Два Ричарда
Шрифт:
Берег пустой. Океан – тихий. Вверху стояли дома, которые казались пустыми. Мое утро в этом районе – самое ранее. Во время пробежки не думала. Абсолютно. Мысли остались где-то далеко. Я сосредоточила свое внимание на мягком шуме океана. Не думала, что захочу бегать. На самом деле я никогда не любила бег. А сейчас он дарил мне легкость и свободу от мыслей. Блаженство.
Когда я вернулась в дом, гостиная была щедро залита солнечными лучами, а в воздухе все еще слышен аромат горького кофе. Да, снова начала пить кофе. Платье. Мое черное длинное платье в мелких пайетках. Сегодня оно подчеркнет идеальные линии фигуры. Я надену под него
На самом деле Ричард звонил. Он звонил в первый же день моего приезда в ЛА. Он звонил на второй и третий день. Я не ответила. Этого мужчины больше нет в моей жизни. И не потому, что он обидел меня. Нет. Потому, что я его никогда не любила. Я решила не обманывать нас двоих. Он писал. Писал вчера вечером. Писал, что понял, как сильно я дорога для него. Писал, что хочет прилететь ко мне в Лос-Анджелес через две-три недели, потому что хочет просто обнять. Но он не писал, что любит меня. И он никогда этого не говорил. Я не ответила. Мое молчание – громче любых слов. Не стоит возводить старые рыхлые стены на новом фундаменте. Рано или поздно они рухнут и уничтожат все, что окажется в этом глупом доме. Абсолютно все. И всех.
– Ну же, Джеймс! Открывай дверь. Сегодня я позволяю ухаживать за собой, – у меня было игривое настроение, легкая укладка и красные губы. Где-то в глубине души хотелось затмить всех, даже Меган. У меня был главный козырь – молодость. Хотя в тридцать мне казалось, что дальше – полный крах. Как я ошибалась.
– Эми! У меня нет слов! – и у Джеймса действительно не было слов. Он замолчал и смотрел широко распахнутыми глазами, как смотрят дети, увидев что-то необычное, незнакомое.
– Давай, открывай дверь, Джеймс, – я кокетничала с собственным водителем, у которого трое детей и красавица-жена. При этом мы оба прекрасно понимали, что между нами зарождается дружба. Настоящая крепкая дружба.
Джеймс поспешил открыть дверь автомобиля и сделал легкий реверанс.
– А вот это лишнее, – я добавила еще немного кокетства.
– Эми, у меня действительно нет слов. Вы – божественны.
Мы ехали по солнечной дороге Лос-Анджелеса, а Джеймс не сводил с меня глаз. Я стеснялась собственной красоты сейчас и одновременно чувствовала свое превосходство.
– Спасибо, Джеймс. Спасибо, – я положила руку на сердце и сделала легкий наклон головы.
Наверное, Джеймс впервые видит меня в таком настроении. Я и сама не помню, когда в последний раз чувствовала себя так, как сейчас: легко, непринужденно, уверенно.
– Мы приехали, Эми.
Машина остановилась у большого белоснежного дома. На фоне соседних домов он был самым роскошным. Конечно, такая женщина, как Меган, могла жить только в таком доме. Конечно.
– Уже? О, получается, мы с Меган почти соседи?
– Получается, – повторил Джеймс и ловко подбежал к моей двери.
– Прошу, – он протянул руку и снова застыл в уважительном реверансе.
– А знаете, Джеймс… Мне кажется, вы мне льстите. Да? Я угадала, Джеймс? – мои глаза смеялись, а губы растянулись в широкой улыбке.
– Нет, Эми. А эта красная помада, ни на какой другой женщине не смотрелась бы так роскошно, как на вас.
– О, Джеймс, – это все, что смогла ему ответить на очередной галантный комплимент, и оперлась на его руку, чтобы выйти из машины, держа второй рукой подол своего любимого
Я стояла в ста метрах от дома. Расправила плечи, подняла подбородок вверх. Когда я принимала подобное положение, это означало, что я готова столкнуться с любой ситуацией и выйти из нее победителем. Никогда не сомневалась в своей победе. До тридцати лет все было иначе: никогда не верила в собственный успех и победу.
– Джеймс, а ты не знаешь, много там будет людей?
– Думаю, человек тридцать.
Мои глаза округлились. У этой женщины было тридцать друзей, а мне казалось, у таких женщин нет друзей.
– А кто эти люди? Кто они, Джеймс?
– Это бизнес-партнеры Меган, бывшие любовники и несколько богатых соседок.
Я не ошиблась, друзей у Меган нет. Тем более – нет подруг.
– Подожди, Джеймс. Как это, на ее праздник придут бывшие любовники?
– Да, – улыбнулся Джеймс, – она со многими осталась в хороших отношениях. И со многими отношения иногда возобновляются.
Я видела, что ему было неловко об этом говорить.
– Ну, что же! – Джеймс моментально вернулся к прежнему веселому настроению. – Позвоните мне за полчаса до того времени, как нужно будет вас забрать. Я буду вовремя.
Он еще раз сделал поклон и уехал, оставив меня все там же: в ста метрах от огромного белого дома. Он был пропитан запахом денег. Больших денег. И в этом огромном доме жила одинокая женщина. Какая глупая ирония жизни.
В ста метрах казалось, что дом абсолютно пустой. Наглухо закрыты и зашторены окна. Только отдаленные звуки музыки подсказывали, что здесь сегодня праздник.
Дверь открыта. На двери надпись: «Рада видеть! Проходи прямо и выходи во внутренний двор. Меган». Дом был похож на замок, слишком глупый в своем королевском размахе. Старый и угрюмый замок. В нем не было ничего живого, светлого, эстетически привлекательного для меня. Темный пол, такие же темные стены и много напольных ваз с цветами. Цветы в честь именинницы вдохнули сегодня в этот дом жизнь.
Я не сразу вышла во внутренний двор. Попасть в незнакомую мне компанию – настоящий вызов. Внешне я казалась смелой и даже гордой. Внутри меня сковывал страх. За стеклянной дверью были три огромных стола, а вокруг них – яркие платья и сдержанные мужские костюмы. Было похоже на собрание истинных интеллигентов. Играла легкая музыка, звенели бокалы с шампанским, за крайним третьим столом с каким-то мужчиной стояла сама Меган. Одетая в красное короткое платье, издалека она была похожа на юную девушку. Ее фигура потрясающая. В этом никто не мог сомневаться. Сорок девять лет. Этой женщине сорок девять лет, три развода и несколько любовников, которые сменят друг друга по первой необходимости именинницы. Грустно и смешно одновременно.
Я сделала шаг за порог. Еще несколько шагов. И еще. Никто не обратил внимания на мое появление. Все продолжали жевать бутерброды с рыбой, дорогие сыры, фрукты. Все это щедро запивалось шампанским.
– Знакомьтесь. Это Эми, – меня за плечо нежно взяли тонкие женские пальцы и аккуратно развернули к себе.
– Эми, а это – Ричард. Мой партнер по бизнесу и очень хороший друг, – второй раз с момента знакомства я увидела улыбку Меган. Холодную и расчетливую.
– Эми, управляющая туристического агентства, – я протянула руку для пожатия, но Ричард ловко подхватил в воздухе мое запястье и поцеловал. Надо же, Ричард. Не Джон, не Билл. Именно Ричард.