Душа саламандры
Шрифт:
— Ты цела? — тихо спросил маг, не отводя горящего алого взгляда.
Сил отвечать не было и я только кивнула, а Вилаар… молча покинул комнату. Только сейчас до меня дошло, что должно было произойти и что я сделала. Иногда в состоянии аффекта маги творят страшные вещи, что сильно подпитывает этот мир, но чувство раскаяния ещё никто не отменял. Осталась бы ящерицей и ничего бы этого не было! Окончательно обессилев, я упёрлась лбом в деревянный настил пола, боясь смотреть на то, что творится вокруг.
— Дана Филис, — осторожно позвал Кинаар. — Я принесу твою одежду.
Снова
— Филис, — осторожно окликнул голос огненного мага.
Вилаар, бросив рядом несколько принесённых вещей, опустился на колени возле меня и помог сесть.
— Они не стоят жалости, Филис, — рыкнул маг с враз потемневшим взглядом, неправильно растолковав мои эмоции.
— А куда дели саламандру? — справившись с истерикой, спросила скариса. — Я про неё забыла, понимаешь? Она мне жизнь спасла, а я её забыла!
— Она исчезнет, когда уничтожат камин. Я привезу её к тебе, — пламя в глазах утихло и Вилаар осторожно принялся расстёгивать на мне пуговицы своего плаща.
И этот туда же! Зашипев, дёрнулась в сторону, пытаясь вырваться, но маг был сильнее и через мгновение я оказалась прижата к его груди.
— Тише, Филис, я только помогу тебе переодеться и не буду смотреть, обещаю.
— Не надо ко мне прикасаться!
Истерика пошла на новый виток и всё отчаяние пережитого напряжения вылилось в нескончаемый поток слёз, которые Вилаар осторожными движениями вытирал с моего лица.
— Ты сама пока ещё не сможешь, — тихо принялся уговаривать скарис, едва ощутимыми движениями расстёгивая пуговицу за пуговицей, пока я не осталась в одной простыне.
— Вилаар, пожалуйста, — прижав освобождёнными руками единственное своё спасение от его взгляда, пыталась увернуться от цепких пальцев мужчины, тянувшими последнюю преграду на себя.
— Хорошо, — сдался маг. — Давай сначала брюки, потом тунику?
Отпустив край ткани, Вилаар развернул свёрток из тёмной материи, подбитой мехом с внутренней стороны и, наклонившись к моим ступням, принялся медленными, бережными движениями надевать на мои ноги женские зимние шаровары. Осторожно приподняв меня за талию, закрепил их на поясе и потянулся за туникой.
— Подними руки.
— Тогда ткань упадёт!
— Филис, я не буду смотреть!
Вилаар расправил бежевую шерстяную тунику, больше похожую на короткое платье с длинными рукавами, и отвернулся. Маг был прав, одеться сама я не смогла бы — даже поднять руки, оказалось ещё тем испытанием, но благодаря помощи скариса, вскоре я избавилась от холстины и оказалась одетой. Не по размеру, даже женщины скарисов были всё-таки крупнее самого сильного человеческого мужчины, но тепло.
— А ты боялась, — криво усмехнулся лан Вилаар, одевая тёплые носки на мои босые ступни. — Кинаар доведёт всё до конца с подземельями,
В ответ на тихое согласие, Вилаар снова нацепил на меня свой плащ и подхватил на руки, укутывая своим цитрусово-мятным ароматом. Поездка до замка запомнилась плохо, я постоянно проваливалась в странное состояние, похожее на беспамятство. И мне было всё равно до того, что думают окружающие о девушке, сидящей в объятьях скариса верхом на его коне.
Последнее, что запомнилось — уютная мягкость, в которой утонуло моё тело и скользящие прикосновения одежды, которую стянул с меня лан, не обращая внимания на вялые и сонные протесты, прежде чем укутать во что-то пушистое и тёплое.
Глава 9
Я проснулась от холода в правой руке. Мои пальцы сжимали вложенную в ладонь ониксово-чёрную фигурку ящерицы. Высеченная из цельного камня, с плавными и гибкими линиями, она была всего лишь заготовкой. Големом. Крохотная для ладони Вилаара, мою она занимала целиком. Если бы сейчас меня спросили, была ли я до сих пор рада, что обрела нормальное человеческое тело — не смогла бы ответить.
По комнате пронёсся порыв ветра и чёрная фигурка рассыпалась в прах в моей руке, словно кто-то невидимый загасил пламя у свечи.
Почему я не попросила у магинь такое же тело, только не зависящее от камина? Пошла на поводу у потаённого желания, да и Вилаар умело сыграл на этой слабости. Скарис, что тут добавить? Нашёл себе личную забаву и переделал на свой вкус. Но что-то внутри противилось этим выводам, лан… заботился обо мне?
Моя ладонь опустела, развеялся даже чёрный пепел, растворился в воздухе, знаменуя начало моей новой жизни. Я хотя бы попрощалась с ящеркой перед тем, как осваивать другое тело.
Оглядевшись, пришла к выводу, что лан Вилаар сдержал своё слово и я нахожусь в его замке. Аскетично обставленная комната насквозь пропиталась характером своего хозяина — сдержанные оттенки в тканях и обивке, чёткие грани в деревянной мебели, основательный и массивный рабочий стол под окном, усыпанный свитками и бумагами. Единственное, что контрастно выделялось в этой спокойной и странно уютной обстановке — широкая кровать под раскрытым сейчас тяжёлым балдахином, в которой я и проснулась. При желании здесь свободно уместились бы трое скарисов и ещё осталось бы место.
Вилаар укутал меня в меховую накидку, которую здесь используют как покрывало. Невероятно тёплая и мягкая, она практически невесома из-за особой структуры волоса местных животных, дающих шерсть. Чем-то похожие на овец и коз одновременно, фирры абсолютно чёрные и не мёрзнут даже в суровых условиях зимы.
Одежды на мне не оказалось. Осторожно выпутавшись из накидки, тем не менее, оставила её прикрывать тело от подмышек и ниже, надеясь, что получится найти какую-то одежду до того, как вернётся лан. Чувство лёгкой стянутости шеи, которое я ощутила почти сразу, никуда не исчезло и, поднеся руку к ней, наткнулась на полоску мягкой ткани с небольшим камушком на ней. Бархатка. Мне не нужно было объяснять, что это значит.