Дурная кровь
Шрифт:
Однако в одном тетя была права: семья у меня теперь действительно есть. Бабушка, тетя Жаннет, дядя Рене, близнецы, даже тетя Лотта — все они стали моей семьей, настоящей семьей, в этом не приходилось сомневаться.
– Одно не могу понять, почему тебя пробило на истерику от одной мысли, что придется провести всю жизнь со мной?
– издевательски протянул сидящий рядом пес.
И тут мое терпение все же кончилось — и я просто заехала ему локтем по ребрам, вырвав болезненный и удивленный стон.
– Кто
Тоже мне, герой-любовник.
В ответ Кройц только рассмеялся, словно моя злость его только позабавила.
– Дюпон, вообще-то у меня уже длинная очередь из желающих. Но не бойся, ты всегда будешь в приоритете.
– Идиотская шутка, - проворчала я.
Тетя Жаннет с улыбкой сказал:
– Идите уже отсюда, дети. Займитесь делом. К примеру, нужно нарядить елку в гостиной и развесить гирлянды. Сегодня все-таки Сочельник, нужно праздновать.
А папа проведет Рождество с Дженнифер. И моим братом...
Похандрить мне как следует не дали. Кройц просто вытащил меня из комнаты тети Жаннет, потом мы с ним отправились к тете Лотте, узнавать, когда привезут елку и где в доме хранятся украшения. Хотя на самом деле спрашивал обо всем пес, а я просто стояла рядом. Разговаривать с Шарлоттой Арно мне не очень хотелось. Не после ее слов о моей возможной свадьбе.
Когда елка была установлена в гостиной под бдительным присмотром жены дяди Арно, шары, и прочую ерунду извлекли с чердака, пес хорошенько встряхнул меня за плечи.
– Ну же, Дюпон, приходи в себя и перестань киснуть. Это Рождество. Время для радости. К тому же просто невежливо корчить недовольную мину, ведь твоя колдовская родня старается сделать тебя счастливой.
Дожили. Кристиан Кройц объясняет мне, что такое вежливость.
А гирлянда, которую он повесил на лимонное дерево тети Лотты, издевательски подмигивала, также намекая на то, что сейчас время радоваться.
Слава Богу, тут в гостиную со счастливым визгом влетели близнецы, и я могла уже не отвечать псу. Вообще, чем больше я проводила времени с братьями Арно, тем сильней они мне нравились. Мальчишки были веселые, и без присмотра взрослых напрочь теряли всю свою напускную важность.
– Тесса, а правда, что ты выйдешь замуж за Криса?
– тут же в лоб спросил меня Реми.
Вот этого я точно не ожидала. Неужели тетя Лотта уже все про это разболтала? Как она могла?..
И почему для мальчишек пес — Крис? Как будто бы он им нравится. Как, позвольте спросить, Кройцу удалось так легко и быстро понравиться практически всем обитателям «Белой розы»? Ему теперь даже тетя Жаннет — и то благоволила! Ну как так?
– Я просто... слышу, - пожал плечами мальчик и взял меня за руку.
– Слышу, что в твоей голове. Иногда вижу. Так что не нужно злиться на маму. Она тут ни при чем.
Так вот, стало быть, какой у него колдовской дар. Реми телепат...
–
– настороженно спросил кузен.
– Я не хочу, чтобы ты шарахалась от меня. Ты мне нравишься.
Анри согласно кивнул, давая понять, что ему я тоже симпатична.
Наверное, стоило бы испугаться того, что кто-то может читать мои мысли... Наверняка стоило. Но не получалось. Потому что стоящий рядом со мной парень превращался в громадную собаку, а тетя Жаннет могла изменить чужую судьбу... А мама убивала безо всякого колдовства.
– Но ты же не боишься меня из-за того, что я вижу привидения?
– пожала я плечами.
– Нет, не боюсь, - ответил мальчик, глядя мне прямо в глаза.
– И из-за другого — тоже не боюсь. Ты добрая. Ну так как, ты выйдешь замуж за Криса?
О Ди, стало быть, тоже знает... Но молчит. И ведь не спросить сейчас, при Кройце.
– Разумеется, выйдет, - ответил Кройц за нас обоих.
– Лет через пять.
А мне оставалось только открывать и закрывать рот, как рыбе, которую выбросило на берег.
– Не трясись так, Тесса, - улыбнулся мне Анри.
– Крис неплохой парень. Папе он нравится.
«Вот только я влюблена в совершенно другого человека», - с грустью подумала я.
– Но ведь ты его совершенно не знаешь, - тут же откликнулся Реми.
Вот же... телепат.
На елку мальчишки накинулись с энтузиазмом, которым могли похвастаться только дети. Хотя я даже в детстве никогда не испытывала такого восторга во время украшения рождественской ели. Обычно я делала это одна, папа даже в Сочельник задерживался допоздна на работе, а я его всегда ждала.
В «Белой розе» все оказалось совершенно иначе: через четверть часа к нам присоединился и дядя Арно. Потом вниз спустилась бабушка. Она, правда, сама не развешивала игрушки, зато давала советы. Несколько раз в гостиной появлялась и тетя Лотта, но она была слишком занята на кухне, поэтому не задерживалась дольше, чем на несколько минут.
А в шесть вечера в гостиную вошла тетя Вирджини, ослепительно красивая в алом вечернем платье. Увидев меня, ведьма сперва застыла на пороге, будто бы не решаясь войти, но уже через мгновение упрямо мотнула головой и сделала пару шагов вперед.
В комнате раздался низкий глухой рык, от которого у меня мурашки побежали.
Кройц стоял, не сводя горящих яростью глаз с Вирджини Дюпон, и угрожающе скалился.
– Что же, теперь меня из родного дома будет выгонять пес?
– с издевкой произнесла женщина, но я слышала в ее голосе долю нервозности.
Бабушка Натали поднялась на ноги, чтобы обнять дочь.
– Тесса, успокой Кристиана. Твоя тетя желает извиниться за свое недостойное поведение. И больше она не станет совершать подобной ошибки, не так ли?