Два тигра

Сальгари Эмилио

— Сигнализируем им ружейным выстрелом, — предложил Тремаль-Найк. — Я нашел один из наших карабинов.

— Тот самый, из которого в нас стреляли?

— Должно быть, тот самый, Сандокан.

— Да, — подтвердил Сирдар, который сидел на кормовой скамейке. — Остальные шкипер велел бросить в лагуну.

— Старый дурак, — сказал Янес. — Он мог использовать их против нас.

— Они были не заряжены, господин, а у нас на борту не было ни пороха, ни пуль, — ответил молодой человек.

— Правда! — сказал Сандокан. — Другие

мы разрядили на башне, чтобы привлечь внимание пинассы. Это было настоящее счастье, иначе нас расстреляли бы в упор.

— Шкипер так и собирался сделать, — ответил Сирдар. — Они забрали у вас оружие с этой целью.

— Капитан Сандокан, — окликнул в этот момент де Люссак, который залез на мачту, чтобы лучше охватить горизонт, — я вижу черную точку, бороздящую канал.

Тигр Малайзии оставил руль Сирдару и направился на нос в сопровождении Янеса.

— На юге, господин де Люссак?

— Да, капитан, и, кажется, она направляется к Райматла.

Сандокан, который имел необыкновенно острое зрение, посмотрел в указанном направлении и действительно заметил, но не точку, а тонкую черную черточку, которая пересекала протоку на расстоянии семи-восьми миль.

— Это шлюпка, — определил он.

— Это может быть только шлюпка с «Марианны», — добавил Тремаль-Найк.

— Она направляется к острову, — сказал Янес, у которого глаза были не менее зоркие. — Возможно, наше судно укрывается там.

— Право руля! — скомандовал Сандокан. — Держи к берегу.

Пинасса, которую быстро гнал свежий ветер, повернула к Райматла, в то время как шлюпка исчезла за изгибами берега.

Три четверти часа спустя маленькое судно достигло небольшой бухточки, которая вдавалась в остров на несколько сот метров, загроможденная тут и там крошечными островками, поросшими высоченным бамбуком и манграми.

Сандокан, который снова взял руль, ловко ввел пинассу в эту бухточку, в то время как Тремаль-Найк и Сирдар мерили дно, опасаясь мели.

— Стрельни-ка из карабина, — сказал Сандокан Янесу.

Португалец уже взвел курок, когда неожиданно шлюпка с двенадцатью людьми, вооруженными до зубов, вышла из бокового канальчика и быстро направилась к пинассе.

— Наша шлюпка! — закричал Янес. — Эй, друзья, не стреляйте!

Эта команда поспела вовремя, поскольку экипаж шлюпки бросил весла и взялся за оружие, собираясь осыпать маленькое суденышко градом пуль.

В ответ раздался радостный крик:

— Господин Янес!

Это кричал Каммамури, верный слуга Тремаль-Найка, который принял на себя командование экспедицией.

— Подходите, давайте сюда! — закричал португалец, в то время как малайцы и даяки приветствовали своих капитанов восторженным воплем.

В несколько ударов весел шлюпка пристала к бакборту пинассы в тот момент как де Люссак и Сирдар бросили маленький носовой якорь. Каммамури одним прыжком перелетел через борт и оказался на палубе.

— Наконец-то! — воскликнул

он. — Мы уже начали бояться, что с вами случилось какое-то несчастье. Ах! Какая красивая пинасса!

— Какие новости, мой храбрый Каммамури? — нетерпеливо спросил Тремаль-Найк.

— Мало хорошего, хозяин, — ответил тот.

— Значит, что-то случилось за время нашего отсутствия?

— Манти сбежал.

— Манти! — воскликнули в один голос Сандокан и Тремаль-Найк с горестным удивлением.

— Да, хозяин. Он исчез три дня назад.

— Значит, вы его не стерегли? — закричал Тигр Малайзии.

— Стерегли крепко, господин Сандокан, даю вам слово. Два матроса все время находились в его каюте, чтобы он не сбежал.

— А он сбежал все равно? — спросил Янес.

— Этот человек, наверное, колдун, демон, или не знаю что. Но факт в том, что на борту его больше нет.

— Объясни! — потребовал Тремаль-Найк.

— Как вы знаете, он был заперт в каюте, смежной с той, которую занимал господин Янес и которая имела только одно окно, такое узкое, что в него не пролезет и кошка. Три дня назад я спустился навестить его и обнаружил, что каюта пуста, а оба стража спят так крепко, что я едва их добудился.

— Я прикажу их расстрелять, — с гневом сказал Сандокан.

— Это не их вина, что они заснули, поверьте мне, господин Сандокан. Они мне рассказали, что накануне вечером, на закате, манти принялся так пристально смотреть на них, что это вызвало у них какое-то непонятное недомогание. Казалось, что глаза старика испускают искры. И вдруг спокойным, властным голосом он сказал им: «Спите, я вам приказываю, спите!.. « — и они уснули так глубоко, что когда я утром спустился в каюту, то решил, что они мертвые.

— Он их загипнотизировал, — сказал де Люссак. — У индийцев есть такие гипнотизеры, и манти, наверное, один из них.

— А как он смог потом убежать? — спросил Янес.

— Разбойник вышел под покровом ночи и незаметно сошел на берег. С «Марианны» был перекинут трап.

— Бегство этого человека может опрокинуть наши планы, — сказал Сандокан. — Он наверняка предупредит Суйод-хана.

— Если раньше его не сожрут тигры или не укусят змеи, — сказал Тремаль-Найк. — К тому же бухта отделена от Раймангала широкими протоками и островами, чрезвычайно опасными. Взял он какое-нибудь оружие, прежде чем сбежать?

— Паранг, который он вытащил у одного из сторожей, — ответил Каммамури.

— Не беспокойся из-за побега этого старика, друг Сандокан, — сказал Тремаль-Найк. — Девяносто девять против ста, что его сожрут дикие звери раньше, чем он доберется до Раймангала. Если только он не демон в самом деле, он оставит свою шкуру среди болот и колючего бамбука. Пошли на твою «Марианну», чтобы собрать экспедицию и продумать, как следует, наши планы.

Глава 23

ОСТРОВ РАЙМАНГАЛ