Два и семь
Шрифт:
— Правда?
— Ещё как, вроде бы, есть специальный прибор, позволяющий инвентарь просвечивать, а есть и такой, что позволяет открыть со стороны и забрать, что хочешь. Они, конечно, стационарные, с собой их не унесёшь, но все ведь через базу проходят.
— А кто там правит?
— Там две группировки. Первую возглавляет некий Китаец, тварь скользкая, хитрожопый до самого не могу, всех везде обманет.
— Он правда китаец?
— Нет, конечно, европеоид. Просто так дразнят, вроде бы, он, когда был в реале, с китайцами активно работал, даже язык знал. Хотя, может,
— А вторая группировка?
— Вторыми верховодит некто Старик. Тоже парень не промах, на вид ему лет семьдесят, но, судя по образу действий, бывший вояка. Людей у него поменьше, зато дисциплина на уровне. И оружие самое лучшее. Он своих гоняет в хвост и в гриву. Его группировка пару раз военным давала прикурить.
— Да ну.
— Ещё как, операцию долго планировали, вроде бы, была инфа, что вояки собираются на один склад нагрянуть. Там, на складе, часть добра разграбили, а были ещё подземные хранилища, о которых никто не знал. Вояки пришли, вскрыли бункер, а потом на них набросились. Как-то так вышло, что вся авиация на земле была, успели повредить. А потом и пехоту перестреляли. С потерями, одного за трёх меняли, но вынесли в итоге. Потом, когда бункер взяли, успели добра вывезти на пару миллионов. Потом, конечно, вояки вернулись, да только там уже никого не было.
— Круто, а мстить не будут?
— Насколько знаю, Старика они в чёрный список занесли, потом целый месяц в городе безлюдно было, атаки ждали. Китаец его поедом ел за самодеятельность. А потом, вроде, устаканилось. Хотя вояки ничего не забывают, однажды сделают налёт.
— Ясно, что же, думаю, стоит туда наведаться. А ещё где поселения?
— На севере одно есть, но там оно целиком под землёй, населения постоянного тысячи полторы, а с приезжими все четыре будет. Торговля идёт бойко, оттуда дорога проложена хорошая, можно половину пути под землёй проехать, в тоннелях. Правда, тоннели те часто призраки посещают, но от них отбиться можно.
— Давай подробнее, что за призраки?
— Твари такие, на человека похожие. Они могут в призрачную форму переходить, когда прозрачные становятся. Тогда ты ему навредить не можешь, и он тебе. А когда атакует, то снова становится твёрдым. Вот тогда и следует стрелять. Были случаи, сталкивались, но победа за нами осталась.
— Много их?
— Когда как, но больше трёх ни разу не видел. Поселяются там, где света нет. В тайный бункер не залезут, потому как дверь закрыта, а в тоннель запросто.
— А почему город тот в бункере? Боятся?
— Конечно, там до ближайшей базы вояк километров пятьдесят всего. Они регулярно облёты делают, так, что на открытом месте находиться нежелательно. Увидят — бомбы не пожалеют, сгоришь за секунду. У них склады бездонные, могут себе позволить.
— А что с пришельцами?
— Тут ничего сказать не могу, сам не видел ни разу. Ни их самих, ни кораблей. Говорят только, что там-то пришельцы нагрянули, всё пожгли, всё разорили, людей похитили для опытов. А может, и не для опытов, может, они их в сексуальном рабстве держат, или скотину домашнюю ими кормят. Если с вояками ещё можно как-то бодаться, то с этими просто ложись и погибай. Ни разу не слышал,
— Ясно, ну, спасибо за информацию, через неделю увидимся здесь. Принесу патроны и взрывчатку.
— Добро, бывай.
Распрощавшись с Филимоном, я не пошёл сразу в бункер, следовало для начала поохотиться. Глобальные замыслы — это отлично, но стоит и уровни качать. Четыре морских чёрта благополучно отправились на тот свет (или куда они там отправляются), а у меня капнул очередной уровень. Тут же раскидал характеристики. Два очка в удачу, пригодится, точно. А из навыков поднял огнестрел, доведя его до девятнадцати очков.
Теперь можно пойти к Самоделкину и попытать его насчёт запуска ржавых механизмов.
— Есть универсальный растворитель для ржавчины, — сообщил мне умный станок. — Пластиковая бутыль синего цвета, объём два литра, хранится в подсобке вещевого склада. Для смазки можно использовать машинное масло, что стоит в гараже, разлитое по большим алюминиевым канистрам.
— А растворитель как действует? Налить и ждать?
— Именно так, в течение получаса растворяет любую ржавчину.
— Отлично!
Глава восемнадцатая
Я не сбегал, я слетал. Добыл всё вышеописанное, нагрузил батискаф, после чего отправился на корабль, который постепенно становился вторым домом. Прежде, чем приступить к работе, я присел и задумался. По идее, дело неподъёмное, я, сказать по правде, не обладаю и сотой долей знаний, необходимых для стрельбы из корабельной пушки.
С другой стороны, отдельного навыка артиллериста в игре нет, что дробовик, что пушка — огнестрельное оружие. Башня не выдала никаких требований. Отсюда можно сделать вывод, что, если пушку зарядить и навести на цель, она выстрелит. По идее, всё, что требуется от меня, — это покрутить полчаса маховик горизонтальной наводки, а потом дёрнуть за рычаг. Спуск осуществляется двумя способами, один электрический, с вынесенным пультом, второй, на случай повреждения, механический, срабатывающий от поворота рычага. Всё просто и вместе с тем…
Сдаётся мне, что игра не примет таких простых способов. Не положено, чтобы гигантский кракен, тварь имбовых возможностей, которую не берёт ничто, погибла от руки нуба, которому посчастливилось найти удачно расположенную, да ещё и заряженную корабельную пушку.
И ведь погибнет, если я ни в чём не затуплю. Или нет? Сложный вопрос. Кальмар, будь он хоть сто раз гигантский, всё же не членистоногое, то есть, броня у него не предусмотрена. У него даже костей нет, единственная твёрдая часть — это клюв. Значит, его неуязвимость обеспечивается чудовищным количеством хитов.
А что сделает снаряд? Допустим, он бронебойный, тогда просто проделает дыру в теле, а потом выйдет с другой стороны. Урон получится огромный, тридцать сантиметров — это серьёзно. Но вот хватит ли этого для смерти? Вопрос хороший. В идеале, нужно, чтобы снаряд имел фугасную начинку, а взрыватель был поставлен на секундную задержку. Что будет в этом случае? Снаряд глубоко войдёт в тушу, замедлившись в более плотной среде, а потом, уже внутри, сработает полтора центнера взрывчатки. Это стопроцентный успех.