Душа Воина
Шрифт:
– Ну и чего вы добились, мой дорогой?
– возмущенный голос первосвященника был резок и неприятен.
– Или вы думаете, я не найду больше никого, способного доставить вам массу боли?
– Да пошел ты...
– Князь приподнял голову, с трудом фокусируясь на стоящей перед ним худой фигуре, а потом смачно сплюнул, попав кровавой слюной точно в грудь слишком приблизившегося врага.
– Да что ты себе позволяешь?
– Его гнев был смешон. Я искренне гордилась своим мужчиной. Даже в таком виде он умудрялся доводить своих врагов до бешенства!
– Ты кажется, забыл, кто я?
– Нет, - прохрипел
– Повиноваться?
– аж задохнулся жрец, - Мне? Да я! Я... Я - жрец нашей богини, Мары Прекрасноокой, и в тысячу раз выше тебя!
– Ой - ли? Не слишком ли ты замахнулся? Все же, я ее официальный последний потомок. Даже она меня внуком называет...
– он хрипло рассмеялся и вновь сплюнул. На этот раз он и не метился, но жрец нервно отскочил в сторону, что не могло не взывать улыбки у нас на губах.
Трус!
– Это ничего не значит! Я служу ей! Я - ее глас и воля!
– Ну, да... Ну, да... Когда, говоришь, она с тобой в последний раз говорила?
– поинтересовался Стефан, устало откидывая голову на деревяшки за спиной. Железные оковы впились в руки и кожа уже лопнула под весом тела. Кровь начала свой путь по телу, вниз. Увидев это, я вновь попробовала встать. И у меня это получилось!
Осторожно, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания раньше времени, я сделала шаг к очагу за моей спиной. Ничего особенного, но запах жаренного мяса навел меня на кровожадную мысль - метнуть в извергов пару-тройку огненных шариков. Однако, поскольку я не слишком-то представляла, что именно нужно потребовать от кольца, для осуществления моего замысла, то хотела, осмотревшись, найти что-нибудь подходящее. Поджечь, а уж затем.... затем и метнуть можно....
Глаза скользнули по выложенным ножичкам всех форм и размеров. Я застыла, задумавшись. Если я сейчас попрошу Лунастеф метнуть этот кошмар в наших врагов, насколько велика вероятность того, что Стефан не пострадает, если учитывать, что жрец и его прислужники буквально обступили дыбу с пленником, а кольцо и раньше не слишком-то хорошо меня понимало и слушалось?
Мучительно размышляя, я по инерции сделала еще шаг назад. И...
Запнулась!
Пискнув, я рухнула вниз, взмахнув руками, и сверкнув всем, чем можно было сверкнуть. Одеяло, спланировав на меня сверху, накрыло с головой. То ли спасая от позора, то ли от ужаса. Как ни быстро я выпуталась из-под него, а все же охранники оказались возле меня еще быстрее. Впрочем, это было и к лучшему. Когда они, в четыре руки, вздернули меня на ноги, я смогла рассмотреть причину своего падения, а заодно и жаренного запаха в камере...
Ох, мама дорогая, лучше бы я в обмороке валялась....
В камине горело тело палача. А его ноги лежали снаружи. Об них-то я и умудрилась запнуться. Наполненные ужасом глаза невольно зацепились за эту картинку, и пока меня волокли прочь, я (так и визжа на одной, высокой ноте... Как я не сказала, что сразу же начала громко и неконтролируемо визжать? Забыла, наверное...) так и смотрела, не в силах оторвать взгляд от ужасного зрелища на половину обугленной морды лица в полуоплавленном капюшоне....
Кажется, у меня закончилось дыхание, но это не помешало мне производить
– Да привяжите вы ее куда-нибудь!
– Рявкнул жрец, - что вылупились-то?
Мужики споро бросились исполнять приказание. Напротив князя (слава тебе Господи, спиной к камину!), стоял еще какой-то крест. Кандалов там не оказалось, и меня тупо примотали веревками за руки и за ноги. Я напряглась. Нет, видеть Стефана мне всегда приятно, но сильно смущает, что ему все хуже. Да и в целом наше положение заметно ухудшилось, ведь теперь были связаны уже мы оба. Я, конечно же, хотела бы сказать, что тут же нашла способ нас освободить...
И вообще, раз! И всех спасла, попутно наказав злодеев.....
Но, увы! Осознав, что меня только что прикрутили к кресту (самому натуральному, деревянному!), я впала в окончательную панику. Слезы хлынули по моему лицу, мешая видеть Стефана. Его взгляд наконец-то сфокусировался на мне, и он, одними губами, шепнул мне:
– Не плачь...
Я закусила губу, пытаясь не расстраивать его, когда ему и так плохо. Но тут, заметив наши взгляды, вновь активизировался жрец.
– Глупец!
– фыркнул он, - если бы ты женился на Стемари, как тебе в свое время предлагали, не оказался бы сейчас в таком положении!
– Ага! Я бы еще лет десять назад копыта отбросил, едва бы сделал твоей дорогой доченьке наследника!
– фыркнул князь.
– Оно конечно, да. Как же без этого? Но зато прожил бы это время счастливым человеком и сейчас уже бы давно отмучился! А так...
– он гаденько усмехнулся, и вдруг, размахнувшись, со всей дури въехал кулаком князю в живот. Тот скривился, выдохнув сквозь зубы. Изверг расхохотался, весьма довольный собой.
– Ну надо же... Все-таки Мара меня любит! И так, мой дорогой князюшка, тебе предстоит масса пренеприятнейших ощущений и весьма болезненный уход из жизни. Что согласись, вдвойне приятнее сейчас, когда, как я посмотрю, твой Лунастеф перестал тебя защищать.
– Да пошел ты...
– прохрипел князь.
– Пойду, мой дорогой, обязательно пойду.
– Он обернулся, с недовольным видом глядя на грузящих на носилки мертвое тело, помощников.
– Ну.... долго вы еще возиться собираетесь?
– Так это, господин, счас унесем и будем готовы.
– Давайте, только побыстрее. Да не болтайте там ни с кем, я всем потом сам все объясню. Не хватало, чтобы еще слухи дурацкие пошли из-за вашей глупости!
Подобострастно поклонившись, мужики унесли источник сладковатой вони. Я очень понадеялась, что теперь тут хоть станет дышать полегче. Все же сам запах был омерзителен, а уж, когда знаешь, что именно его издает, так и вовсе - кошмар!
– Продолжим, дорогой мой?
– Жрец обернулся к Стефану.
– Думаешь, я сейчас сделаю тебе больно?
– Он рассмеялся своим каркающим смехом.
– Ничуть не бывало! Я планирую причинить тебе боль немного другим способом!
– говоря это, он выбрал какой-то ножичек на знакомом мне столе, и теперь, сверкая дурным блеском в глазах, повернулся ко мне.