Душа

Шалункова Анна

– Ацумори-сама?
– поразилась она и потерла глаза кулачками.
– Вы чего?

– Помоги мне залезть, - сказал Аяо.

Она помогла ему вскарабкаться в окно. Пачками ботинками подоконник, Аяо влез в комнату и осмотрелся. Мейда стояла рядом. Аяо снял форму и сложил ее на спинке стула. Портфель он отдал Мейда, и та положила его под столом.

– Ох, Ацумори-сама...
– вздохнула она.
– Вы совсем себя загоняли.

– Действительно, день был сложным. Как тебе моя новая прическа?

– Ужасно, - хихикнула она.

– Тем не менее, она сработала, - ответил

Аяо.

Он посмотрел в зеркало на отъезжающей дверце шкафа. Было темно, и он ничего не увидел. Ну и ладно.

– Ты подумала над своим характером?
– спросил он у Мейды.

– Я думала, думала... Весь день думала. Я даже сходила в Вакдональдс, и там съела мороженое. Но ничего на ум не идет, - сказала девочка.

– Ничего. Осознание приходит позже, - ответил Аяо.

– Хорошо бы...

Аяо погладил ее по голове. Мейда довольно заурчала.

Раздевшись, Аяо в трусах и майке рухнул на постель и вскоре заснул. Ему снились большие латунные самолеты, бомбардирующие Корею. Мейда в это время проскользнула рядом и улеглась под его рукой. Аяо заметил это, но в его засыпающем сознании это отразилось яростными пожарами, что сжигали Корею, обращали ее в прах. Мейда была теплой.

"Завтра я найду способ нейтрализовать этого брата", - остатками сознания подумал Аяо и окончательно заснул.

4.

Аяо проснулся.

Он всегда вставал в определенное время, когда бы ни заснул. Его мозг работал как отлаженный механизм. Бац!
– раздался звук в голове, и он открыл глаза.

"Вчера: Куми, брат, Корея", - припомнил Аяо. Вчера была хороший, плодотворный день. Время закрепить успех.

Шторы были задернуты. В комнате стоял полумрак, но Аяо знал, что сейчас утро. Он даже знал, сколько сейчас по Гринвичу. Аяо откинул одеяло и привстал с постели.

– Я проснулся, - произнес он.

Мейды сидела перед компьютером и болтала ногами с полуспущенными полосатыми носочками. Обернувшись, она радостно сказала:

– Ацумори-сама! А я про характеры читаю.

– Это хорошо, - отстраненно произнес Аяо. Он провел рукой по лицу, избавляясь от остатков сна.
– Что ты узнала?

– Характеры... они разные, - задумалась Мейда.
– Я про сложные читаю. Я помню, что вы мне сказали: сложные характеры - это хорошо.

– Да.

– Тут пишут: сложному характеру присущи... драматические конфликты и внутренние противоречия, - по буквам прочитала она с экрана.
– Это вот как?

Аяо задумался.

– Ты смотрела "Звездный флот"?
– спросил он.
– Там главный герой не раз и не два спасал принцессу Кириллу от смерти. Однако принцесса Кирилла вбила себе в голову, что главный герой - ее злейший враг. Поэтому она все его поступки трактовала как плохие. Однажды он спас ее от падавшего на нее крейсера. Кирилла решила, что он не ее спасал от крейсера, а крейсер - от нее. А когда в нее стреляли аппераанские террористы, герой бросился и защитил ее своим телом - Кирилла решила, что это он так заботится не о ней, а о террористах: не дает блудным детям совершить грех убийства. Она вообще очень странный и интересный персонаж. Однажды они с главным

героем оказались на необитаемом острове. Там главный герой попытался к ней подойти и объясниться; однако Кирилла решила, что он собирается ее изнасиловать и поэтому нанесла превентивный удар: отстрелила ему ногу из игольника. Тогда он ужасно рассердился и, используя оторванную ногу как дубину, избил принцессу до потери сознания. Это был лучший момент сериала. Впоследствии они с принцессой стали лучшими друзьями - и это погубило сериал, ведь он стал скучным. Ты понимаешь, о чем я?
– закончил Аяо.

– Нет, - моргнула Мейда.

– Ладно, - угас Аяо.
– Я найду пример получше.

Мейда стала накручить волосы на палец.

– А если я нападу на вас?
– спросила она как бы невзначай.
– Это же будет драматично, да?

– Наверное. А ты умеешь драться?

Мейда задумалась:

– Нет.

– Тогда... даже не знаю, - пожал он плечами.
– Попробуй, только дождись, когда я буду беззащитен. Это будет коварно. Обычно женщины в сериалах очень коварны. Бери с них пример.

– Хорошо!

Мейда соскочила со стула и бросилась в соседнюю комнату. Аяо проводил ее взглядом, затем пошел в туалет. Ему хотелось закончить физилогические дела и поскорее добраться до школы.

Он открыл дверь. В туалете было чисто, светло и слегка прохладно. Аяо нравилось сидеть здесь. Он словно замыкался в этом мире, оборачивался скорлупой. Возвращался в первоначальное состояние. Где-то - кажется, у Осаму Дадзая - он вычитал, что туалет напоминает плаценту, и что это единственное место, где можно вернуться в изначальное безмысленное состояние; эти слова показались тогда ему очень верными.

Аяо стоял перед унитазом и с глупым видом таращился на белоснежный ободок. Он думал о возвышенном.

В дверь постучали.

Аяо досадливо поморщился.

– Ацумори-сама!
– раздался радостный голос Мейды.
– Откройте, хочу вам кое-что показать!

– Не заперто, - ответил Аяо.

"Мы же японцы, мы не закрываем туалеты", - подумал он рассеянно.

А сам отвернулся и вновь уставился на унитаз.

Дверь открылась, и в следующую секунду перед глазами мелькнуло что-то белое. Аяо успел подумать: "Это ремень, что ли? Точно, Аяме носит такие, и не понимаю я, зачем использовать белые ремни, это же непрактично..." - когда петля захлестнула ему горло.

Удавка.

Мейда накинула ему на шею удавку. Сзади. Как враг.

"Зачем?" - удивился Аяо.

– Заче...
– начал он и попытался обернуться - но тут Мейда затянула узел.

Петля захлестнула шею Аяо и больно врезалась в кожу, пережав при этом сонную артерию. Аяо вскинул руки. Кровь ударила ему в голову. Он взвыл и попытался снять удавку - но Мейда с криком: "Попались!" - уперлась ему коленом в спину и начала изо всех сил затягивать удавку. Больно! В глазах у него потемнело, звуки доносились словно сквозь вату. Аяо ничего уже не видел из-за застлавшей глаза красной пелены. Он сам не заметил, как упал на колени. Мейда стояла рядом и затягивала удавку с таким усердием, что костяшки на ее кулачках побелели от напряжения. В разномастных глазах светился азарт.