Дурочка с маком
Шрифт:
Не стесняясь его присутствием, она громко сказала:
– Геля, ты учти, что Антон у нас – известный бабник. От любви к нему у нас, что ни месяц, кто-нибудь попадает в число пострадавших.
Дарминов нахмурил брови на красивом мужественном лице:
– Алена Игоревна, надеюсь, себя вы к ним не причисляете?
Алена фыркнула прямо в чашку с кофе.
– Еще чего! Попробовал бы ты подкатиться.
Антон засмеялся:
– Ага, дурак я, что ли? Я еще не забыл, как ты меня тогда в ресторане
Алена холодно на него посмотрела и сказала:
– И правильно, что отшила. Ты ж тогда посмеяться хотел, или зачем я тебе понадобилась? Для полноты коллекции?
Антон хмуро удивился:
– Почему посмеяться? Я, между прочим, просто хотел отвезти тебя домой.
Не обращая внимания на мои гримасы, Алена сердито спросила:
– А с чего ты это придумал, ну, что меня отвезти некому? Я с Валеркой приехала, с ним и уехала, а провожатые мне ни к чему. Нет, точно, ни к чему.
Она допила кофе и сказала:
– Побегу, а то меня уж потеряли. Начальник так и бдит, куда и зачем я пошла.
Она вышла из комнаты независимой походкой.
Я посмотрела на расстроенное лицо Антона и сказала:
– Ты извини, не знаю, что на нее нашло. Обычно она так на людей не бросается.
Антон с горечью сказал:
– Так то на людей. Меня она, видно, за человека не считает.
Я уловила в его голосе странные интонации, и посмотрела ему в глаза.
Он кивнул:
– Знаешь, я, как пришел сюда на работу, вел себя, как полный кретин. Изображал Казанову. Помню, даже поспорили как-то, у кого за месяц девчонок больше будет.
Я не удержалась и спросила:
– Ну, и кто же выиграл?
Антон махнул рукой и опустил голову.
– Ты не думай, я не потому, что она меня отшила. Я ее, если честно, и не замечал раньше. А накануне этой вечеринки, ну, когда мы в ресторане вместе оказались, я с приятелем случайно на концерт авторской песни попал. Алена песни пишет, на свои стихи, и сама исполняет. Ну, в общем, услышал я, как она поет, и переклинило меня. И, самое главное, что я для нее – просто орангутанг какой-то, она даже поговорить со мной не хочет. Да ты сама видела.
Я тихо сказала:
– Хочешь, я попробую это ей рассказать? Ну, то, что ты ее видел на концерте?
Он испугался:
– Не надо, что ты! Она это от всех скрывает, а тут выяснится, что я сам ее подслушал, и тебе еще растрепал.
Я пожала плечами:
– Тогда могу тебе посоветовать только одно: терпение и такт. Или вот что: ты должен совершить героический поступок, даже подвиг. И посвятить его ей.
Он недоверчиво посмотрел на меня:
– Ты издеваешься?
Я помотала головой.
– Понимаешь, судя по страстности, с которой она на тебя нападала, Алена совсем не так равнодушна к тебе.
– Еще бы! Она меня терпеть не может!
Я
– А это неправда. Подумай сам, и ты поймешь, что я права.
Он вздохнул и сказал:
– Ладно, давай делом заниматься.
Через некоторое время я почувствовала смутное беспокойство, оторвалась от экрана и увидела, что за столом в смежной комнате с удобством устроился молодой светловолосый мужчина. Он с любопытством наблюдал за тем, как мы с Антоном работаем.
Теперь мы уже оба подняли головы, и Антон невольно отодвинулся от меня. Я покраснела.
– Павел Андреевич? – спросила я.
Он засмеялся.
– Не хотелось вас отвлекать. Как-то представляется, что рабочий процесс вас увлекает не на шутку. – Легко поднявшись, он подошел к нам и наклонился над столом, протянув мне огромную ручищу: – Шамрай, Павел. С Антоном я знаком, а вот с вами еще нет, милая девушка. Как вам удалось догадаться, что это именно я?
– У вас загар свежий. В Москве-то солнца еще толком нет. – Я приподнялась и пожала его руку: – Ангелина Громова.
Он приподнял брови:
– О как! Ангелочков у нас еще не было.
Я покосилась на него и попросила:
– Если можно, называйте меня Гелей. Я привыкла, дома меня всегда так зовут.
Павел Андреевич кивнул:
– И в самом деле, без церемоний – оно как-то лучше. – Он повертел головой и, неожиданно перейдя на «ты», кивнул на шкафы: – Это ты тут порядки навела? Молодец!
Я спросила:
– Может быть, сварить кофе?
Он уселся на широкий подоконник и кивнул:
– Кофе – это вообще здорово. Мне без сахара.
Пока я возилась с чашками, он довольно бесцеремонно сказал Антону:
– Шустрые у вас в юридической службе ребята работают. Небось, уже на вечер куда-нибудь пригласил девушку?
Парень улыбнулся:
– А вот и нет. Даже и не пробовал.
– Что так? – неподдельно изумился мой начальник.
Антон пожал плечами, а я сердито заметила:
– Может быть, хотя бы дождетесь, когда я выйду?
Павел Андреевич отхлебнул кофе и довольно сощурился:
– Ты и машинку починила? Кажется, мы сработаемся.
Я засмеялась:
– Я еще и крестиком вышивать умею. – Вынула из шкафа вазочку с домашней выпечкой, Алена ее обожает. – Печенье будете? Сама готовила.
От печенья начальник отказался, на что Антон резонно заметил:
– А вот это зря. Не знаю, как там с вышиванием, а печет Геля потрясающе.
Мы с ним вернулись к договору, а Павел Андреевич уселся за свой стол.
Через некоторое время он спросил:
– А кто это кроссворд заполнил?
Я подняла голову:
– Мы с Аленой вчера на перерыве разгадывали. А что, нельзя?