и попыталась остановить руку Барса. Но он бережно, хотя и настойчиво, стал расстегивать пуговицы на блузке.
— Не дергайся, — жестко сказал он, — я знаю, что делаю.
Барс помог Насте осторожно снять блузку, затем внимательно осмотрел окровавленную рану, прощупал плечо и удовлетворенно выдохнул:
— Повезло тебе. Всего лишь царапина, хотя и глубокая. Аптечка есть?
— Сзади, в подлокотнике.
Не успел Барс дотянуться до подлокотника и вытащить аптечку, как заметил в дальнем конце улицы еще одну полицейскую машину. Она двигалась медленно и осторожно, словно кого-то выискивала.
Стоять было опасно. Барс бросил быстрый взгляд на Настю и включил мотор. Она, немедленно сообразив, чего от нее хотят, прихватила окровавленную блузку и сползла с сиденья.
Оглядев себя в зеркале и не обнаружив следов крови, Барс с безразличным лицом двинул машину навстречу полицейским. Поравнявшись с ними, он холодно взглянул в окно и отвернулся. Но в ту же секунду почувствовал, что сейчас его попытаются остановить. Быстро сообразив, что на узкой улочке полицейские будут разворачиваться долго и потеряют уйму времени, вдавил в пол педаль газа, свернул направо, потом налево, проскочил несколько улочек, встроился в поток машин на бульваре. И только тут сообразил, что не знает, куда ехать.
Вернувшуюся в свое кресло Настю била крупная дрожь. Барс, не останавливая машину, скинул с себя пиджак и набросил на девушку, хотя понимал, что дело не в холоде, а в потере крови. Надо было что-то делать. О больнице и речи быть не могло. Выскользнув из потока машин, он опять свернул на тихую улицу и затормозил.
— Не бойся, — попытался успокоить Настю Барс. — Давай сюда аптечку.
Найдя бинт и перекись водорода, он быстро обработал рану, которая действительно оказалось не опасной. Пуля скользнула по касательной, но крови все-таки выпустила немало. Барс туго перевязал руку, и кровотечение почти прекратилось.
— Заживет, как на собаке, — произнесла успокоенная Настя по-русски.
Барс пристально посмотрел на нее, потянулся
— Ты кто такая, Анастасия?
— Давай все выясним потом, — продолжила Настя по-русски. — А сейчас нам нужен маршрут 139 автобуса, идущий от аэропорта.
— Карта есть? — спросил Барс, догадываясь, что девушка могла сдать его полиции еще там, в переулке, но пока не понимал, почему она этого не сделала.
Здоровой правой рукой Настя разложила на коленях карту, пытаясь найти известный ей адрес. Барс не торопил, только напряженно всматривался в номера попутных и встречных автобусов.
— Есть! — воскликнула она. — Милоша Формана, двадцать. Сейчас уходим в правый ряд. Так, прямо. Третий, нет — четвертый поворот направо.
«Ну, вот и штурман у меня завелся», — подумал Барс, послушно выполняя указания девушки.
Глава седьмая
Гена, как всегда, тщательно изучил маршруты отхода, поэтому машину вел уверенно. Они быстро проскочили мост через Дунай и устремились к окраине.
Как только они выбрались за городскую черту, Орел скомандовал сворачивать в первый же перелесок, что попадется на пути. Гена так и сделал.
Когда машина затряслась по буеракам, внутри старенького фургона все заскрежетало. Лежавший на лавке возле Саши «Узи» швырнуло о борт с такой силой, что лязг застрял в ушах. Скамейки скрипели и норовили сорваться с места. Огромный железный холодильник, в котором, видимо, и перевозили мороженое «Марс», ухал дверцей и издавал глухой металлический стон. В этом шуме даже звук мотора утонул, не говоря уж о выстреле из пистолета, снабженного глушителем.
Саша беззвучно упал сначала на лавку, а потом скатился на пол. Гена, проехав еще несколько десятков метров, затормозил и повернулся лицом к салону.
Ни о чем не спрашивая, он открыл дверцу, выпрыгнул из машины и подошел к дверям фургона, где Орел уже сооружал какое-то подобие фитиля из собственного галстука. Скрутив его в тугой жгут, он опустил его в узкое горлышко бензобака, поджег и жестом приказал Гене отойти на безопасное расстояние. Через несколько секунд раздался мощный взрыв. Машину подбросило, развернуло в воздухе, и она вспыхнула как факел.
«Собачья работа», — подумал Орел.
И они зашагали в сторону старой фермы.
Выждав примерно час, Алекс попрощался с Костей, напялил на себя заранее заготовленную белую курточку, в какой официанты обычно развозят заказы по номерам, и выглянул в коридор. Там было пусто.
Прихватив в холле брошенный Борисом сервировочный столик на колесах, Алекс спокойно подошел к грузовому лифту и нажал кнопку вызова. Кабинка, накануне тщательно смазанная Барсом, приплыла почти беззвучно. Спустившись вниз, он вышел через кухню и ресторан на улицу.