Два и семь
Шрифт:
Победа досталась вам после использования сложной техники, которую вы самостоятельно привели в боевое состояние, за это вам полагается бонус: Механик +5
Победа стала следствием применения огнестрельного оружия, за это вам полагается бонус: Огнестрельное оружие +8
Поскольку ваше оружие было частью сложного технического устройства, вам полагается бонус: Управление техникой +2
Поскольку ваш выстрел был сделан под прикрытием скрытности (этого я не знал, видимо,
Вы — четвёртый игрок, применивший ядерное оружие в этом мире, это будет занесено в анналы и показано в общем списке достижений.
Блин, вот это плохо, светиться мне точно противопоказано. С другой стороны, репутация никогда не бывает лишней, глядишь, поможет внедриться.
Повышенный радиационный фон в прибрежном районе может способствовать ускорению мутаций живых организмов и появлению новых агрессивных видов.
Это даже к лучшему, чем больше всяких страхолюдин в море, тем позже до моего корабля доберутся.
Последнее сообщение было иным:
Вы получили дозу радиационного облучения
Ваша защита справилась
Урон 0
Вот и ладушки, теперь встану и посмотрю, что с кораблём. Как ни крути, а корабль этот являлся источником моего благосостояния, на борту ещё много не украденных мной запасов, работы не на один день. А от полученного удара могли сдетонировать снаряды на складе, мог загореться и тоже сдетонировать порох в погребе, да и вообще, корабль мог просто развалиться на куски.
Но нет, обошлось, снаряд, хоть и с ядерной начинкой, оказался недостаточно мощным, чтобы разнести корабль, хотя восстановлению он теперь точно не подлежит. Тот борт, которым корабль был повёрнут в сторону взрыва, покрылся глубокими вмятинами и почернел, кое-где обшивка дала трещины, но не отвалилась. Протащило его метров на десять, точно понять нельзя, вода внизу мутная, дна не видно. А склады взрывоопасных предметов находились в глубине стальной туши, потому и выдержали все потрясения. А вот пушка калибром поменьше, установленная ярусом выше, теперь обзавелась «розочкой» на месте ствола. От нагрева или удара снаряд взорвался прямо в стволе.
Тут пробила тревожная мысль: а как батискаф? Кораблю хрен что сделается, он железный, а у меня машина с тонкой электроникой, да и с виду не особо прочная, могла перегореть или разбиться.
Наплевав на всё, что происходило вокруг, я ринулся вниз, стараясь выбрать короткий путь, пошёл по ранее неизведанному маршруту, где, в полном соответствии с законом подлости, столкнулся с зомби. Тот, видимо, при жизни был доктором, поскольку был одет в белый халат, теперь заляпанный всем, что только можно найти на корабле, от крови до машинной смазки.
В отличие от своих собратьев, этот оказался резвым, а вдобавок, что хуже всего, держал в руке скальпель. То ли настолько высокий интеллект, что может использовать орудия, то ли просто помер с рабочим инструментом в руке, а потом не догадался выбросить. Как бы то ни было, а пришлось разворачиваться и бежать обратно. К счастью, с выносливостью у меня было уже довольно хорошо, а человекоподобный монстр спринтером не был. Когда
Руки после потрясения сильно дрожали, стрелять начал издали, первые две пули ушли мимо, третья пробила ему плечо, четвёртая ударила прямо в горло, пятая и шестая прошли по голове вскользь, и только седьмая, выпущенная с расстояния в полметра, пробила лобовую кость. Мёртвый эскулап рухнул на колени, а потом завалился набок.
Отпинав с дороги дважды мёртвого доктора, я отправился вниз, теперь уже шагом, стараясь заглядывать за углы с фонариком. Больше мне никто не встретился, а потому я беспрепятственно добрался до отсека с пробоиной. Батискаф с виду был цел, видимо, нахождение в воде смягчило потрясения от смещения корабля. Вот только огоньки, которым положено гореть, не горели. Внутри меня что-то засбоило, в голове уже начал рождаться план отыскать шлюпку и валить отсюда на сушу, пока морская фауна не оклемалась от ядерного взрыва.
Запрыгнув наверх я, уже без особой надежды, приложил ладонь к люку. Пару секунд ничего не происходило, а потом люк с шипением начал открываться. Одновременно, с таким же шипением, вырвался воздух из меня. Работает?
Люк я закрыл в ручном режиме, внутри царила тишина и темнота, только на одном мониторе в верхнем углу мигал красный огонёк. С опаской я тронул клавишу включения двигателя. Огонёк мигнул и погас. Зато засветился центральный монитор, на который выводился вид спереди от камеры. Некоторое время он просто светился, потом поползла строка:
Электромагнитный импульс нарушил работу электроники
Я не знал, как общаться с компьютером, поэтому спросил вслух:
— Насколько серьёзно повреждена электроника? Сможет ли работать аппарат?
Ответ пришёл через пару секунд:
Часть систем безвозвратно утрачена, ремонт возможен только на базе, сейчас включён аварийный источник питания, а из имеющихся функций оставлены только основные
— Мы сможем добраться до базы? — задал я главный вопрос.
Сможем, только нужно потратить примерно час на ремонт системы управления. Запаса энергии хватит на дорогу.
Меня отпустило, жив мой поплавок, смогу убраться отсюда. Надо бы прихватить с собой каких пряников, тяжело, но батискафу без разницы, он ведь в воде. Покинув своё плавсредство, я отправился в бункеры, прихватил снарядов и пороха, отнёс это к батискафу и стал ждать починки.
Когда транспорт отрапортовал о завершении ремонта себя любимого, загорелся центральный монитор, а следом и зажужжал оборотами двигатель. Я, надёжно задраив люк, взялся за рычаги управления. Всё-таки, видно было, что машина сильно не в себе, её здорово мотало вправо и влево, погружение и всплытие занимало больше времени, а режим маскировки не включался. Индикатор заряда батареи, который при отплытии выглядел заполненным процентов на семьдесят, к моменту вхождения в тоннель бункера упал до пяти процентов, а стоило мне пристыковаться к стенке бассейна, как все системы погасли. К счастью, Василий Филиппович дело знал туго, а потому плавсредство тут же окружили роботы и начали разбираться с машиной. Думаю, справятся, а я пока отдохну.