Душегуб
Шрифт:
Эти слова задели болтуна, так что тот взялся подкреплять их впредь делами, за что и поплатился. Последний раз его видели избитого Шальным, а потом подонок пропал.
Вслед за щелчком загорелся огонёк в руке Чедвера. Пламя осветило полную хлама и крупных зеркал берлогу. Избитый пристроился на мятой лежанке, поставив зажигалку на табурет.
Глаза Харона ушли под потолок, он пробормотал:
— Глянь, ты не видишь нигде моей шляпы?
— Сам будешь искать…
— Послушай, Винчи, — с деланной серьёзностью оборвал меня Харон, —
— Да, сейчас у него работёнки хватает, — не удержался я от комментария. — К чему ты это рассказываешь?
— А к тому, что перевозчик — умная сволочь, потому как бесплатно душонки не возит. Поищи, будь любезен, мою шляпу, а то я с тобой разговаривать не буду.
Достойная смеха ситуации: полумёртвый диктует условия. Нелепо, но вполне ожидаемо, что я даже не собираюсь обижаться.
— Думаешь молчать? Посмотрим, как ты замолчишь, если я начну тебя резать…
— Куском зеркала? — непонятно зачем поднял руку с оттопыренным указательным Харон.
— Можно и им, — ответил я уныло и пошарил взглядом по округе.
Шляпа нашлась неподалёку, вся в пыли валяется на полу в эпицентре недавно свирепствовавшего тайфуна. Полагаю, именно здесь бородатого и били. Сразу после того, как он перестал сопротивляться.
— Вон она валяется.
— Принеси, — с детской настойчивостью прогудел Харон.
Пришлось выполнить просьбу, иначе неуклюжая пародия на долговязого младенца задерёт своим дурным характером. Головной убор угодил точно в физиономию Харона после небрежного броска. Тот придирчиво изучил шляпу и отложил в сторону.
Скрестив руки на груди, он тоскливо проскулил:
— Газ скоро кончится.
Подтверждая сказанное, пламя зажигалки дрогнуло алой гадюкой. Недолговечность окружающего отлично помогает вспомнить, что всем нам надо спешить.
— Некоторые думают, что ты — Душегуб, — заговорил я. — Не думаю, что в этом есть хоть доля правды.
— Охо-хо, как это меня радует.
— Полиция обошлась с тобой нечестно, со мной тоже. Полагаю, ты разделяешь моё желание отомстить.
— Угу, — задумчиво кивнул потолку Харон.
— План простой: пока они не придумают против тебя улик, я должен найти Душегуба. Ткнуть им в нос их несостоятельностью.
В немом одобрении Чедвер высоко поднял руки и трижды громко хлопнул ладонями. Скупые аплодисменты подкрепил полной желчи фразой:
— Когда бросишь убийцу к дверям полиции, обещаю созвать толпу и вместе посмеяться!
— Но нужна твоя помощь. Нужна наводка.
— А с чего ты взял, что она у меня есть? — так устал, что глаза закрываются, а этот лысый никак не отстанет. — Из кармана, что ли, торчит? Тогда вытягивай, разрешения не спрашивай.
— Ты ретранслируешь
— А если ты ошибаешься?
Звякнула крышка зажигалки, и подвал погрузился во тьму. Винчи погасил свет, чтобы неожиданно произнести прямо на ухо:
— Тогда тебя могут избить ещё и не раз, — ни одной эмоции не просквозило в его речи. — А там и что похуже, объяснял уже. Так что скажешь?
Ну, не помочь солидарному мутанту было бы самым большим невежеством за этот день. К тому же намерения у Винчи самые благие. Развернув голову в предполагаемое направление телепорта, я решил подбросить идейку:
— Во время последней ретрансляции видел, как Энгриль нервничает, готовит оружие. Но его убили до того, как его пушка заговорила.
— Он был одним из лучших полицейских, одним из лучших стрелков, — пораскинул молодыми мозгами Винчи.
— Знал, что это случится, знал, с кем столкнётся, и проиграл. Душегуб оказался для него слишком быстр и ловок. Мало кто на это способен…
— Ясно, — только и ответил лысый мутант, чтобы тут же убраться.
Это я понял по исчезновению его гнилостного запаха.
Мало кто на это способен, я вот, например, стреляю так паршиво, что на победу в дуэли с Энгрилем не рассчитывал бы. Пальцев одной руки вполне хватит, чтобы пересчитать всех кандидатов. И Винчи среди них.
Я постучал и, не дожидаясь ответа, вошёл в помещение. Мирно бездельничающий Освальд хотел было что-то мне сказать, но то ли не подобрал слов, то ли просто передумал. Что-то ему удалось уловить в моём поведении и внешнем виде, раз он поднялся и двинулся к шкафчикам.
— Добрый вечер, Марк. Как поживаешь?
— Неважно, знаешь ли. Ты как?
— Сегодня был занят исследованием Гарри, — фельдшер скрылся за дверцей и загромыхал стеклом. — Ничего нового. Я ничего стоящего не нашёл.
Я занял почётное место на стуле по соседству с большим ящиком с лекарствами. Локоть положил на стол справа.
— Неужели опять? — возмущённо бросил я, желая при этом разнести столешницу кулаком.
— Мне больше импонирует слово «снова», - отозвался Освальд. — Оно не такое простецкое.
— Это хрень полная! Сколько тебе ещё детей нужно, чтобы ты раскопал всё необходимое? Нет, у меня-то времени больше, чем у муравья братьев, а у тебя?
— Не злись.
Вскоре доктору удалось найти потайной пузырь с хорошим вином. Как-то он попал к нам в руки больше семи лет назад, с тех пор и лакаем напиток не спеша. Многие бы позавидовали, как мы растягиваем удовольствие.
Со звоном приземлились два стакана, и Освальд смочил их дна красной жидкостью. Взмахнув гранёнными кубками, мы вылили в себя жалкие капли великолепнейшего вина. Всё осталось на языке, не докатившись до горла.