Дурочка с маком
Шрифт:
Она встретила меня у лифта уже в пальто, помогла войти в квартиру, сунула запасные ключи и через пару секунд после того, как щелкнул замок закрывшейся за ней двери, я услышала шум работающего лифта.
Я разулась у порога, повесила в шкаф пальто и занесла пакеты в кухню. На цыпочках прошлась по квартире, огляделась.
Квартира Павла впечатляла. Дорогая мебель, удобные диваны, роскошные ковры и картины в тяжелых рамах. Правда, по отсутствию безделушек и дамской косметики в ванной заметно, что женщины в квартире отсутствуют.
Я подумала, что неизвестно еще, как Павел отнесется к моему вторжению в частную жизнь, а уж рассматривание портретов ему явно не понравится.
Прошла дальше по коридору и наугад отворила одну дверь. Видимо, это была гостевая спальня, потому что там никого не было.
В соседней комнате, с плотно задернутыми портьерами на окнах, на широченной кровати спал Павел. Я тихо прикрыла за собой дверь.
Я догадалась захватить с собой джинсы и любимую майку, которые остались в шкафу на работе с тех времен, когда я наводила порядки в кабинете. Переодевшись в свободной спальне и аккуратно развесив офисный костюм, вернулась в кухню.
Поставила вариться бульон из домашней курицы, приобретенной мной на рынке, приготовила клюквенный морс из мороженых ягод. Нарезала салат в стеклянную мисочку, но заправлять не стала. Хотела нажарить котлет, вдруг у Павла проснется аппетит, но потом подумала, что жареного ему точно есть не стоит, и приготовила кастрюльку тефтелей.
Павел все еще спал, а за окном уже темнело.
Сварила себе кофе и прошла в гостиную. На журнальном столике обнаружились сразу три пульта, и я с трудом, но разобралась с телевизором. Поразвлекавшись со множеством незнакомых мне каналов спутниковой тарелки, я выбрала старую отечественную комедию «Укротительница тигров».
Утонув в удобных диванных подушках, я поджала под себя ноги, и, кажется, задремала.
Открыв глаза, засмеялась.
В дверях гостиной стоял весь всклокоченный и небритый Павел, с куриной ногой в руках. Он с изумлением смотрел на меня.
– Ты? – только и спросил.
Я кивнула, поднимаясь с дивана.
– Конечно, я, – и отрапортовала:– Прибыла в составе спасательной экспедиции, приняла пост от твоей Марии Ивановны.
Он пригладил волосы рукой, свободной от куриной ноги, и засмеялся:
– Так это ей я обязан?
– Ага. Пойдем, я тебя буду кормить и лечить.
Он виновато глянул на свой трофей:
– Да я, некоторым образом, уже нашел, что съесть. Это ты мне морс на тумбочку поставила?
Я внимательно посмотрела на него и потрогала лоб. На мой взгляд, смерть ему не грозила, по крайней мере, в ближайшее время.
– Тебе надо больше пить. Только не газировку, а вот морс, или чай с лимоном. Пойдем, я тебе налью бульон,
В кухне он с удобством устроился, вытянув длинные ноги. Я заметила, что он босиком, и отругала его:
– Ты ведь болен! Немедленно найди теплые носки.
Павел неожиданно послушался меня, пошел в спальню.
Он отсутствовал довольно долго. Появился чисто выбритый, в свежей майке.
С одобрением посмотрел на накрытый стол, полез в морозилку.
Увидев в его руках бутылку водки, покрытую изморозью, я запротестовала:
– Павел, ну, ты как маленький! Она же холодная!
– Не волнуйся. Я так всегда лечусь. Первое дело, при простуде-то.
Я от водки отказалась. Он налил мне в бокал чилийского вина:
– Попробуй, тебе понравится.
Вино, в самом деле, оказалось терпким и вкусным.
Мы поужинали. Я обрадовалась, что замечательный аппетит Павла не пострадал, потому что он съел почти все тефтели и половину курицы.
Я поднялась, чтобы вымыть посуду. Павел с интересом рассмотрел мою майку и засмеялся.
Майку мне подарила сестра. На ней крупными буквами написано по-английски: «Если хочешь кофе в постель, ты должен подняться, приготовить его и снова лечь».
– Это твой девиз?
– Нет. Но мне нравится.
Он посмотрел мне в глаза и сказал:
– Мне тоже.
Я вытерла руки, посмотрела на часы и сказала:
– Мне пора. Уже поздно, вызови мне такси.
Павел нахмурился.
– Оставайся здесь. Ты ведь говорила, тебя никто не ждет? У меня есть лишняя спальня, зубную щетку я тебе выдам. Надеюсь, ты не думаешь…
Я улыбнулась и кивнула.
– Решено. Только предупрежу Клару Ильиничну, а то она будет волноваться, а ей нельзя.
Он с интересом посмотрел на меня:
– Соседка и в самом деле за тобой присматривает?
– Я выросла на ее глазах. Кроме меня, у нее есть сестра и племянник, но я его никогда не видела. Это сын сестры, он не то геолог, не то золотодобытчик, в общем, в Москве не появляется. Клара Ильинична – пожилой человек, часто болеет. Каждую весну ложится на ежегодное обследование в клинику, а потом на все лето переезжает вместе с сестрой на дачу, а поздней осенью возвращается. Скоро, наверное, опять засобирается. Мы всегда жили одной семьей, в комнатах даже нет замков.
– Звони, раз такое дело, – разрешил он.
Утром я поднялась рано, умылась, прислушалась: за дверью его спальни царила тишина.
Приготовила Павлу на завтрак блюдо сырников, достала из холодильника джем и сметану, а то он и не догадается их поискать.
Разложила таблетки на три кучки, написала на бумажке время, когда он должен их принять.
Забрала запасные ключи и тихо закрыла за собой дверь.
Охранник внизу еще не сменился, так что вопросов у него не возникло.