Душа Воина

Орлова Оксана

Мир перед глазами вспыхнул тысячами сверкающих звездочек. Тошнота и вправду сразу же исчезла. Совсем. В смысле со всем остальным вместе - светом, звуками, запахами.

Я мягко скользнула за грань....

Из дневника Стефана:

Как я и думал, все было плохо. Нет. Не так. ОЧЕНЬ ПЛОХО! И самое отвратительное было то, что вместе со мной была Мари. Беспокойство за мою девочку сводило

меня с ума, мешая думать, сбивая и отвлекая. Нет, в первый момент, когда я понял, что с ней все хорошо, я был счастлив. А уж когда она, впервые, сказала, что любит меня....

Я решил, что умер и попал в рай! И тут же осознал, что все это скорее ближе к аду! Нас навестил Ксеронос. Настроен чяртовски серьезно. Протащил нас незамеченными через все посты (хотя, может быть, это лишь он считает, что не замеченными?). И значит, надеяться на друзей смысла нет. Я почти возликовал, когда почувствовал его горло под своими пальцами, но охрана сработала на редкость споро и профессионально. Одного удара сердца не хватило мне, чтобы сломать ему шею....

Один точный удар и я толком и руку-то не чувствую... А тут еще и кандалы! Чтоб его, гада, Гонцы Смерти затрах...

Ну, вы поняли...

В общем, я осознал, как никогда четко и ясно, что Лунастеф больше никогда, по-видимому, не будет являться гарантией моей полной безопасности. Я просто не мог довериться вредной стекляшке. Служившая до этого идеально, она не вошла в норму даже после слияния в обережном кругу, и по-прежнему давала непростительные сбои! А значит и рисковать здоровьем любимой я не могу.

О каких-либо попытках побега, или даже просто сопротивления, придется забыть, пока у ребяток из охраны, взведенные арбалеты в руках. Впрочем, и по дороге к палачу, я не смог найти ни одного предлога или способа, чтобы изменить ситуацию в нашу пользу.

Камера пыток....

Она произвела даже на меня, спокойно относящегося к "правде жизни", неизгладимое впечатление. Такое разнообразие. Есть даже кое-что новенькое, о чем я только слышал, но до сих пор еще не видел, и уж тем более "не пробовал" так сказать на собственной шкуре...

Что уж говорить о моей бедной девочке? Она, помню, чуть с ума не сошла, когда застала нас за работой с дохлым вампиром. А тут...

Все это "великолепие", да для нас с ней...

Дальнейшее меня почти не удивило. Ее толкнули прямо на амбала, что изображает здесь заплечных дел мастера. И конечно же, ее тут же чуть не вывернуло от запаха. До меня лишь слегка долетали его ароматы, но и мой голодный, к слову сказать, желудок, неприятно насторожился, почуяв их. А уж женщина...

Чего я не ожидал, так это того, что эта махина ее ударит. Все-таки она такая маленькая, что просто не могла причинить ему хоть какой-то вред. Я начал движение сразу

же, едва увидел короткий замах, отлично понимая, что не успею, но не в силах не попробовать. Он коснулся ее всего на секунду раньше, чем я врезался плечом в его объемистый живот. Не ожидавший от меня подобной прыти, палач сделал несколько шагов назад. Я же, уже будучи на полу, заметил за ним очаг, и уверенно отправил мерзавца точно в цель - одной ногой подсекая его ноги, а второй толкая, придавая направление и ускорение, дабы не пролетел мимо.

Они слишком обалдели. Все же, все произошло практически мгновенно. Раз - и он бьет мою девочку. Два - и я бью его. Три - и он летит в очаг, ударяется головой о бордюр, кость со звучным щелчком трескается, и палач с неестественно вывернутой шеей падает в камин...

Я не стал отслеживать их реакцию. У меня было лишь несколько секунд до того, как они придут в себя, и обрушат на меня свою ярость. Откатившись в сторону, я коснулся девушки, безвольно лежащей на полу, куда гигант уронил ее, сбитый моим нападением. На лице уже наливался синяк, и скула явственно припухла. Ничего себе он ее приложил!

Я даже зарычал от гнева. Если бы толстяк не был уже окончательно мертв (по камере поплыл тошнотный запах горелого мяса и паленого волоса, круто смешанный с дымом от кожаного одеяния), я бы его убил, едва увидел бы что он сотворил с моей дайни. Осторожно призвав свет, я прижал руку к ее лицу, исцеляя. Краем глаза заметил, приближающегося охранника. Дубинка взлетела надо мной, но я даже не подумал убрать руку, чтобы защититься. У нее могут быть повреждены кости....

А я могу и не получить в дальнейшем возможности ей помочь...

Следя, как опускается дубинка, я приготовился к боли, но руки от жуткого синяка, так и не оторвал...

Это было очень больно...

Мария

Я с трудом приходила в себя. Как это не удивительно, но челюсть, и вообще все лицо почти не болело. Я даже подвигала ими, убеждаясь. Руками ощупала себя. Да. Вроде бы все в порядке. Губа, похоже, разбита, а в остальном...

Даже удивительно...

Открыть глаза меня заставили чьи-то пыхтения и стоны. Зрение вернулось не сразу. Несколько секунд я болезненно жмурилась. От резкого света глаза слезились. И лишь потом, проморгавшись, в ужасе заметила, что же происходит вокруг. Двое пыхтящих охранников приковывали Стефана к уже знакомому мне сооружению. На таком он уже висел, когда мы познакомились. Но вот выглядел он не в пример хуже....

Губа разбита, один глаз заплыл, кровь бежит по виску, да и остальное тело покрыто следами бурных побоев. Я даже задохнулась от ужаса. Хотела было броситься на мерзавцев, но от резкого движения все поплыло и я вынужденно осталась на месте, с болью наблюдать, как он с трудом глотает воздух. Хрипло и с перерывами...